Огненный дар - Джейн Энн Кренц

— Но сейчас самое подходящее для этого время, Джонас.

— Нет, лапочка моя, вряд ли. Меня сейчас заботит другое.

— Что именно? — спросила она самым что ни на есть невинным тоном.

Джонас провел кончиком большого пальца по чувствительному узелку, скрытому в завитках ее плоти.

— — Угадай.

Верити вздрогнула всем телом, отвечая на его ласку. Брови ее сердито сошлись на переносице.

— Ты имеешь в виду секс?

— Ну наконец-то! — Он раздвинул ее ноги и осторожно прикоснулся к лону. Она была уже влажной и горячей. Ее терпкий запах щекотал ему ноздри, возбуждая его еще сильнее.

— Джонас, секс не годится для полноценного общения. — Дыхание ее становилось тяжелым и прерывистым, по мере того как его ласки становились все более интимными.

— Считай это другой формой общения — общения без слов. — Он снова склонился к ней и коснулся языком ее влажной плоти. Затем просунул палец в ее узкие ножны.

— По-моему, у нас уже достаточно было подобных дискуссий, — прошептала Верити, — Давай теперь просто поговорим. Я серьезно, Джонас, прекрати! Мы должны учиться беседовать друг с другом, когда возникают какие-либо проблемы.

— Верити, — твердо сказал он, давая ей таким образом понять, что его терпение на исходе. — Всему свое время — и разговорам, и любовным утехам. Поверь, уж я-то знаю.

— Черт возьми, Джонас, уж если мы решили пожениться, я настаиваю, чтобы ты почаще общался со мной посредством слов, а не действий. — Она яростно вцепилась ему в плечо.

Джонас медленно выпрямился и окинул взглядом женщину, которая скоро станет его женой.

— Так ты хочешь использовать свой рот?

— Я думаю, так будет лучше, Джонас, — серьезно сказала она, — По крайней мере в данный момент. Не подумай, пожалуйста, что я не хочу заниматься с тобой любовью, — просто я считаю, что нам нужно научиться понимать друг друга, беседуя о том, что нас волнует.

Джонас кивнул — видимо, принял какое-то решение.

— Ладно. Ты хочешь поработать языком — пожалуйста, действуй. — Он откинулся на подушки и обхватил рукой ее затылок. Затем мягко, но твердо наклонил ее голову, приблизив к своей страждущей плоти.

— Джонас, я вовсе не это имела в виду, и ты прекрасно это знаешь!

— Открой рот, любовь моя, и покажи, на что ты способна.

— Ах ты негодяй! Я пытаюсь завязать с тобой серьезный разговор, а ты опять все сводишь к сексу! — Ее дыхание обожгло разгоряченный фаллос, и Джонас подумал, что еще немного, и он не выдержит.

— Я жду не дождусь, когда твои уста извергнут перлы женской мудрости. — Он потянулся вверх, когда она снова открыла рот, чтобы заговорить о преимуществах словесной дискуссии. — А, вот так уже лучше. — Стон блаженства вырвался у него из груди, когда ее губы сомкнулись вокруг его плоти. — Значительно лучше. Твои уста — непревзойденный инструмент общения.

Последней его мыслью было то, что он прекрасно проживет и без подключения к временному туннелю. Но он сойдет с ума, если потеряет Верити.

Она — его будущее.

— Верити!

Она сонно шевельнулась в ответ.

— Да, Джонас?

— Я так перепугался тогда. Правда. Мне казалось, что часть меня пропала бесследно. Я чувствовал себя так, словно потерял руку или ногу.

У Верити мигом весь сон как рукой сняло.

— Я знаю, Джонас. Я чувствовала, что для тебя это тяжелая утрата, но ты ведь даже не заикнулся об этом. И я не знала, как разговорить тебя.

— Я не мог говорить на эту тему. Исчезновение моего таланта могло привести к разрыву с тобой. Сразу две утраты — это уж слишком! Слава Богу, сейчас все позади.

Она улыбнулась с облегчением и нежно поцеловала его в губы.

— Теперь все будет хорошо. Джонас, я люблю и любила тебя, несмотря ни на что.

— Ты знаешь, чего я боялся больше всего на свете? Что тебя переманит какой-нибудь экстрасенс типа Оливера Крампа.

— И совершенно напрасно. Я никогда не бросила бы тебя ради Оливера. Он мне очень нравится, но я его не люблю.

Он повернул голову и внимательно посмотрел на нее своими золотистыми глазами.

— Ты нашла в нем некоторое сходство со мной, я знаю.

— Нет, — твердо возразила она. — То, что мне нравится в Оливере, не имеет никакого к тебе отношения. Мы с Оливером друзья, и не более того.

— А что с твоими кристаллами?

Верити улыбнулась:

— То, что я узнала о кристаллах благодаря Оливеру, не могло превратить нашу с ним дружбу в любовь. Внутренняя связь, которая возникла между мной и Оливером, не была так… привлекательна, как это было в случае с тобой. Я не чувствовала эмоционального контакта с ним. Это трудно объяснить, Джонас, но это было совсем не то, что в свое время было между нами, поверь. К тому же теперь все куда-то исчезло.

— Исчезло? — лукаво повторил Джонас.

— Те способности к настройке кристаллов, которыми я обладала, были, очевидно, связаны с тобой, а не с Оливером. С тех пор как ты утратил свой дар, я больше ничего не чувствую, когда беру в руки кристалл.

— А ты говорила, что вы с Оливером пытались с помощью кристаллов вывести меня из бессознательного состояния после того, что случилось в сокровищнице.

Верити покачала головой:

— Это Оливер работал с кристаллом. Я же просто до одури кричала тебе в ухо, пока ты не очнулся. Он слабо улыбнулся:

— Я услышал, как ты орешь, и решил, что пора возвращаться. У тебя острый язычок, любовь моя.

— Я рада, что ты это наконец оценил, — пробормотала она.

— Да, я это оценил. — Он ухмыльнулся распутной ухмылкой, припоминая подробности прошлой ночи, и дотронулся кончиками пальцев до ее губ. — Полагаю, твой рот — самая важная часть твоего тела. Я подумываю о том, чтобы его застраховать.