Вторая единственная - Ляна Вечер

— Тебе лучше? — наблюдаю, как Даря бодро снуёт от холодильника к столу и обратно. — Голова не кружится?

— Всё прошло, — улыбается. — Думаю, мне было плохо из-за стресса.

А последствия этого стресса теперь на лице девочки.

— Надо было снег приложить. Теперь синяк на скуле вылезет.

— Ну и ладно, — Даря машет ручкой. — На работу ещё нескоро. У нас каникулы новогодние.

Кому ну и ладно, а кому нет. Мне, например. Я с гусём ещё встречусь и спрошу с него за рукоприкладство. У меня гештальт не закрылся, свербит. Как там его? Вова вроде. Короче, мало Вове не покажется.

— Каникулы… — Вспомнить значение этого слова получается не сразу. — Я забыл, когда нормально отдыхал.

Бали-шмали с Жанной не в счёт. Я там отдыхать не умею, только напрягаюсь.

— Расскажи о себе. — Девочка, подперев щёку кулаком, смотрит на меня.

Ей интересно узнать обо мне?.. А мне приятно рассказать. Я давно ни с кем по душам не разговаривал.

Уютная беседа с девочкой-лапочкой расслабляет, и я забываю, что мы познакомились несколько часов назад. Ощущение, что я знаю Дарину всю жизнь. Рассказываю ей о своей работе и на автомате выкладываю из кармана на стол телефон, достаю пачку сигарет, зажигалку. Закуриваю.

— …Не работа мечты, конечно, но пойдёт, — выпускаю изо рта сигаретный дым.

А хозяйка строго гнёт бровь, глядя на тлеющую сигарету.

— К-хм… — выдаёт с тонким намёком.

Да-а… дал я маху. Забылся.

— Прошу пардону, — смотрю на девочку виновато. — Куда выкинуть можно?

— Давай, — вздыхает, — выброшу.

Забирает у меня сигарету и идёт к раковине. Потушив окурок под струёй воды, Даря открывает дверцу мойки, чтобы выкинуть его в мусорное ведро, но замирает. И я тоже…

Из-под раковины лупит яркий жёлтый свет — как дверь в рай открылась, честное слово. Не хватает только эпичных завываний хора.

— Это чо? — перевожу взгляд на девочку.

— Портал, — пожимает плечиком, будто всё в порядке. — В другой мир.

— У тебя в мойке дверь в другой мир? — лупаю глазами, ни хрена не понимаю.

— Не всегда, но сейчас — да. Так уже было в лифте… — хмурится.

— В смысле? — я вообще перестаю что-либо понимать.

— Я хотела сказать, так бывает, когда магическое существо оказывается вместе с немагическим существом в пространстве портального типа, — выдаёт Даря. — Мы с тобой в маленькой кухне… — наклоняется и заглядывает под раковину.

— Э-э! Не лезь туда! — встаю из-за стола, подхожу к девочке.

— Разве тебе неинтересно, куда ведёт этот портал? — спрашивает, а в глазах скачут чертенята. — Мне очень интересно.

Матюгнуться не успеваю — девчонка уже наполовину в портале. Вот же а! Оставила мне только аппетитную попку и стройные ножки в шерстяных носочках. Вместо того чтобы срочно вытаскивать обезбашенную девочку из светящейся дыры, я стою и залипаю на её сочный персик. Пятиминутка уютных разговоров за чаем закончена. Здравствуй, приход похотливый!

— Твою мать… — отмерев, хриплю. — Даря, вылезай оттуда!

Не слышит. Или делает вид, что не слышит. Ножкой дёрнула и дальше стоит на четвереньках. Ещё немного так постоит, и я забуду, что у меня есть истинная пара!

Жанна? Кто это? Не, не слышал.

Дарина выныривает из светящегося пространства под раковиной. Встаёт и с улыбкой протягивает мне горсть снега.

— Потрогай его! — предлагает с восторгом.

Что я снег никогда не трогал, что ли? Ну, окей. Дотрагиваюсь до сугроба на ладошке девочки, и у меня случается диссонанс восприятия — выглядит как снег, но он тёплый.

— Как так-то? — офигев, смотрю на Дарю.

— А вот так, — она хитро улыбается. — Там много интересного. Идём посмотрим.

Стряхнув тёплый снег в раковину, Даря снова исчезает под раковиной. На этот раз вся. Авантюристка!

Мне тоже приходится лезть в портал. А что ещё остаётся?

* * *

Я стою в шерстяных носках на снегу, и мне не холодно. Офигеть! Раньше я о таком только слышала.

— Мы в лесу? — Из портала появляется мой зверь.

— Технически. — Прохожусь взглядом по заснеженным деревьям. — Думаю, это дипломная работа студента-демиурга. Блуждающий мирок.

— Ничо не понял, — Раж осматривается. — Но здесь красиво.

Да, очень красиво. И необычно. Сказочный зимний лес: сугробы, иней на деревьях и туманная дымка в воздухе, но мороз не чувствуется. Тепло как в погожий весенний денёк. А уютный полумрак добавляет этому месту уюта и романтики.

— Не вникай, — мягко улыбнувшись, смотрю на мужа. — Прогуляемся?

— А дырка? — косится на портал. — Она не схлопнется, пока мы гуляем?

Надеюсь, что схлопнется. А я сделаю вид, что понятия не имею, как отсюда выбраться.

— Не думай об этом. Идём, — беру Раждэна под руку.

— Ты слегка сумасшедшая, — он вздёргивает бровь. — В хорошем смысле этого слова, — улыбается.

— Не исключено, — улыбаюсь в ответ.

Я выгляжу спокойной и уверенной в себе, но в груди взрываются эмоции. Бах! Бах! Бах! Хочу поцеловать моего зверя, прижаться к нему, сказать, что люблю больше жизни. Боже… Я люблю его, а он меня не знает. От этого так больно, что дышать невозможно!

Я бы хотела рассказать Раждэну правду о нас, но нельзя. Из-за этого может получиться ещё хуже, чем уже получилось. Будущее вообще очень капризно, и, меняя его, надо сохранять спокойствие, а Раж не умеет держать эмоции в узде.

Вопрос о том, как мне обскакать Жанну, остаётся открытым. Раж считает волчицу истинной парой, а я для него — случайная знакомая. Надежда, что зверь почувствует нашу с ним связь, тает.

Он ведёт себя как девяностолетний старик, честное слово! Я уже и попой перед ним крутила, и губы облизывала, и… И что только ни делала там, в кухне! Ему фиолетово. А я, дурында, ещё в чай ему «Умеренность» подмешала. Думала, у меня всё сто процентов получится.

Самоуверенность меня когда-нибудь погубит.

Оборотень наклоняется и зачерпывает пригоршню снега:

— Он тёплый, но тает… — мнёт миллион слипшихся снежинок в лапе. — Охренеть!

Природовед, блин! Ещё бы спросил, какие деревья и кустарники здесь растут!

— Просто демиург был двоечником, — бурчу сердито.

Где мой развратный похотливый зверь? Обычно Раж заводится с пол-оборота так, что уже не остановить. Но не сегодня. Не со мной. Я не хочу верить, что в этой реальности совсем не привлекаю мужа. Этого просто не может быть!

— Уф-ф… — оттягиваю вырез свитера, дую себе на грудь. — Жарковато здесь, да?

Поглядываю на Ража, пытаясь уловить хоть нотку ответной реакции. Стоит, смотрит на меня, а лицо каменное. Хоть бери его за член, блин, чтобы проверить — встал или нет.

— Нормально вроде, — волк и бровью не ведёт.

— А мне