Избранная пламенем - Кира Верго

Не обольщайся, ведь он всего лишь чувствует свою вину. Просто он добрый, но уже ясно дал понять, что продолжения не будет. Или будет? Моя бессмертная надежда, уперто топала ножкой.

— Лина? — вопросительно глядя на меня, спросил Октябрь, что я встрепенулась, смахнув пелену задумчивости.

— Знаю, что сейчас не время, но что будет дальше? — спросила прямо, не оставляя ни себе, ни ему шанса потянуть время.

— Будем беречь тебя, пока ты не оправишься после встряски, — его зрачки сузились, а радужка стала тусклее, напоминая деревянную смолу.

— Я о нас спрашиваю, и хочу, чтобы ты сейчас ответил мне правду. Мне очень нужно знать, что дальше, понимаешь? — отчего-то стало стыдно, что я тяну слова из парня, но иначе, я не узнаю ответа. А ждать и огорчаться не хочу.

— Послушай, — он взял обе мои руки в свои ладони и, облизнув пересохшие губы, внимательно посмотрел мне в глаза. На самом деле, сейчас он видел намного больше. Моя обнаженная душа, ожидала его ответа, сотрясаясь от волнения. — Мы… нам… нельзя, — долго подбирая слова, наконец, заключил он.

— Уходи, — в этот момент, кажется, я услышала внутренний треск разрушенных надежд.

— Что? Нет, я не уйду, — он крепче сжал мои руки в своих ладонях.

— Я сказала, уходи! — резко выдернув руки, я вскочила с кровати и хотела обойти его и распахнуть дверь, но он перехватил меня за талию, прижав к себе.

— Все ошибаются, — прошептал он мне в ухо, сжимая в своих объятьях. — Но, порой, ошибки дорого обходятся. Ты хочешь знать, что я чувствую? Страдаю ли я так же как ты? — взяв меня за подбородок, он пристально смотрел мне в глаза. Его зрачки сейчас практически заполняли всю радужку.

— Хочу! — выпалила я ему в лицо.

— Что ж, гляди, — он расстегнул пуговицы своего одеяния, и взяв мою руку приложил к груди.

Ахнув от неожиданности, хотела убрать её, но он крепко держал. Внезапно, я провалилась в вихрь, ощутив нестерпимую тоску и муку. Она была не моя, но окружала пространство вокруг.

— Это ты хотела увидеть? Думаешь, что я умею выключать наваждение? Я готов отдать тебе всё, но должен сохранять равновесие. Как же ты не понимаешь?

— Тогда зачем ты это показываешь мне? Так ещё хуже. Уж лучше бы всё закончилось в саду, но ты решил всё усугубить, — попытавшись убрать руку из его крепкой хватки. — Лучше уходи.

— Глупая, я никуда не уйду. Теперь никогда. Ведь стоит мне отвернуться, и на тебя начинается охота. Тебе придется терпеть меня, ведь мой долг, защищать тебя, — практически в губы, промолвил он. Его глаза выглядели как затмение. Манящие, гипнотические и такие… неземные.

— И всё же, я решила, что лучше будет, если меня будет охранять Январь, — зачем-то сказала я, и он вспыхнул. В глазах произошел ядерный взрыв.

— Когда это ты так решила, м-м-м? — сдвинув брови, крепче сжимая меня в своих руках, что мне уже дышать нечем, вопрошал он.

— Отпусти, — выдохнула я, не в силах больше так близко находиться с ним.

— Не-е-ет, — хрипло прозвучал его голос в мои губы.

Тёплый шоколад неги, разлился по венам. Он целовал меня, не выпуская из своих рук. Голова кружилась от эмоций, что смешивались во взрывной коктейль. Казалось, опора под ногами исчезла, и я лечу.

Как просто, одним поцелуем вернуть крылья.

Он любит меня. В этом нет сомнений. Внутри щекотно от радости, что чешется душа. И мне так хорошо, и одновременно страшно, что потеряю это всё, что только обрела. Крепче прижимаясь уже сама к Октябрю, вдыхала его аромат, что успокаивал и будоражил одновременно. А он гладил меня по волосам, шепча, что теперь всё будет иначе. Но страх сомнения, как снайпер, сидел в засаде, пристально глядя в прицел. Почему же всё так сложно?

Глава 40

Неделя в Игмеральде, показалась мне нестерпимо длинной. Раскачиваясь на цветочных качелях в саду, я высматривала Октября, который целыми днями вместе с братьями выстраивал новый энергетический купол над городом.

После того вечера, он стал сам не свой. Его бросало из крайности в крайность, что очень меня обижало и даже раздражало. Он вёл себя не как любимый, а как мой опекун. То и дело был занят безопасностью, предпочитая любви самооборону и строительство защитного барьера вокруг города.

В моменты моего раздражения, он будто чувствовал, что я ощущаю себя одиноко в этом мире, и приходил ко мне. Он дарил мне такое необходимое тепло, ту любовь, что я так ждала от него, но… мне этого мало. Мне мало этих урывков, кусочков и фрагментов, которые выдаются буквально в перерывах от работы, которой они заняты целыми днями.

Я знаю, что всё не так, как я себе рисую, и может, ещё не всего понимаю. Месяцы, в отличие от меня, живут тысячи лет. А я? Каких-то почти двадцать лет на свете. Вообще, на самом деле мне просто скучно. Меня окружили гиперопекой, и не дают никакой работы, а только заставляют отдыхать. Но никто не спрашивает, чего я действительно хочу. А я хочу… фух, как же я хочу просто тёплых объятий Октября, добрых шуток братьев-месяцев. Но, они поглощены работой, а я пинаю камешки в саду от скуки. Все вокруг заняты работой, одна я скитаюсь без дела, ведь мне поручено отдыхать и накапливать силы. А мне надоело это. Уж лучше бы мы скорее отправились в путь, потому что так дальше продолжаться не может. Со мной обращаются как с маленьким ребенком, не смотря на то, что я светоч, который по пророчеству станет главным действующим лицом в битве тьмы и света. Ну, вот как так?

Вдруг, что-то зашуршало в кустах сбоку и я, остановившись, пригляделась. Куст как-то странно дёргался, что мне стало не по себе. Осторожно подняв с земли камешек, сжала его в ладони, пристально всматриваясь вглубь куста.

— Эй, что за шутки? — тихо спросила я, как вдруг, оттуда выпрыгнуло какое-то мелкое, пушистое непонятное существо. Оно сигануло мне прямо на голову, и оттолкнувшись, куда-то испарилось.

Но, куст дёргаться не перестал. Оглянувшись по сторонам, решила посмотреть поближе, что там происходит, внезапно услышала предупредительное рычание. Так обычно рычат собаки, когда близко подходишь к чужому двору.

Это мне совсем не понравилось, и я решила осторожно отступить назад. Мало ли, что там за зверь сидит. Но, вдруг