Любовь по расчету - Пенелопа Стрэттон

— И невзирая на это сегодня вечером нам придется наслаждаться его обществом? — спросила Дианта с издевкой.

— Только лишь из уважения к Вернону, а иначе он бы ни за что не дал согласия… О… — Элинор почувствовала, что наговорила лишнего.

— Не дал своего согласия на то, чтобы быть представленным мне? — спросила Дианта спокойно, но во взгляде у нее промелькнул огонек негодования.

— О нет, конечно же, нет! — поспешила загладить свою бестактность Элинор. — Чартридж пресекает любые попытки познакомить его с богатыми леди несмотря на то, что все вокруг только и делают, что подталкивают его к выгодному браку. Если бы не Вернон, он ни за что бы не…

Появление Лидден, горничной леди Грейсбурн, избавило Элинор от дальнейших объяснений: ей поручено было помочь Дианте одеться. Она занялась волосами мисс Хелстоу, как только Табита покинула комнату. Элинор также поспешила к себе, оставив Дианту в глубокой задумчивости.

Дианта знала, что рано или поздно этот день настанет. Найти себе достойного супруга — один из важнейших шагов в жизни женщины. Тем более женщины с таким наследством, как у нее. Но теперь, когда это случилось, земля ушла у нее из-под ног. Больше всего Дианту озадачивал тот факт, что ее чувство к Чартриджу не было «рациональным». Она видела его в парке, и нашла очень привлекательным. Теперь ее подталкивают к брачному союзу с этим знатным джентльменом, который подходит ей во всех отношениях. Чего еще желать богатой наследнице? Но все логичные рассуждения — ничто по сравнению с воспоминаниями о прекрасном сильном мужчине, на скаку останавливающем лошадей. Когда Дианта подумала о силе, которая скрывалась в его мускулистых руках, невольный вздох вырвался у нее из груди.

— Надеюсь, у вас нет жара, мисс Хелстоу? Ваши щеки пылают.

— Ну конечно же нет! Немного волнуюсь из-за бала. Ах, не тяните так волосы, Лидден!

— Я стараюсь, мисс.

— Ума не приложу, какое колье мне надеть сегодня.

— Леди Грейсбурн предложила свои бриллиантовые серьги и колье.

— А как же браслет?

— Только колье и серьги, мисс.

Наряд отличался чрезвычайной скромностью, что являлось лишним подтверждением правильности догадки Элинор. Леди Грейсбурн — слишком мудрая женщина, чтобы позволить злопыхателям судачить о том, что Дианта кичится огромным богатством, унаследованным от деда. Да в этом и не было никакой необходимости.

К тому времени, как все приготовления были закончены, Дианта полностью владела собой и даже удивлялась собственному волнению. Как же она — Леди Благоразумие — могла позволить чувствам взять верх над разумом? Теперь ничто не нарушит ее спокойствия!

Девушка рассматривала свое отражение в огромном зеркале, когда в комнату вошла Элинор, одетая в бальное платье.

— Ты выглядишь превосходно, — со вздохом сказала она при виде кузины. — Лорд Чартридж влюбится в тебя с первого взгляда.

— Надеюсь, он не сделает такой глупости, — спокойно сказала Дианта. — Я же в него не влюбилась…

— Это не в счет, — возразила Элинор. — Ты видела его издалека.

— Как бы то ни было, я ни за что не влюблюсь в него.

— О, Дианта, как ты можешь так говорить? Это было бы так чудесно!

— Правда? — спросила Дианта с блеском в глазах. — Расскажи мне, на что это похоже! Я уверена, никто не влюбляется с первого взгляда чаще, чем ты.

Элинор добродушно улыбнулась. Она была девушкой легкомысленной, но сердце ее было чувствительным, а потому она очень легко и быстро влюблялась и так же быстро охладевала.

В тот вечер на ней было платье из бледно-желтого муслина, а из драгоценностей — матушкины бриллианты, которые подчеркивали ее нежную кожу. Однако Дианта в своем наряде из серебристого газа, под которым виднелось белое атласное нижнее платье, выглядела просто великолепно. Фасон не изобиловал модными в то время оборками и рюшами, а потому выгодно подчеркивал стройную высокую фигуру девушки. Бриллиантовые украшения вносили в наряд нотку элегантности.

Лидден расправила на плечах Дианты лебяжий палантин и вручила веер слоновой кости. Можно было ехать.

Когда семейство Грейсбурн прибыло в Олвик-хаус, было еще достаточно светло, но в залах горели свечи. Дианта, вежливо поприветствовав хозяев дома, подошла поздравить главных виновников торжества. Ее познакомили с невестой господина Кейда — мисс Марселлой Брюз, весьма симпатичной молодой леди, нервно державшей своего жениха за руку.

Пока Дианта обменивалась любезностями со своими знакомыми, раздался голос лакея:

— Их светлость граф Чартридж и майор Лизем!

Вновь прибывших тут же окружили гости, затем толпа расступилась, и девушки смогли, наконец, их рассмотреть. Одному из мужчин было лет двадцать с небольшим, и, судя по великолепному синему мундиру, шитому серебром, он носил звание майора драгунского полка. У него были густые светлые волосы, а добродушное лицо, хоть и не было лицом философа, не становилось от этого менее привлекательным. Элинор он показался куда красивее своего спутника, в то время как Дианта молодого майора не удостоила и взглядом. Ее взор был прикован к другому джентльмену, с невозмутимым видом разглядывавшему гостей. Высокий, с холодным взглядом, он выглядел довольно привлекательно. На нем были бриджи из черного атласа, фрак, белый жилет и подобранный в тон галстук. Но было в его облике нечто, что заставляло оторвать взгляд от костюма и обратить внимание на самого графа. Широкоплечий, с сильными стройными ногами, он невольно выделялся на фоне более слабых и изнеженных мужчин. На мгновение Дианте даже показалось, что все гости в бальном зале стали похожими на тени. Все, кроме него.

Леди Олвик направилась к только что пришедшим гостям, и Дианта услышала ее голос:

— Рекс, Джордж, как мило с вашей стороны посетить нас снова.

Лорд Чартридж улыбнулся хозяйке. В этот момент Дианте вспомнилось, какими нежными, только им двоим понятными улыбками обменялись лорд Чартридж и та вызывающе одетая женщина в парке.

Лорд Грейсбурн, в отличие от остальных членов своей семьи, был знаком с новоиспеченным графом, поэтому поспешил представить его дочери и племяннице. Чартридж вежливо поклонился, не подав виду, что когда-либо слышал фамилию Хелстоу. Дианта, которая не хуже его владела собой, ожидала чего угодно, но только не этого.

Прием удался на славу. За великолепным столом, сверкавшим серебром, хрусталем и белоснежными салфетками, разместилось более сорока человек. Среди посуды были расставлены вазы с букетами нежно-розовых и белых роз, которые гармонировали с предметами меблировки, также украшенными цветами. Гостям прислуживали лакеи в ливреях и белых париках.

Дианту усадили напротив лорда Чартриджа. Не выказав ни малейшего удивления, она вежливо беседовала с джентльменами, сидящими рядом. Но чего ей это стоило, знала лишь она. Девушка испытывала непреодолимое желание хоть раз взглянуть на будущего супруга, сидевшего так близко, но и думать об этом боялась.