Дефиле по подиуму - Вера и Марина Воробей

– А теперь я хотела бы послушать вас и узнать, общие ли у нас стремления, – обратилась Катя к маме с дочерью.

– Мам, может, ты сможешь лучше объяснить? – взмолилась Аня.

– Хорошо, я попробую. – Мама ободряюще улыбнулась дочери. – Видите ли, Катя, Аня – веселая и общительная девочка, но с некоторых пор у нее появились комплексы по поводу своей некрасивости и даже уродливости. Уговоры с моей стороны не помогают. А я убеждена, что каждая женщина может стать прекрасной, если сама поверит в себя. Но учиться всему надо у профессионалов. При участии вашего брата она за последние два месяца очень похудела, подкачала мышцы и даже немного подросла. Но это не изменило ее отношения к себе. Значит, пришло время для иных тренировок. Вот мы и обратились к вам по совету Игоря Вячеславовича. Я так рада, что оказалась не одинока в своем мнении. Как вы считаете?

– Все, что вы сейчас сказали, просто замечательно. Аня, с такой мамой ты не пропадешь. Игорь говорил о тебе то же самое: хорошенькая, миловидная девушка, но носит только джинсы и широкие балахонистые свитера, на ногах кроссовки или мужские ботинки, а за спиной огромный рюкзак. А между тем у нее милое славянское личико, длинные ноги, узкие запястья и лодыжки, изящные длинные пальчики. А мой братец знает в этом толк, поверьте мне.

Аня не верила своим ушам. Ну Лапушка, ну дает! И в душе стала подниматься такая горячая волна благодарности, что сразу защипало в глазах.

– Я очень… очень хочу научиться всему, что умеете вы. Я тоже хочу носить высокие каблуки и красивые платья. Я знаю, я смогу. Я буду стараться. Мне сейчас очень надо стать красивой. Просто необходимо, – тихо, почти шепотом быстро проговорила Аня.

– Я догадываюсь почему, – засмеялась Катя.

– Я тоже, – ответила мама.

– И я, – вздохнула, улыбаясь, Аня.

Домой они ехали счастливые и озадаченные. Занятия в седьмой группе, куда записали Аню, должны были начаться сразу после выпускных экзаменов в школе. К этому времени надо было оплатить обучение, взять в поликлинике справку о состоянии здоровья, купить для занятий туфли на высоченных каблуках-шпильках, спортивный купальник, широкую рубашку с длинными рукавами, так как, оказывается, хореограф-балетмейстер не должен при обучении хвататься за голые руки девочек. Во как!

У Марины Сергеевны радостно билось сердце. Как здорово! И как жаль, что ничего подобного не было в дни ее молодости. Ведь именно этого не хватает в воспитании девочек, а им в семидесятые годы преподавали только домоводство, все остальное было неприлично.

– Анька, я умираю, как мне интересно! – воскликнула Марина Сергеевна.

– Мам, я только боюсь, что все остальные придут очень красивые и худые, девяносто – шестьдесят – девяносто.

– Да и ладно. Один месяц позанимаешься, пройдешь базовый курс, а на профессиональный и не обязательно, если не захочешь.

– Боже! Каблуки двенадцать сантиметров. Я не то что ходить, стоять на них не смогу.

– Научат. Даже медведь на велосипеде в цирке ездит.

– Точное сравнение.

– А ты смотри, как с рубашкой все продумано. Нет, мне определенно нравится подход к делу. И хорошо, что родители могут прийти на любое занятие и посмотреть, чем вы занимаетесь.

– Катя прелесть, правда, мам?

– Очаровательная девушка.

– Какая она ухоженная!

– Вот! Это как раз самое главное. Понимаешь, если женщина уделяет себе внимание, умеет подчеркнуть свои достоинства, значит, у нее есть шарм. Некоторые женщины не придают этому значения. Есть те, к которым это приходит с годами. А есть и такие, которым дано это с рождения. Пусть ты не родилась с этим, но у тебя есть шанс научиться всему сейчас, а не ждать, когда спустя годы придет женская мудрость. И ты увидишь, жизнь сразу отблагодарит тебя за труд.

– Мам, а Ванька сможет это понять?

– Заранее мужчинам о таких вещах не рассказывают. Они закатывают глаза и говорят, что это женские глупости. Но любят-то каких женщин?

– А папа?

– Папа твой прекрасно все понимает, только, как и все мужчины, не хочет в этом сознаваться. Вот только он и станет тем мужчиной, который будет обо всем знать с самого начала. А потом, нам нужен спонсор, одни мы эту авантюру не потянем. – Мама звонко засмеялась.

Так всегда смеялась и Аня. Словно два колокольчика зазвенели в унисон, и все пассажиры в вагоне метро с улыбкой посмотрели на веселую парочку.

В дверь квартиры они звонили, не отрывая палец от звонка. Папа выскочил совершенно перепуганный, и мама с дочкой хохоча ввалились в коридор.

– Чи вы пьяные, чи шо? – на украинский манер спросил Николай Петрович.

– Не-а, мы трезвые, как стеклышко, – заявила с порога Марина Сергеевна.

– Девушки, я вас боюсь.

– Коля, там так здорово, я в восторге! – Мама снимала туфли и размахивала руками.

– Так! Платить придется за двоих. Ты тоже, что ли, записалась на курсы эротики?

Анька с мамой просто повалились на диванчик от хохота.

– Ладно, девчонки, переодевайтесь и идите ужинать, все на столе. Сейчас мне расскажете подробненько обо всем, а то сижу здесь один, как дурак. Где-то мчатся поезда, кто-то спускается под землю, кому-то дают Нобелевскую премию, некоторые рванули в модельный бизнес, один только Колька Малышев картошку на кухне жарит, – счастливо заулыбался Николай Петрович.

Потом они долго сидели на кухне, и мама с дочкой наперебой рассказывали папе, смеясь над его комментариями, о своем визите в школу моделей. И Аня с грустью подумала о том, что ей не хватает Ваньки с его неотразимой улыбкой.