Дефиле по подиуму - Вера и Марина Воробей

Занавес открылся, и первое, что увидели зрители, – это невероятные декорации. Чего тут только не было! Набившие оскомину рекламные лозунги стирального порошка и пива соседствовали с рекламой лучшего в мире транспорта – лошади. В нарисованных окнах домов красовались портреты всех учителей школы в старинных париках и кружевных воротниках, как будто любопытные горожане прильнули к окнам, чтобы поглазеть на улицу. Смешение вкусов и стилей, времени и пространства, цвета и тени. Это была лебединая песня лучшего декоратора школы – Иры Дмитриевой, которая поступила в архитектурный колледж. Зал дружно зааплодировал.

Затем под музыку и аплодисменты на сцену стали выходить герои Дюма. И тут сразу бросались в глаза их костюмы, автором которых была Лена Серова. Соответственно эпохе все дамы действительно были в длинных платьях, украшенных кружевами, парчой и шелком. Броши, бусы, перстни – все было крупным и бросалось в глаза. А вот кавалеры… Они были одеты кто во что горазд, хотя каждый костюм подчеркивал характер героя. Так, например, д’Артаньян был одет рокером: кожа, заклепки, цепи. Арамис – в шелковые брюки и белую рубашку, расстегнутую на груди. Атос – в строгий костюм с черным галстуком. Портос – в широкие джинсы и джинсовую рубашку навыпуск. Людовик нарядом походил на Борю Моисеева, а Ришелье был в спортивном костюме, с мобильником, по которому все время отдавал распоряжения, и с кожаным поясом-кошельком на талии, из которого все время доставал деньги и расплачивался за услуги. На Бэкингеме была яркая футболка с видами Лондона и крупной надписью «Welcome», а также шаровары с расцветкой английского флага. И на всех были роскошные взбитые парики всех цветов радуги. Нет, не зря артисты отказались от театральных костюмов, которые благодаря старым связям раздобыл Кахобер Иванович. Из всего театрального реквизита они оставили шпаги и эти парики.

А вот над текстом изрядно потрудилась Лиза Кукушкина. Он почти сплошь состоял из пословиц, поговорок и прибауток. Современные фразочки и молодежный сленг добавляли остроты в классический текст. Из-за шума оваций многое приходилось повторять дважды. Те, кто записывал спектакль на видеокамеры, забывали смотреть в объектив, плача от смеха.

Апофеозом спектакля стало танцевальное шоу на балу во дворце Людовика ХIV. Все существующие музыкальные стили и танцевальные комбинации, причудливый свет, дым, взрывы, летящие серебристые ленточки, бенгальские огни, клаксоны и свистульки – все это сразило бы наповал даже самого привередливого зрителя. Все выпускники выстроились на сцене, и зал стоя долго им аплодировал.

Долго еще потом фотографировались с учителями и родителями, снимались на видеокамеры, смеялись и повторяли фразы из спектакля тем горе-зрителям, до которых с первого раза смысл не дошел. Спустились в столовую, где был накрыт легкий фуршет и где царствовала тетя Тоня, школьный повар.

А в это время в актовом зале убрали все стулья, чтобы расчистить площадку для танцев. Родители стали потихоньку расходиться по домам, и освободившиеся от их опеки отпрыски решили наконец-то приступить к завершающей части вечера – лирической…

Кахобер Иванович и еще несколько учителей расположились в холле рядом с залом, чтобы «держать ухо востро» и в то же время не смущать танцующих. Кошка, слава богу, ушла со своим военруком, поэтому можно было расслабиться.

– Ну, Кахобер Иванович, вы нас сегодня просто убили наповал. – Дим Димыч, школьный психолог, восторженно хвалил Кахобера. – И ведь как психологически точно вы определили характеры персонажей!

– А я ничего и не угадывал, – засмеялся Кахобер Иванович. – Они сами выбрали себе роли, а я был лишь сторонним наблюдателем.