Мой любимый доктор - Тая Ирова

— Хорошо! Тогда, до утра. Сначала анализы, потом в девять я загляну к вам, а ближе к десяти утра за вами придут.

— Хорошо.

Я тут же подскочил и рванул осматривать остальных пациенток из палаты. А утром я впервые пошёл наперекор отцу, который был недоволен моим решением о лапароскопии и настаивал на том, что у Эльмиры аппендицит. Я же считал иначе.

Когда девушка зашла в операционную, у меня даже дыхание спёрло, от вида её прикрытого лишь лёгкой простынёю тела. Это уже ни в какие ворота! Сан Саныч, конечно, заметил мою реакцию на девушку, хмыкнул и шепнул на ухо, чтобы я отвернулся, пока она ляжет на операционный стол и её подготовят к операции.

Я был ему благодарен за эту передышку и пошёл к столу с инструментами, начав их перебирать, чтобы успокоить себя. Как же это на меня не похоже! Я же не юнец какой-то! Между тем слышал, как девушка считает. Вот её голос становится тише, и она замолкает, погрузившись в сон.

— А она ничего, так, — снова шепнул анестезиолог, добавив: — давай мастер, твори!

В общем, как и ожидалось, у Эльмиры оказалась гидатида, которая располагалась несколько нестандартно. На внешней стороне правой маточной трубы и давила на аппендикс. Отсюда и болевой синдром…

В общем, отправил медсестру за Ирой. Она хоть и недовольная, но всё же провела операцию как положено. А я потом выслушивал и от не неё, и от отца о том, что так не делают и тому подобное. Ведь у Иры была плановая операция, а я её по факту заставил сместить расписание. Но меня волновало не это… А то, что Эльмиру перевели в гинекологию и так просто её навестить я не мог… Жаль. Очень.

Удивила мама Эльмиры. Она принесла мне коробку дорогих конфет с банкой элитного кофе, в знак благодарности за то, что отстоял её дочь и сделал по-своему. Благодаря этому, своё день рождения она отметит дома. Ведь завтра ей уже снимут швы.

Ира на меня дулась. Отец всё ещё был недоволен тем, что я пошёл против его мнения, потому признавать ошибки не любил. А ещё через неделю мне поступило предложение, от которого я не смог отказаться. Мне предложили место в хирургии и ни где-нибудь, а в Склифе. Причём звонил, профессор, который как-то приезжал читать нам лекции. Я был в приятном шоке и даже особо сильно не стал раздумывать. Такое предложение можно получить только раз в жизни. Единственное, что меня немного тормозило — это желание попробовать пообщаться с Эльмирой. С Ирой я решил порвать окончательно, узнав, о том то, что, требуя от меня верности, она периодически зажигала, то с практикантами, то с нашим молодым анестезиологом. Да уж…

Отец же, услышав про предложение, немного оттаял, хоть и предупредил, что не факт, что я не прибегу обратно, несолоно хлебавши, а такое место, как заведующий отделением, я могу потом и не получить… Ну и ладно. Уезжал из Екатеринбурга в Москву, с почти спокойной душой, потому что смелости и времени пообщаться с Эльмирой в непринуждённой обстановке так и не нашёл. Да и чтобы я ей сказал… Что она мне понравилась? И предложил бы ей ехать со мной в Москву? Вот так с бухты барахты, даже толком не узнав друг друга? Бред! Начну новую жизнь, на новом месте…

Глава 2

Эльмира

— Тебе не надоело ещё нянчиться с Сеней? — спросил Артём, глядя с улыбкой на младшего брата, сидящего в коляске и с интересом осматривающего всё вокруг.

— Нет, — улыбнулась в ответ. — К тому же мама не так часто об этом просит. Да и интересно за ним наблюдать.

— Эх… Тебе уже двадцать два, а ты всё одна, — завёл старую песню теперь ещё и брательник!

— С чего ты это взял? — Уточнила я, внимательно посмотрев Тёмыча. Ради этого даже остановилась.

— Ну, дом, работа, учёба и так по кругу. Даже Анжела уже волнуется.

— Моя личная жизнь, на то и личная. Если сочту парня достойным предстать перед вами, то так и сделаю. Ты же своих девушек не таскаешь домой после одной-двух ночей? М-м-м?

Тут мимо нас прошли две девушки. Обе усиленно делали вид, что они смеются над какой-то очень весёлой шуткой, а сами глазки брату строят. Ну, ещё бы, шатен с серо-голубыми глазами, небольшой нос с лёгкой горбинкой, верхняя губа чуть тоньше нижней. А ещё высокий и мускулистый. В общем, картинка, а не мужчина.

— Ну, я пока не нагулялся. Да и вообще, мне только двадцать! Как говорится, жизнь только начинается, а я уже, между прочим, довольно много достиг! — решил повыделываться Тёма.

— Ой! Ты нос-то свой не задирай! — улыбнувшись, слегка пихнула его в бок.

— Ну да, ну да, куда уж мне до твоего, — в шутку передразнил Артём.

— Завидуй, молча! — Подумаешь, на мне гены деда по маминой линии отыгрались по полной программе. Я как чёрная ворона среди стаи белых. Даже у мамы азербайджанская кровь не так сильно выражена, как у меня… Но я по этому поводу вообще не парюсь.

На миг я ощутила чей-то пристальный взгляд. Обернулась, но так никого и не увидев, продолжила перешучиваться с братом.

Уже ближе к выходу у парка, Артём поднял не самую приятную тему:

— Слушай, тут это… Вовчик…

— Пусть твой Вовчик лесом идёт или ему было мало удара в челюсть? — вызверилась я.

— Он очень сожалеет. И твой удар оценил, поверь, — хмыкнул брат. Прекрасно зная, что уроки папы по боксу, для меня даром не прошли.

— Может он мазохист?

— Нет. Но если ты не забыла, он любит бои без правил и не ожидал, что ты умеешь драться… — ответил Артём, внимательно глядя на меня.

— Честно? Я вообще удивлена, что вы с ним до сих пор общаетесь, — ответила я.

— И что он натворил такого? Он просто захотел тебя поцеловать, а ты ему врезала. Между прочим, как по мне, так это не самый хороший поступок с твоей стороны.

— Да?! А он тебе больше ничего не рассказывал? Например, за что он схлопотал хук с права? А? — разозлившись, спросила я. Тоже мне моралист нашёлся!

— Ну и? — вздёрнув бровь, выжидательно глядя на меня, спросил брат.

— Он поспорил со своими дружками на то, что влюбит меня в себя за месяц, и я буду плясать под его дудку! Ты считаешь это нормально?

— Что?! — обалдело посмотрел на