Руководство творческой девчонки по спариванию с оборотнем - Лола Гласс

По крайней мере, за то время, что я его знала.

Моя волчица шла рядом с ним, прижимаясь, а он гладил ее.

Если он будет таким же тактильным, когда я буду в человеческой форме, не знаю, как к этому отнесусь.

В смысле, да, звучало заманчиво. В моей жизни никогда не было перебора с обнимашками. Да и вообще прикосновений. Единственный раз, когда я делила с кем-то кровать, был тогда, когда волк моего бывшего охотился на меня, и мне это нравилось.

Это была единственная вещь во всем том опыте, по которой я скучала, помимо самой стаи.

Иметь стаю было классно. Моя семья давно не была близка. Мы с братьями и сестрами никогда не были друзьями, поэтому не поддерживали связь. Я разговаривала с мамой раз в несколько месяцев и обычно присоединялась к семье на Рождество, но в этом году все они решили отправиться в длительный круиз на праздники. Даты не совпали с началом и концом семестров, так что я отказалась.

Я планировала провести все каникулы за рисованием, если все друзья будут заняты.

Теперь, возможно, я проведу их в волчьей форме.

Ура.

Шансы на то, что моя волчица определится в течение месяца до наступления праздников, казались довольно призрачными. Он ей определенно нравился, но ее подозрительность все еще работала на полную катушку.

Он довольно быстро вышел на небольшую полянку. В центре пылал костер, а в стороне стоял простой стол. Посередине стола красовалась огромная индейка, окруженная картофельным пюре, подливкой и овощами. Рядом стояло несколько тарелок с печеньем и тыквенный пирог.

Вся еда выглядела так, словно на нее кто-то уже покушался, но Грэму хватило.

Эбби и Нико прижались друг к другу на металлическом стуле для кемпинга, а вокруг костра расположилась компания здоровенных мужиков. У всех на коленях или рядом стояли пустые тарелки.

Итан, парень, с которым моя волчица познакомилась несколькими днями ранее, сидел на земле, откинувшись на гладкое бревно, и на его лице все еще была улыбка, не доходящая до глаз.

Грэм представил меня и Пушинку всем остальным у костра.

Уайатт прислонился к тому же бревну, что и Итан.

Коннор и Финн сидели на одной металлической скамье.

Остин и Энзо занимали еще пару металлических стульев рядом с Эбби и Нико.

Грэм взял тарелку и уселся на единственную свободную скамью, а Пушинка устроилась у его ног. Она с подозрением наблюдала за всеми, прижимаясь боком к голеням Грэма для успокоения.

Никто из парней не упомянул и не стал расспрашивать о волчице, хотя я заметила, что Эбби за ней наблюдает.

Она тоже это заметила, но Грэм легонько почесал ее по голове, прежде чем она зарычала. Это прикосновение успокоило ее.

Парни обменивались забавными историями о людях, которых они инструктировали. Я не понимала, в чем именно заключалось это инструктирование, ведь превращение было вопросом выживания в адской боли до тех пор, пока она не закончится, но спросить, разумеется, не могла.

Атмосфера была непринужденной, и Эбби без проблем участвовала в разговоре, хотя большинство парней к ней напрямую не обращались.

Учитывая, что все они были отвергнуты, я предполагала, что они либо не любят женщин, либо просто не хотят с ними общаться. Однако к Эбби они относились вполне прилично.

После ужина все вместе прибрались и собрались вокруг стола для карточных игр. Появились походные стулья и огромный мешок с конфетами, которые, по-видимому, использовались в качестве фишек для покера.

Хотя я и не участвовала, честно говоря, это выглядело весело.

Я бы не призналась в этом вслух, но я вроде как хотела, чтобы моя волчица уже превратилась обратно, и я могла сыграть.

Коннор и Итан поедали свои конфеты пока шла игра, и довольно быстро выбыли из игры. Но они остались.

Эбби была ужасной лгуньей и тоже быстро вылетела.

Уайатт, Остин и Энзо были не такими азартными, как Финн и Нико, так что следующие выбыли они.

Битва между Нико и Финном была напряженной, но короткой, потому что Эбби, Итан и Коннор продолжали таскать конфеты из запасов обоих.

Финн охранял свои «фишки» лучше Нико, так что в конечном итоге победил он, и все набросились на оставшуюся гору.

Было уже около полуночи, когда исчезла последняя конфета — то есть покерная фишка — и все разошлись по своим домам.

Грэм с игривой ухмылкой повел мою волчицу вглубь леса, вместо того, чтобы направиться к дому. Когда мы оказались достаточно далеко от остальных членов его стаи, он швырнул свою одежду в то, что выглядело как металлический ящик для инструментов, стоявший поблизости, и превратился.

Окажись я в человеческом облике, я бы разинула рот.

Не из-за его тела, хотя оно, несомненно, было привлекательным.

А потому что его превращение было мгновенным.

Я никогда не видела, чтобы кто-то менял форму без ужасных страданий. Самое короткое превращение, которое я видела, длилось три минуты агонии, когда обычно это пять-десять минут. Я годами гордилась тем, что могу превратиться за четыре.

Мгновенное превращение было чем-то неслыханным.

Количество боли, которую он сэкономил, ошеломляло.

Так вот почему все всегда говорили о Дикой стае? Потому что они могли превращаться так быстро? Если да, то я определенно понимаю, в чем привлекательность.

Волк Грэма медленно приблизился к моей. Его глаза были умными и, возможно, немного осторожными.

Когда Пушинка рыкнула на него, он немедленно остановился и замер в ожидании.

Она разглядывала его.

Он наблюдал за ней. В его позе не было ни сомнения, ни беспокойства. Только терпение.

Медленно она сделала шаг в его сторону.

Затем еще один.

И еще.

Пока наконец не оказалась достаточно близко, чтобы наклониться и обнюхать его шею.

Он даже не дрогнул.

Удовлетворенная его запахом, она обошла его вокруг, обнюхивая и подталкивая его снова и снова.

Он не рычал и не двигался.

Просто оставался на месте, давая ей время.

Когда моя волчица, наконец, снова подошла к нему, она слегка потерлась носом о его шею. В этом движении чувствовалась некоторая неуверенность, но когда он потерся носом о ее спину, ее беспокойство, казалось, растаяло.

Она гавкнула на него один раз, словно приказывая остаться.

Затем рванула вглубь леса.

Его пыхтение было почти похоже на усмешку, когда