Безумные Мечты - Л. Дж. Шэн

— Это здесь. — Я дернул подбородком в сторону правой двери.

Она гордо вскинула подбородок, и мы оба проигнорировали пунцовую краску на ее щеках.

Дилан открыла дверь и смущенно кашлянула. Да, место было довольно аккуратным. Гравити взвизгнула от восторга.

— Ух ты! Большие окна! — Она вырвалась из объятий матери. Девочка бросила наушники на пол и побежала в коридор исследовать окрестности.

Я затащил весь багаж внутрь, пристально глядя на Дилан.

Она раздраженно наморщила лоб.

— О, простите. — Ее хмурый взгляд разгладился, и она схватила с плеча сумочку Target, порылась в ней и сунула мне в руку пятидолларовую купюру. — Спасибо, сэр. Хорошего дня.

Она, блядь, дала мне чаевые.

Это просто случилось.

Я соврал. Я не был к ней равнодушен.

Я хотел ее убить.

Медленно. Методично. В течение нескольких дней.

Мы молча, враждебно смотрели друг на друга. Она ждала, что я отступлю. Но я не собирался - до тех пор, пока не разойдусь по этому гребаному кругу. Я знал, что Брюс Маршалл сдерживал сделку, потому что его жена считала меня заносчивым игроком, который превратит приложение в Ashley Madison 2.0. Она не ошиблась. Я был отморозком. И чертовски этим гордился. Бабник, шлюха, сексоголик. Называйте как хотите.

Но теперь у меня был шанс притвориться выдающимся членом высшего общества, а не одним из столпов его гибели. И в результате стать отвратительно богатым. Дилан представляла собой полный набор: молодая мать с пухленьким щекастым ребенком.

— Не хочешь ли ты временно обручиться с мужчиной, занимающимся финансами, ростом метр восемьдесят пять, с голубыми глазами? — спросил я.

Она бесстрастно заглянула мне за плечо.

— Конечно. Где он?

Я в отчаянии.

— Это я. — Я ткнул большим пальцем в грудь.

Она фыркнула.

— В хороший день в тебе шесть футов и три дюйма, чувак (прим. Метр сто девяносто). Кроме того, я знаю эту песню. Ты же не работаешь в финансовой сфере.

— Я собираюсь, если ты не испортишь все.

— А еще ты не ребенок с трастовым фондом, — поддержала она.

Мне так повезло, что я нуждался в услуге от единственной натуралки, которая не поддавалась моим чарам.

— Тебе понадобится кто-то, кто поможет тебе с этой раздолбанной машиной, поменяет лампочку, сделает все, что нужно, — заметил я, протягивая ей пульт от жалюзи, когда она начала бесцельно ходить вокруг дверей патио, пытаясь понять, как их открыть. — Я имею в виду, давай признаем это, Дил. Ты в полном дерьме.

— Я могу обойтись своими силами...

— Можешь ли? — Я стиснул зубы. — Роу и Кэл не будет здесь большую часть времени. Твоя мама в Мэне. У тебя нет друзей. Нет родственников. Посмотри на свой первый час здесь, черт возьми. — Я жестом указал на дверь. — Что бы случилось, если бы меня не было рядом, чтобы спасти Грав? Чтобы загнать твою машину в гараж? Нести твой багаж? Признай это. Нам обоим нужна помощь друг друга, и мы можем друг другу помочь. Взаимовыгодное соглашение.

— Я справлюсь одна, — настаивала она, сверкая глазами от наглой решимости.

Я знал, что она влипла по уши, и собирался наживаться на этом дерьме до тех пор, пока коровы не придут домой. Не было такой низости, куда бы я не опустился. Люди были средством достижения цели. А ее средства могли положить конец моей сложной финансовой ситуации.

— Нет, ты не справишься, — раздраженно огрызнулся я, взглянув на часы. Брюс Маршалл ценил пунктуальность, а я ценил четыреста миллионов долларов, которые он готов был выдать мне в качестве аванса, если мы подпишем контракт. — Ты даже не знаешь, где находится кондиционер, как починить обогреватель или что делать, когда Wi-Fi становится плохим. Я предлагаю тебе чертову карту выхода из тюрьмы, чтобы доказать своей семье, что ты можешь выжить в Нью-Йорке, Касабланкас. Бери эту чертову штуку и беги с ней.

— Роу с ума сойдет, если узнает, что мы встречаемся. — Она ходила вокруг, открывала шкафы, знакомилась с местом.

Теперь у нас что-то получалось. Она действительно рассматривала это.

— Не то чтобы у него были какие-то причины для этого, — заметил я.

Она посмотрела мне в лицо.

— При всем уважении, Райленд, и позволь заверить тебя, что я не испытываю к тебе никакого уважения - ты пострадал больше, чем волосы Кэл, когда она проходила через эту фазу, меняя свой цвет каждую неделю. И у тебя никогда не было постоянной девушки. И ты в прямом смысле слова библейский мужененавистник. И единственные чувства, на которые ты способен, - это возбуждение и раздражение. Так что, честно говоря, я прекрасно понимаю, почему он не будет рад видеть нас парой.

Поговорим о смиренном опыте. Связь с Дилан Касабланкас нанесла такой урон психике, что я удивляюсь, как ее не наняли в качестве орудия пыток в тюрьме Гуантанамо.

— Мы расскажем нашим друзьям правду, — заверил я ее, демонстрируя свою зазывную улыбку. — Он знает, что я хочу очаровать Маршалла, чтобы он работал со мной, и все будут рады, что я помогаю тебе устроиться. Он знает, что я никогда не нарушу кодекс.

На это она закатила глаза и в задумчивости пожевала нижнюю губу. На заднем плане я услышал, как Гравити кричит на повышенных тонах, перебегая из комнаты в комнату в коридоре. Боже, помоги мне, я ненавидел детей. Даже эта действовала мне на нервы, а ведь она была, по общему мнению, милой и воспитанной.

— Я не буду делать это бесплатно. — Дилан положила руку себе на талию. — Особенно если нам придется появляться на мероприятиях и притворяться, что мы терпим друг друга.

Я фыркнул от смеха. Она уставилась на меня в пустоту.

О. Она была серьезна. Она хотела, чтобы я заплатил ей за... что именно? Я даже не знал, нужно ли Брюсу нечто большее, чем эта полупустая встреча на улице, чтобы поверить, что мы вместе. Но, зная этого дотошного ублюдка, можно сказать, что для него было в порядке вещей заставлять меня прыгать через обручи, и в итоге я бы стал выставлять ее