Огня дракону! или Микстура от драконьей депрессии - Ирина Владимировна Котова

Тиана шла долго. Солнце поднялось, улицы заполнялись людьми – а она все шла, наслаждаясь прогулкой, несмотря на тяжелые мысли, – когда впереди показался особняк Алари.

Предместье Алари было когда-то частью герцогских владений. Оно и носило имя одного из своих бывших владельцев. Вдалеке, за городской чертой, среди полей и домиков фермеров на холме виднелся бывший замок Риваль, ныне подаренный короной ректору Миль-Авентису, да остатки крепостной стены. В городе же на окраине, среди домиков обычных горожан, которые стояли там, где какие-то сорок лет назад были герцогские сады, простиравшиеся до замка, возвышался двухэтажный, серого камня, особняк Алари, построенный три с лишним столетия назад.

После смерти отца Тианы мать, леди Вера, не пожелала больше выходить замуж и осталась жить в доме мужа, где хозяйкой была ее свекровь. Как говорила сама матушка, она не имела желания искать женихов, а потенциальные достойные кандидаты в мужья никогда не забредали к ним. Леди Вера была очень непрактична, витала в облаках, почти не замечала опального состояния и бедности и прекрасно обходилась без мужчин. У нее был тонкий вкус, она прекрасно рисовала, любила читать и играть на пианино. Ее не заботило ведение хозяйства и наличие денег.

Старшая леди, Аврора, вела дом, распоряжаясь мизерным доходом от вложений в ценные бумаги, поддерживала знакомства с семьями, которые принимали Ривалей. Старая леди воспитывала внучку истинной аристократкой и изо всех сил пыталась поддерживать образ жизни, достойный «их круга». Тиана до сих пор не понимала, почему нужно было есть кашу на воде с мейнского фарфора серебряной ложкой, а не продать эти ложки и купить масла и сахара. Однако вслух такие вещи говорить было категорически нельзя – бабушка выпрямлялась и строго объясняла:

– Масло быстро кончится, и у нас не будет ни ложек, ни масла, ни памяти о том, кто мы есть, ни гордости, милая.

Впрочем, бабушка вовсе не была глупа. И Тиану очень любила. Когда Ти только поступила в Академию, понадобились деньги, чтобы приобретать ей перья и тетради, кристаллы для амулетов, а также сшить форму для прозекторской, занятий боевой магией и химией. Тогда пришлось продать не только ложки, но и часть фамильной библиотеки, и второе заставило Тиану плакать: тихая и застенчивая, она всегда любила книги больше людей, а чтение предпочитала общению. Впрочем, работа со студентами вынудила ее избавиться от застенчивости и обзавестись ироничным образом мысли. Сейчас семью очень выручало жалованье старшего преподавателя и целительницы, но всё же дом требовал столько вложений…

Упомянутый дом встретил Тиану тусклым светом керосиновой лампы над входом. Каменные химеры, лежавшие на парапетах, смотрели неодобрительно, а потому Тиана затушила лампу, побыстрее отперла дверь и протиснулась внутрь, стараясь быть бесшумной и незаметной. Дом пах домом – деревом, булочками и розами, внутри было тепло и мирно. Часы в обитой деревянными панелями прихожей показывали шесть утра. Тиана на цыпочках добралась до лестницы и уже чувствовала себя в безопасности, как вдруг за спиной раздался скрипучий старушечий голос.

– А что это, леди, вы ночью колобродите? Виданное ли дело – девушка одна на улице! Да ещё заполночь. Вот я хозяйке скажу…

– Хильда! – страшным шёпотом прервала Тиана одну из домовых духов, которая выглядела как крошечная, в половину человеческого роста старушка с зеленоватой кожей, острыми ушами, клычками и коротким белым мехом на голове. – Нет! Бабушке нельзя волноваться, ты знаешь. Меня задержали на дежурстве, а лакеев, к сожалению, у меня нет. И экипажа.

– Взяли бы извозчика. Или таксо, – не сдавалась домовушка.

– Как?! Незамужняя леди ночью наедине с мужчиной?! – картинно сжала руки Тиана. – Да и я была под пологом невидимости. И для цвета лица полезно ходить пешком!

Домовушки перенимали образ мыслей хозяйки, и им было, как и бабушке, не объяснить, что времена изменились и теперь девушки могут ходить по улицам и одни, и с мужчинами, не являющимися их мужьями, и носить брюки, и даже, о Пряха, водить паромобили и курить трубки!

Пока Хильда обдумывала, что бы такого сказать, магистр, недостойно подняв юбку, козой поскакала вверх по ступеням. Если выбирать между плавностью настоящей леди и риском быть застуканной бабушкой, то выбор очевиден.

Тут в коридоре второго этажа раздался стук трости и Тиана, мгновенно сориентировавшись, развернулась и побежала обратно. Сбросила жакет на вешалку в углу, выхватила у Хильды фартук, что та не успела надеть, и поспешила в столовую, к столу. Сделала вид, что поправляет скатерть, достала из шкафа салфетки.

– Что ты суетишься в такую рань, Тиана? – раздался укоризненный голос старой леди. – Ты же знаешь, девушка…

– …должна спать не меньше восьми часов, чтобы сохранить прекрасный цвет лица и ясный взгляд. Также важны прогулки на свежем воздухе… – послушно продолжила магистр Риваль. Она любила бабушку и подыгрывала ей в ее наставлениях.

– О, об этом не беспокойтесь. Леди Тиана в прогулках себе не отказывает, – фыркнула домовушка и растворилась в воздухе.

– Что она имеет в виду? – подозрительно осведомилась бабушка.

– Я вышла собрать тебе цветов, но там все в росе, – привычно соврала «настоящая леди» Тиана. – А сейчас пойду помогу на кухне.

– Оставь, – отмахнулась старая леди. – Хильда и без тебя прекрасно справится. К тому же слишком рано для чая. Лучше скажи мне, почему ты опять в том же платье, что и вчера? Как ни скуден, увы, твой гардероб, помни: леди не должна появляться в одном и том же платье два дня подряд. Даже в твоей лекарне.

Леди Аврора уселась в любимое кресло. Хоть и было заметно, как ей тяжело, она всё также прямо держала спину и опустилась элегантно. У самой Тианы никогда так не получалось, к сожалению.

– Бабушка, ты приняла лекарство, что я приготовила? – Ти подошла ближе, взяла пожилую леди за руку. – Пульс учащенный. Где твои пилюли, в комнате? Я принесу.

– Не суетись. Я приняла и пилюли, и отвар, и все, что ты готовишь. Мне умирать нельзя, я ещё тебя замуж не выдала.

– Ну бабушка!

– Что бабушка? Ты хочешь умереть старой девой в окружении сорока кошек?

Этот разговор почти без вариаций происходил каждый день, и обе участницы знали свои реплики на зубок.

– Я не слишком люблю кошек. Их будет не больше двух, трёх в крайнем случае. Зато за количество собак не ручаюсь. И ворона заведу. Он будет точно так же строго смотреть на меня, как ты сейчас.

– И в кого у тебя такой острый язык? – подняла брови леди Аврора.

– В кого, в кого, – Тиана наклонилась и с нежностью поцеловала старушку в морщинистую щеку.