Его прекрасное чудовище - Теона Рэй

— Твои люди не войдут за стену, я перебью всех по одному, они и пикнуть не успеют. Понимаешь?

— В твоем гиблом королевстве всего один город, отдай его нам, и дело с концом! Рано или поздно ты все равно проиграешь, — баньши дернулась в его сторону и цепь на ее руках противно зазвенела.

— Без тебя у них ничего не получится, — Темный лорд самодовольно улыбнулся.

— Все равно сбегу, — фыркнула девушка.

Мужчина сверкнул глазами и шепотом произнес:

— Не выйдет. Ты теперь мое чудовище.

— Чудовище здесь только ты.

Сверкнуло лезвие, появившись словно из ниоткуда. Девушка и охнуть не успела, как кинжал рассек ее ладонь и тут же растворился в воздухе. Темный лорд внимательно следил за реакцией пленницы и оказался удивлен, заметив, как распахнулись глаза баньши, когда она посмотрела на свою руку.

— Крови… нет, — прошептала, но тут же, словно опомнившись, спрятала руки за спиной и вскинула голову, вернув во взгляд отрешенность. — Я хотя бы никого не убивала… Пока еще.

— И не советую делать этого впредь, — лорд хохотнул и направился к трону. Ему снова стало скучно.

Стражи привели девчонку, которая и сама толком не понимает, кем является, а если и понимает, то не знает всех своих возможностей. Вон как удивилась отсутствию крови из раны. Интересно, слышит ли она биение своего сердца? Если баньши совсем молода, то фантомный стук в груди будет ее преследовать не менее года со дня рождения.

— Расскажи мне зачем ты здесь и, может быть, я тебя отпущу.

— Я же сказала — поговорить, — к девчонке вновь вернулась способность говорить мягко, томно. — Ты убил мою маму, не осознавая этого, что не освобождает тебя от наказания…

Лорд вскинул брови.

— Я не выходил за стены Рейевика уже очень давно, а тебе на вид лет… двадцать? Повтори-ка, в чем конкретно ты меня обвиняешь?

— Глупый? Очевидно, — баньши сморщила аккуратный носик. — Моей матери при родах понадобилась помощь магического целителя, которого в Ассоне днем с огнем не сыщешь. Понимаешь, к чему я клоню? Благодаря тебе наш мир остался без магии, а уже как следствие, моя мать умерла.

— Мне жаль, — лорд пожал плечами. — Как давно ты переродилась?

— Тебя это не должно волновать.

— Нам ближайшие века вместе жить… — чернокнижник осекся и, вспомнив что-то, обрадованно вскочил с трона. — А впрочем, я ведь могу тебя просто сжечь. Шиай!

Дверь отворилась в ту же секунду и в тронный зал вошел слуга. Он хоть и сбежал, когда с девчонки сняли обруч, но и бросить своего хозяина наедине с монстром не мог — вернулся, чтобы в случае необходимости помочь, чем сможет.

— Подготовь костер, — распорядился лорд, вышагивая по залу. — Только красивый, побольше, пороскошнее. Не жалей дубовых веток и масла, еще можешь украсить столб цветами…

— Я не ведьма! — взвизгнула баньши. — Зачем столб?

Лорд ее будто не слышал. Он уже вовсю представлял, как будет наблюдать за смертью бессмертной. Забавное будет зрелище, он в этом уверен, непонятно только, почему девчонка не испугалась? Возмутилась, что ее будут жечь, привязанной к столбу…

Мужчина остановился рядом с ней. Снова заглянул в зеленые глаза, ощутил укол стыда за то, что собирается совершить, и быстро дотронулся до мягкой груди. Открытый от изумления рот девчонки убедил его в том, что она еще совсем молода…

Но сердце не билось. Он бы услышал, почувствовал. С его силой нет ничего сложного в том, чтобы “увидеть” то, что чувствует другой, и сейчас он “видел”, что баньши не меньше года.

— Когда ты переродилась? — повторно этот вопрос он задал сквозь зубы.

— Год назад, — бросила девушка. — Но можешь не сомневаться, петь я умею.

Темный лорд бросил взгляд на слугу, чей лоб покрылся испариной. Лицо старика исказилось в мучительной гримасе, сухие руки крепко прижимали к груди обруч, снятый с лица девушки. Шиай поднял его с пола, намереваясь отнести в хранилище — такими вещами разбрасываться нельзя.

— Цветов не надо, — выплюнул лорд. — В дар гостье хватит и того, что мы окажем величайшую услугу из тех, какую только можем преподнести мертвецу.

— Все-таки столб? — недовольно проворчала баньши. — Можно хотя бы кресло? Не буду же я несколько часов на ногах стоять, в самом-то деле.

Лорд замер, не дойдя до трона. Его начинало раздражать спокойствие девушки, и он бы даже решил, что она верит в то, что действительно совершенно бессмертна, но нельзя же быть такой наивной! Чернокнижник точно помнил — баньши может умереть только через сожжение.

И все же, почему она так спокойна?

Мужчина сел на трон, откинулся на спинку. Тонкая, почти призрачная фигурка нежданной гостьи лениво расхаживала по залу, любуясь гобеленами тысячелетней давности и витражами от искусных мастеров. Слишком спокойна…

— Мне все же стало интересно с чем ты пожаловала, поэтому давай, рассказывай.

— Мы могли бы заключить с тобой перемирие, — баньши тут же оживилась. — Ты вернешь магию Ассону, а я попрошу отца увести армию от границы Севера.

— Так ты не самовольно сюда пришла, — понимающе протянул мужчина. — Это многое объясняет… Но нет, мы не договоримся. Армия твоего отца меня не смущает, они могут жить у стен моего королевства столько, сколько хотят. Вот только ты этого передать уже не успеешь… Напишу-ка я ему письмо.

Темный лорд пошевелил пальцами в воздухе и в его руку плавно спикировал пергамент, а следом перо в чернильнице.

— Ревердан, — лед, зазвеневший в голосе девушки, заставил мужчину вскинуть голову. — Я убью твоих стражей и слугу, мне стоит только начать петь. Где бы они ни были, они услышат…

— Хорошо, что напомнила, — чернокнижник воздел палец к потолку. — Чуть не забыл наложить на них заклинание глухоты.

Девушка устало закатила глаза. Лорд успел только отбросить чернильницу и вскинуть руки, чтобы сплести заклинание, как тронный зал наполнился оглушающим визгом баньши. У Ким была доля секунды на решение и принять правильное она бы не успела. Закричала так, что у самой заложило уши, но в душе надеялась, что лорд успеет сплести заклинание.

Глаза мужчины потемнели, чернильница, выпавшая из его рук, разбилась.

Не успел?

Глава 5

Баньши замолчала, ехидно улыбаясь. Внутренне дрожа от страха, томно хлопнула ресницами и двинулась к трону.

— Я. Убью. Каждого. Выслушай меня, прими мое предложение, и тогда твои люди останутся живы.

Чернокнижник дернулся было в ее сторону, желваки на его скулах заиграли, а пальцы стиснули подлокотники. Мужчина злился, и злился так сильно, что если захотел бы разорвать Ким пополам, то сделал