Не могу отвести глаза - Кейси Майклз

Если бы Шелби спокойно спланировала каждый свой шаг, то, вероятно, не сделала бы ни одного. Она припомнила бы дюжину или две причин, почему ей следует забыть о любых мыслях о слове «свобода» и просто продолжать существовать, а не жить.

Оставаться сестрой Сомертона, невестой Паркера, Снегурочкой. Провести лето в предсвадебных хлопотах, распаковывая серебряные щипцы для салата, выбирая карточки для приглашений, посещая примерки свадебного платья, организовывая свадьбу Тейт — Уэстбрук так, чтобы она стала сенсацией года.

Вся в шелках цвета слоновой кости, в алансонских кружевах, она пройдет роскошный обряд венчания, после чего ее деликатно уложат в постель. А затем Шелби проведет жизнь, посещая и устраивая приемы, три раза в неделю с благотворительными целями торгуя в больничном магазине подарков, закрывая глаза на маленькие шалости Паркера с доступными женщинами, выпивая после ужина самую капельку сверх нормы… и тихо сходя с ума.

Поэтому Шелби не раздумывала. Не планировала. Почти совсем.

В основном она действовала.

Через пять дней после благотворительного бала Шелби завела Сьюзи в свою спальню и распахнула двери просторной гардеробной, оборудованной вращающимися висячими кронштейнами, где хватило бы платьев, обуви, шляп и сумочек, чтобы укомплектовать большой магазин одежды высшего качества, и попросила служанку упаковать для нее какие-нибудь «нормальные» вещи.

Сьюзи Хелфрич вошла в гардеробную, остановилась, наморщила свой курносый нос и посмотрела на хозяйку.

— Простите, но какие именно?

— Нормальные, Сьюзи, — повторила Шелби, взмахнув рукой, а потом указала на джинсовую юбку своей горничной, розовый летний свитерок и потертые белые спортивные туфли. — Нормальные, Как у тебя, Сьюзи. Вещи, которые носят в… ну, словом, в маленьком городке.

Сьюзи оглядела одежду, висящую на плечиках с утолщенными мягкими концами, и покачала головой.

— У вас ничего такого нет, мисс Тейт. Дважды в год вы одеваетесь в Нью-Йорке и Париже. Нор… м-м… большинство людей покупает одежду в торговых центрах и на распродажах. У вас очень красивые вещи, но нет ничего такого, что я надела бы в своем городе или где-то еще.

Плечи Шелби поникли, как у принцессы, мечтавшей стать Золушкой.

— Значит, нет? Ладно, тогда давай извлечем все возможное из того, что есть, хорошо?

— У меня есть рубашка, которую я в прошлом году купила в «Ти Джей Максе», — с готовностью отозвалась Сьюзи, вытаскивая бледно-зеленый костюм от Донны Каран и критически осматривая его. — Вполне возможно, кто-то купил что-то вроде этого. И Пэтти О’Бойл, моя подруга в Восточном Вапанекене, находит кучу фирменной одежды на распродажах в Рединге.

Шелби одобрительно кивнула Сьюзи, хотя та и говорила на чужом языке. «Ти Джей Макс» — что же это такое?

— — Вот и прекрасно. Начнем с Донны Каран. Мне нужны юбки, несколько брючных костюмов от Армани и подходящие блузки. Ты все подберешь. Чтобы хватило на… три недели или около того. Затем туфли и другие аксессуары. Ты упакуешь все это для меня? Мои чемоданы в кладовке.

— Вы собираетесь в путешествие? — спросила Сьюзи, нажав на кнопку, которая привела в движение кронштейны, и оценивающе оглядывая проплывавшую перед ней одежду. — Это хорошо.

Шелби уже рылась в ящиках, встроенных в одну из стен гардеробной, и вытаскивала из них груды шелкового белья.

— Да, очень хорошо, Сьюзи. И это наш с тобой маленький секрет, договорились? Я… мне просто необходимо уехать на несколько недель, пока свадебные приготовления не начались всерьез. Брат постарается отговорить меня от этого, поэтому я просто соберусь и уеду. После этого передашь ему мою записку.

— С вами все в порядке, мисс Тейт? — спросила Сьюзи, когда что-то из белья выпало из рук Шелби и скользнуло на пол. — Это, конечно, не мое дело, но вид у вас расстроенный. Может, вы с мистером Уэстбруком поссорились или что-то еще?

— Ха! С Паркером? Да он никогда не ссорится, Сьюзи. — Шелби наклонилась, чтобы поднять деликатные детали туалета. — О, он может нахмуриться и спросить меня, хорошо ли спала, потому что кажусь немного не в себе. Но ссориться со мной? Нет, Сьюзи, ничего подобного я не представляю.

— Вот это да! — Молодая девушка встряхнула головой так, что забранные в хвост волосы ударили ее по спине. — Мои мама и папа, бывало, здорово ругались. Но потом всегда мирились, шли куда-нибудь поужинать, а потом запирались в спальне до позднего утра следующего дня. Помню, я слышала, как они смеются за стеной. Мама объяснила мне, что мужья и жены обязательно ссорятся, это естественно и вовсе не значит, что они не любят друг друга.

Сьюзи прислонилась к стене гардеробной, сморгнув внезапные слезы.

— Они очень любили друг друга, мисс Тейт. Без нее от папы осталась половина.

Шелби смотрела на молодую женщину не в силах вымолвить ни слова. Ее родители никогда не ссорились. Они иногда дискутировали, но очень негромко, словно сквозь зубы. Казалось, родители проверяли, у кого воля сильнее, после чего отец обычно отправлялся в свой клуб, а мать — к очередному любовнику. Смерть в авиакатастрофе была единственным их совместным деянием с тех пор, как они зачали Шелби.

— Я завидую тебе, Сьюзи, — сказала она, проходя мимо девушки, чтобы бросить белье на кровать. — Я соберу туалетные принадлежности, хорошо? И помни, это наш маленький секрет.

Шелби добавила еще один полный чемодан к тому, что упаковала Сьюзи, ибо ей казалось немыслимым путешествовать меньше чем с пятью чемоданами. Она поздравила себя с тем, что обошлась без изысканного, сделанного на заказ кофра, который обычно брала в поездки, продолжавшиеся дольше нескольких дней.

Нервничая, Шелби все же вовремя спустилась к ужину и выдержала три перемены блюд, несмотря на затеянную братом и Джереми небольшую ссору из-за того, что Сомертон предпочитал почти не прожаренный бифштекс.

— Это варварство, — поморщился Джереми. — Однажды, Сомертон, ты войдешь в дом сопя, виляя хвостом, а изо рта у тебя будет торчать какая-нибудь дичь со свернутой шеей. Вегетарианство — вот единственно здоровый образ жизни.