Подонок. Приручение - Любовь Прекрасна

— Для начала предлагаю выучить хотя бы простые правила приличия. - складываю руки на груди, не желая отступать. — Я ведь могла быть голой.

— В таком случае надо запирать двери. - не остается он в долгу. — А теперь я все же хочу знать, какого черта, ты тут делала?

— А это уже не твое дело. Я уже взрослая девочка.

— Мелкая, не зли меня.

— А ты не лезь туда, куда тебя не просят.

Наверное, с минуту мы просто стояли и сверлили друг друга глазами, и я уже была уверена, что Данил устроит мне взбучку. Но вместо этого он продолжил все тем же спокойным голосом.

— Хорошо, можешь не говорить. Мне. Но посмотрим, что ты скажешь отцу, когда он все узнает. Уверен, ты не будешь с ним так дерзка.

Подмигивает и разворачивается, чтобы уйти.

— Стой. - кричу, поддаваясь вперед. — Я скажу, только обещай, что родителям не скажешь.

Снова оборачивается.

— Я слушаю..

Деваться мне было некуда, и я все рассказала. Ну почти. Про свой сон я, конечно же, умолчала. Не говорить же мне брату, что мне снятся подонки, и я совсем не против. По крайней мере, во сне я очень даже была рада видеть своего Демона..

— Всем доброе утро. 

Захожу в столовую, где уже находятся мои родители. Папа, как всегда, восседает во главе стола и читает газету, пока мама наливает всем нам кофе. Моего старшего брата снова нет.

И это очень странно.

Вот уже два дня он не появляется дома. А ушел он сразу же после нашего разговора. При этом не сказав никому ни слово. Просто внимательно меня выслушал, задал пару вопросов, а потом сказав всего одно слово, покинул мою комнату.

— Ясно.

Ему просто было все ясно, хотя вот у меня, как раз-то, возникли вопросы к нему. Мне не очень понравилось выражение его лица, когда он узнал про записку. И я бы хотела попросить его не делать глупости, только вот не успела. 

А теперь он пропал, и я начинаю волноваться.

— Здравствуй, Дорогая. - улыбается папа, отложив свою газету. — Как спалось?

Слава богу, хорошо. Больше никакие подонки по ночам не беспокоят. И я прямо нарадоваться этому не могу. 

— Отлично. - улыбаюсь в ответ и сажусь за стол.

— Доброе утро, Солнышко. - подходит мама и ставит передо мной тарелку с блинчиками и кофе, а затем целует меня в макушку. — Твои любимые, с творогом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Спасибо, мамуль. 

Честно говоря, когда меня лишили телефона и посадили под домашний арест, я думала, что просто помру со скуки. Но нет, все оказалось не так ужасно, как мне казалось. Всего несколько дней и я сумела адаптироваться. Более того, я вдруг поняла, как это хорошо - общаться со своими близкими. 

Особенно с мамой.

Она даже позволила мне помогать ей на кухне время от времени и не ворчала, когда я косячила. А еще рассказала мне много интересных историй из молодости. Больше всего мне понравилось слушать, как они с папой познакомились.

Я и подумать не могла, что мой папа - он же мой герой - был таким хулиганом и бабником. А еще он поспорил на маму, даже не зная ее в лицо. А она в это время поспорила на него, желая наказать за его спор. 

В общем, там столько всего было, что я до сих пор не до конца отошла от шока. И теперь смотрю на родителей как-то иначе. Теперь они мне кажутся такими же людьми, как и я. Теми, кто так же, как и мы, молодые, творили такую дичь, за которую потом может быть стыдно. А не суровыми взрослыми, которые только и делают, что читают нотации. Хотя и не без этого.

Но все равно, как бы там ни было, мне не хватает телефона. А еще разговоров по душам со Светкой. Я так по ней соскучилась, что даже ее последняя выходка, из-за которой я, между прочим, и оказалась под домашним арестом, уже почти забыта. Хотя я ей это обязательно припомню, чтобы в следующий раз была умнее и не подставляла подруг. 

И сегодня это все может осуществиться. Прошло уже даже больше недели, как я была наказана. и пора бы моим родителям сменить гнев на милость.

— Папуль? 

Откладывать разговор я точно не собираюсь, тем более, у него сегодня просто прекрасное настроение. И у мамы тоже, а это очень важно. 

— Да, Дорогая.

Ко мне сразу поворачивается две головы, а четыре глаза смотрят прямо в упор, ожидая продолжения.

— Когда ты собираешься отменить мое наказание? Прошло уже больше недели, и все это время я была очень покладистым ребенком.

Улыбаюсь, строя ему глазки. Я знаю, что он никогда не может долго на меня злиться. 

— Интересный вопрос. - улыбается в ответ, а затем поворачивается к маме. — Любовь моя, как ты думаешь, наша дочь хорошо усвоила урок?

Я тоже смотрю на маму, чуть ли ни умоляющим взглядом. 

— Ну, пожалуйста… 

Мама тоже улыбается и смотрит то на меня, то на отца.

— Думаю, что мы должны дать ей шанс, доказать, что она все поняла. - наконец-то произносит она, и я тут же подскакиваю с места и бегу к ней, чтобы задушить в своих объятиях. А следом и к папе тоже. 

— Спасибо, спасибо, спасибо. - ликую, чуть ли не прыгая от радости. — Вы у меня самые лучшие родители.

— Еще бы. - хмыкает папа, целуя меня в щеку.

Снова смотрю на него и лукаво улыбаюсь.

— А телефон мне тоже купите? - осторожно спрашиваю, чувствуя, что даже дышать перестала, ожидая их ответа.

— Только если ты съешь все до последней крошки. - смеется папа, указывая на мою почти нетронутую тарелку с блинами.

— Будет сделано. - бегу обратно и плюхаюсь на свой стул.

— И помоешь посуду. - добавляет мама, тоже улыбаясь.

— Без проблем. - согласно киваю, и уже вся в нетерпении, желая поскорее почувствовать новый телефончик в своих руках. 

— Ну тогда сразу после завтрака и отправимся все вместе по магазинам. - заключает папа, подмигивая мне. — Сегодня у меня как раз такое настроение, чтобы побаловать своих девочек.

Последнюю фразу он произносил, смотря на маму. И я в который раз поражаюсь тому, с