Снегурочка и раздолбай - Лия Чу

известным способом, но и эта подозрительная покорность, я бы даже сказал, ошеломление до оцепенения стало, как глоток свежего воздуха. И я бесцеремонно завладел ее приоткрытыми от изумления губами, одновременно ныряя руками под подол коротенького платья. Оголенная кожа вышел ее чулок, покрылась мурашками, и я охваченный известным инстинктом не сразу понял, что что-то было не так. Поцелуй получился скомканным, сама Полина яростно заколотила меня по плечам в стремлении освободиться, а когда ей все же удалось оттолкнуть не менее удивленного меня, щеку обожгло, словно огнем.

— Титов, ты, что башкой двинулся?! — воскликнула возмущенно Одинцова.

— Царица? — изумился я и получил вторую пощечину.

Глава 6. Куда ж без Бабы Яги?

Альбина.

Ресторан постепенно наполнялся людьми, и чем больше я видела пребывающих коллег, тем больше начинала нервничать. Это Титову хорошо, он в этом коллективе любимец публики, его на руках носят, особенно костяк его личных подпевал Шурочка, Полина и Диана. Как же мне повезло, что Эля и Оля согласились пойти на корпоратив, хотя Эльку не пускал парень, а Оля в принципе старается избегать подобные мероприятия. Вроде бы все реагировали ровно на мой неожиданный прикид, но меня не покидало стойкое ощущение, что за моей спиной раздавался змеиный шепот.

— Женщина, ты сегодня звезда вечера, — подбодрила Оля. — Так что расслабься и сияй.

И я в принципе понимала, что она хочет этим сказать, но расслабиться — это прям вообще не про меня, расслаблюсь я в ночь с 31 на 1 — единственное время, когда можно будет совершенно ни о чем не думать. Ни о тупом Титове, который выкрутился, как и всегда, и теперь в своем стриптизерском костюме выглядит гораздо органичней меня, ни о его свите подпевал и Полине, что сверлит меня таким взглядом, словно я враг народа. Но в отличие от нее, выряжаться проститутской Снегурочкой я не планировала.

«Только бы все прошло хорошо, — мысленно повторяла я сама себе. Сценарий Титову я сбросила за месяц для мероприятия, хотя он, как обычно, все мои сообщения проигнорировал, я надеялась, что на крайний случай вывезет на харизме. А вот я. Меня всю колотило от волнения, оставалось пять минут до начала, а этот баловень судьбы куда-то делся. «Пофиг, выкручусь!», — решила я, но перед самым выходом вспомнила, что оставила коробку с подарками для коллектива в гардеробе.

Порой мне не хватает еще одной меня, чтобы напоминала мне, что я что-то забыла. Я прошла в холл ресторана и натолкнулась на Полину.

— Гаврилова, что вы тут забыли? — строго осведомилась я.

— Ой, Альбина Альбертовна, — нервно усмехнулась она. — А это вы, а я хотела кое-что взять в пальто.

— А, ну пойдемте, — отреагировала я уже более ровно. — Только быстрее, сейчас начнем, вы же знаете, как Баринов не любит задержки.

Пусть берет, что ей нужно и валит, а мне просто необходимо прийти в себя. Остаться с самой собой наедине. Взять подарки и начинать. Раньше все пройдет, раньше опозорюсь.

— Ой, вы знаете я лучше тогда пойду, а то вдруг Баринов будет ругать, — нервно хихикнув воскликнула Полина и убежала, вприпрыжку, как девчонка.

Я пожала плечами и вошла внутрь. Где ж это чертов выключатель еще полчаса назад, когда я здесь переодевалась я отчетливо помнила, что комнатка была освещена. Впрочем, искать его было некогда, да и коробка стояла на самом видном месте.

Решительно пройдя внутрь, несмотря на легкий страх темноты, я склонилась над коробкой, как дверь, что освещала коробку захлопнулась, а меня схватили чьи-то сильные руки. Деловито пробежавшись по всему телу, словно на ощупь, оценивая меня, толкнули к стене. Сказать, что я растерялась, ни сказать ничего, это произошло так быстро, что я даже собраться с мыслями не успела и как-то адекватно отреагировать. Вот ведь вопрос, а какая реакция будет в данном случае адекватной? Мы же не в романтической комедии, где за таким эпизодом обязательно последует свадьба, в жизни за подобным следует очередная криминальная сводка. Права Оля, это платье доведет меня до беды. Я выдохнула, когда те же руки толкнули меня к стене, скользнули под платье, заставляя обнаженную кожу покрываться мурашками. На кой черт мне вообще понадобилось надевать эти чулки, а губы мои пленил кто-то весьма настойчивый.

Подавшись мимолетному искушению, я чуть не потеряла голову, но быстро совладав с собой, я стала яростно сопротивляться. Ну, как сказать «яростно» я попыталась как-то отпихнуть от себя неизвестного, и когда это получилось, зарядила ему пощечину я практически на автомате. Хотя говорят насильника в таком случае лучше не злить, такой вышла моя первая естественная реакция. Следующая реакция уже была более продуманная, но не лишенная, тем не менее, спонтанности.

Во-первых, по голосу я поняла, что это Игореша. Во-вторых, он назвал меня «Царица». А этим дурацким прозвищем меня давно еще наградила его тупоголовая свита.

«Скотина! Ладно, ты на свои обязанности положил, ладно ты на меня положил, на корпоратив, и я хожу теперь посреди коллег и подчиненных, как какая-то проститутка хрен с ним, я привыкла, но назвать меня «Царицей»?!

— Титов, ты, что совсем кукухой поехал?! — яростно зашипела я, словно в каморке был кто-то третий, кто мог нас услышать.

— Ца…, в смысле Альбина, что ты здесь делаешь? — глупо спросил он.

— Хм, — деланно изумилась я, — дай-ка подумать, очевидно, отбиваюсь от приставаний напарника. За подарками зашла идиот. А вот что тут делал ты?

— Ну, следуя твоей логике, приставал к напарнице, — отреагировал он нервно.

Наверное, хотел отшутиться, как обычно, но растерялся не меньше меня. Еще бы вместо тупоголовой красотки наткнутся на меня. Бедненький.

— Зачем? — не менее нервно выдавила я.

По идее я должна была бы рвать и метать, но растерлась не меньше его.

— Ну… — протянул он, видимо подбирая ответ, как дверь в подсобку открылась, зажегся свет и внутрь вошел официант деловито осмотрелся, подхвати какую-то коробку и направился к выходу. Мы с Игорешей проследили за его движениями, как кот следит за шуршащим фантиком. На пороге парень обернулся и указал на ключ в замочной скважине с внутренней стороны двери.

— Ну вы меня поняли, — подмигнул он.

— Спасибо, — в тон ему ответил Игореша, и я ощутимо пихнув его в грудь, направилась к выходу вслед за официантом.

— А что, Одинцова, ты сегодня очень даже ничего, — обретя опору под ногами, потешался Титов. — Ты думаешь, одному мне эта мысль в голову пришла?

— Я ничего не думаю, — соврала я (Напротив, в моей голове роем крутилось миллион разных мыслей). — Я просто хочу уже,