Обними. Поклянись. Останься - Арина Александер

— Как вы оказались ночью на трассе? У вас что-то случилось?

— Нет, мы просто опоздали на последний автобус, — девушка отвернулась к окну и убрала русые локоны за ухо.

— Тут не проезжают автобусы.

— Да? — она неопределенно пожала плечами и шумно вздохнула. — Надо же, а я и не знала.

Врала. По глазам видел, всё она знала. Но это меня не касалось. Лезть людям в душу — не моя прерогатива. Мне бы со своими проблемами разобраться, потом уже интересоваться делами посторонних. Подвезти подвезу, а для задушевных бесед пусть других ищет. Богдана была солидарна со мной в этом вопросе, потому что следующие тридцать километров мы ехали в полной тишине, пока девушка не решила проверить, как себя чувствует притихшая сзади Варя.

— Котенок, ты как? Отогрелась? — ласково спросила она, проверяя дочери температуру. — Эй, ты чего такая грустная? Обиделась на меня? Ну, прости…

— Мам, — прервала ее Варя, — а вы с папой сильно поругались?

Та тяжело вздохнула, видимо, обдумывая, как ответить, Варя расценила молчание по-своему:

— Это из-за меня, да?

— Варя, я же просила! Никакой он тебе не… — пылко начала её мать и вдруг осеклась, бросив на меня испуганный взгляд. — Нет, Варюш, не из-за тебя! Мы просто временно поживем в другом месте, потом… папа приедет к нам и все будет хорошо.

— Не верю, — в зеркале заднего вида я заметил, как девочка покачала головой. — Это из-за вошек, да?

— Каких ещё вошек?

— Когда я вошек принесла из садика. Помнишь? Тогда папа тоже разозлился и кричал. Это из-за них? Он меня больше не любит?

— Господи, Варя, ну что ты такое говоришь?! Я же говорю, он не злится на тебя, просто… — занервничала, забегав глазами по приборной панели. — Солнышко, я потом тебе всё объясню, хорошо? Давай не будем утомлять дядю Глеба.

— Да… Вошки у ребенка — не повод для ссоры, — протянул я. — А вот вошки у жены — вполне себе причина.

— Что вы сказали? — Богдана прожгла меня возмущенным взглядом.

— Да я так, к слову пришлось. Не берите на свой счёт. — Мда. Неудачно ты, Глеб, вмешался. Снова вспомнил бывшую и скандалы дома, когда узнал о ее похождениях. В тот момент наш уютный дом вмиг превратился в пристанище дрязг и семейных разборок. Я бы предпочел, чтобы Сашка вшей из садика припер, чем Юлька залетела от другого.

Еще незажившая рана снова начала ныть, и я покрепче сжал пальцы на руле.

— Я не делала ничего такого, на что вы намекаете. И вообще, это не ваше дело, — Богдана продолжила возмущаться и откинулась на спинку кресла, расстегивая шубу. Мои слова задели ее. Думаю, я попал точно в цель или наоборот, это ее благоверный покатал на своем мотороллере другую. Но она права. Это не мое дело.

— Согласен, извините. Неудачно пошутил, — ответил, устремляя все внимание на дорогу.

Следующий час мы ехали в тишине. Мои попутчики задремали, я же задолбался ломать глаза в беспроглядном снегопаде и тормознул возле придорожного кафе. Взяв там два кофе и сладкий чай с хот-догами, вернулся к машине.

— Мы приехали? — сонно пробормотала Богдана, забирая у меня горячий кофе и, благодарно улыбнувшись, попыталась рассмотреть сквозь залипшие снегом окна местность.

— Еще полчаса где-то. У нас перекус, — пояснил я, угощая Варю. Та тоже проголодалась и накинулась на угощения, кажется, толком их не жуя. Она даже не сразу заметила шоколадку. Мне удалось урвать последнюю. Выбор в кафешке был скуден. Точнее, его не было вообще. Три последние сосиски для хот-дога и всякие напитки, но лучше так, чем ничего.

Кажется, кофе и хот-дог немного раздобрили Богдану, потому что мне снова искренне улыбнулись. Уже лучше, а то после своего выпада про вошек испытывал небольшие угрызения совести. Конечно, по факту, мне плевать на то, что девица обо мне подумает. Кроме пары часов совместной поездки нас ничего не объединяло, и уже через полчаса мы разойдемся, как в море корабли, но мерзкое чувство вины терзало. Остатки человечного противились тому, чтобы еще один человек меня ненавидел. И так достаточно дерьма натворил, пусть хоть эта бедолага не кидает в меня дротики перед сном.

Когда мы въехали в город, Богдана подсказала адрес. Поколесив по раздолбанным улицам, удалось отыскать возвышающуюся среди хрущевок старенькую девятиэтажку и припарковаться у подъезда. Варя снова уснула, поэтому я предложил отнести ребенка наверх, и заодно помочь с неподъемной сумкой, которая даже для меня, взрослого мужика, оказалась тяжеловатой.

Перед дверьми Дана снова попыталась сунуть мне деньги, но быстро спрятала их, заметив недовольный взгляд.

— Спасибо вам большое! Если бы не вы… — благодарила она, забирая дочь к себе на руки. В этот момент Варя проснулась, смешно сморщилась и осмотрелась по сторонам:

— Мам, мы уже прощаемся с дядей Глебом?

— Прощаемся, дядя Глеб сейчас поедет к себе домой, — тихонько ответила девушка. — Скажи ему спасибо и до свидания.

— А можно я его обниму? — Варя не стала дожидаться разрешения и протянула ко мне руки, после чего клюнула в щеку и шепнула на ухо. — Спасибо за шоколадку. Когда мы еще раз увидимся, я угощу тебя своим фирменным рулетом. Меня прабабушка научила. Он очень вкусный!

— Договорились, — устало подмигнул малышке и, невольно почувствовав исходившее от Богданы напряжение, пошел к лестнице.

В авто о себе напомнила боль в ребрах. Пора принимать обезбол. После больнички хорошие анальгетики — мои верные друзья.

Не успел, опрокинуть в себя таблетку, как зазвонил телефон.

— Глеб, ты куда пропал? Что у тебя там за дела? — Гарик. По дороге он мне раза четыре набирал, но я всякий раз скидывал.

— Да по дороге девушку с ребенком подобрал. На трассе вьюга разыгралась, пожалел.

— Симпатичная хоть?

— Вполне, — вспомнил пухлые губы, огромные кукольные глаза Богданы и невольно сравнил их с Юлькиными. У той зеленые были, бездонные и гипнотические. Как у ведьмы.

— Ау! Глеб, ты там чё, поплыл от новой знакомой своей или я снова мешаю вам?

— Что ты хочешь от меня? — не смог скрыть раздражение, которое быстро побежало по венам после неудачных воспоминаний о прошлой жизни.

— Хочу, чтобы ты помог мне. Ты в деле?

— Присылай, что у тебя есть.