От тебя бегу к тебе - Роберт Брындза

Пока я проделывала обратный путь от вокзала Чаринг-Кросс до Сохо, небо тяжелело от туч. Час пик достиг своего апогея. Я ловко прокладывала себе дорогу в плотной толпе, хотя из-за усилившегося после полудня зноя полиэтиленовый чехол с платьем Шэрон назойливо лип к моей коже.

Добравшись до театра, я испытала неподдельный шок – масса собравшихся там людей была просто огромной! Тротуар и часть дороги непосредственно перед главным входом уже были перекрыты длинной цепочкой ограждений. В первом ряду скопища, предвкушавшего материализацию знаменитости, преобладали, естественно, представители прессы и папарацци. Явно привычные к долгому ожиданию, они с вялой вальяжностью нависали над заграждениями. В противоположность репортерам теснившиеся за ними поклонники Райана Харрисона безумствовали в возбужденном исступлении, что-то выкрикивая, вопя и гогоча.

В числе фанатов были и подросткового возраста парни и девушки, и женщины тех же лет, что и мы с Шэрон. Камеры их мобильных телефонов то и дело сверкали вспышками – все они делали групповые селфи. И многие держали над головами самодельные плакаты: «МЫ ОБОЖАЕМ ТЕБЯ, РАЙАН!», «Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, РАЙАН!», «РАЙАН! Я ХОЧУ ОТ ТЕБЯ ДЕТЕЙ!» А несколько дам почтенного возраста заявились к театру в розовых майках с надписью «МЫ – МОРМОНКИ, РАЙАН. ЖЕНИСЬ НА ВСЕХ НАС СРАЗУ!»

Шестеро полицейских в униформе, выстроившихся вдоль цепочки заграждений на равном расстоянии друг от друга, напряженно наблюдали за растущей толпой. На тротуаре внутри огороженной зоны Никки надзирала за тем, как Ксандер и двое ребят из билетной кассы разворачивали перед главным входом и одновременно пылесосили огромную красную дорожку.

Я подошла к ограждению и похлопала одного из полицейских по плечу. Блюститель порядка отказался признать во мне директора театра. И мне пришлось позвать Никки, чтобы она это подтвердила. Полицейский безмолвно отодвинул ограждение, и я проскользнула внутрь.

– Извини, Нат, я хотела дать тебе пропуск еще до твоей отлучки, да что-то вылетело из головы, – сказала Никки, передавая мне ламинированный прямоугольник с моим именем и фотографией. – Люди Райана Харрисона уже связались с нами. Он опаздывает на полчаса.

Я глянула на часы. Было тридцать пять минут шестого. А в следующий миг раздался раскат грома и толпа завизжала. К нам подбежал Ксандер с планшетом для Никки.

– Это окончательный список гостей, – сказал он. – Каждый пришедший будет проверен трижды. Первый раз – на входе, второй – в фойе, где ему вручат подарок, и третий раз – на входе в бар.

Снова прогремел гром, и тучи на небе стали на вид еще тяжелее.

– У нас есть зонтики? – спросила я.

– Да, у нас их целая куча наверху. Я перенесу их вниз, в фойе, – сказал Ксандер и ушел в театр.

– Можно мне глянуть на платье? – спросила Никки. Я отлепила его от плеча и увидела ее одобрительную улыбку.

– Оно безупречно! – воскликнула Никки. – Полное сумасшествие, да?

– Я знаю. Эти ограждения, пресса, поклонники… Все в нашем театре!

Ухмыльнувшись, Никки сжала мою руку:

– Мы ведь к этому стремились, Нат, так долго… Посмотри, к нам пожаловала даже пресса из Америки! – Никки указала на блондинку в безукоризненном брючном костюме, говорившую что-то на камеру в микрофон.

Мы зашли в здание театра, и я направилась в одну из запасных гардеробных – переодеться. Зеленое платье Шэрон было прекрасно – простое и элегантное, с небольшим «ручейком» в декольте, обнажавшим ложбинку на груди ровно в меру. Вооружившись выпрямителями, я подправила свою прическу и немного освежила макияж. Это был тот самый случай, когда у меня все получилось хорошо. Мои глаза, накрашенные в технике «смоки айс», стали выразительными и томными. Гладкие прямые волосы легли на плечи естественно и обрели желанный объем. Почему у меня никогда не получалось так выглядеть на свидании? Последние несколько раз, когда мы выходили куда-нибудь с Бенджамином, я напивалась так, что волосы свивались в кучерявую мочалку.

Достав мобильник, я позвонила Бенджамину. Но после нескольких гудков его телефон переключился на голосовую почту. Я уставилась на экран. Он сбросил мой вызов… «Наверное, он уже собрался медитировать», – успокоила себя я. Из задумчивости меня вывел стук в дверь; в гардеробную заглянула Никки.