Ночные кошмары - Нора Робертс

– Где были эти волшебные бутылочки?

– На мамином столике с зеркалом. Когда я вырасту, у меня тоже будут такие. Это как игрушки для больших девочек. Я поиграла с ними всего одну минутку.

Она бросила на Фрэнка такой серьезный взгляд, что Брэди пришлось улыбнуться.

– Все в порядке, детка. А что было потом?

– Я пошла вниз. Там горел свет и дверь была открыта. На улице тепло. Может быть, кто-то пришел к нам в гости… – Внезапно по ее щекам полились слезы. – Больше не хочу.

– О'кей, Ливи. Ты можешь сказать мне все. О'кей. Все хорошо.

Она посмотрела в его добрые глаза и послушалась.

– Там, в гостиной, плохо пахло, все разбросано, все мокро, красно и гадко. На полу валялись цветы и разбитые вазы. Ходить по стеклу босиком очень больно, я знаю. Я не хотела наступать на него. А потом я увидела маму. Она лежала на полу, и на ней все красное и мокрое. С ней рядом чудовище. Оно держало в руках мамины ножницы…

Оливия подняла руку, крепко сжала пальцы, и ее глаза остекленели.

– «Ливи, о боже, Ливи», – сказала она, мастерски копируя пораженный ужасом голос собственного отца. – Я убежала, а он звал меня. Он ломал вещи, искал меня и кричал. Я спряталась в шкафу. – По щеке девочки скатилась одинокая слеза. – А еще я намочила трусики.

– Все в порядке, милая. Это пустяки.

– Большие девочки так не делают.

– Ты хорошая большая девочка. Очень смелая и умная. – Когда Ливи улыбнулась ему, Фрэнк взмолился об одном: только бы ему не пришлось еще раз расспрашивать малышку о событиях той ночи.

Он снова привлек внимание Оливии к головоломке, сказал несколько шутливых фраз о говорящих тыквах и заставил ее рассмеяться. Брэди не хотел, чтобы его имя вызывало у девочки воспоминания о страхе, крови и безумии.

Однако когда Фрэнк пошел к дверям и обернулся на пороге, Оливия не сводила с него умоляющих глаз. На ее маленьком лице застыло какое-то горестное, поразительно взрослое выражение.

Спускаясь по лестнице, Фрэнк чувствовал то же, что и Джейми Мелберн. Он жаждал крови Сэма Тэннера.

– Вы отлично поладили с ней. – Силы Джейми подходили к концу. Ей хотелось съежиться и заплакать и запереться в комнате, как сделала ее мать. Или погрузиться с головой в дела и заботы, как сделал ее муж. Делать что угодно, но только не вспоминать снова и снова рассказ Оливии.

– Она замечательная девочка.

– Вся в мать.

Тут Фрэнк остановился и посмотрел прямо в глаза Джейми.

– Думаю, и в тетю тоже.

В глазах Джейми мелькнуло удивление.

– Сегодня ночью ей снились кошмары. И я видела, что она смотрит в пространство каким-то отсутствующим взглядом. И опять сосет большой палец. Она перестала сосать палец, когда ей не было и года.

– Чем бы дитя ни тешилось… Миссис Мелберн, вам есть о чем подумать, а дел у вас еще больше. На вашем месте я подумал бы о психоаналитике. Не только для Оливии, но для всех вас.

– Да, подумаю. Но в данный момент меня волнует другое. Я хочу увидеть Сэма.

– По-моему, этого не стоит делать.

– Я хочу видеть человека, который убил мою сестру. Хочу посмотреть ему в глаза. Это мое лекарство, детектив Брэди.

– Я узнаю, миссис Мелберн! Спасибо за помощь. Извините за отнятое время. И еще раз примите наши глубочайшие соболезнования.

– Он дорого заплатит за это. – Она решительно открыла дверь. Навстречу щелканью объективов и крикам толпившихся на улице репортеров.

– Мы свяжемся с вами, – только и сказал Фрэнк.

Джейми захлопнула дверь и привалилась к ней спиной. Она не имела понятия, сколько времени простояла вот так, закрыв глаза и опустив голову, и рывком выпрямилась, когда на ее плечо легла чья-то рука.

– Джейми, тебе нужно отдохнуть. – Дэвид развернул ее и заключил в объятия. – Прими таблетку и ложись.

– Нет, никаких таблеток. Я не хочу заглушать ни свое сознание, ни свои чувства. – Она положила голову мужу на плечо. – Только что ушли два детектива.

– Ты должна была позвонить мне.

– Они хотели поговорить со мной и с Ливи.

– С Ливи? – Дэвид отстранил ее и всмотрелся в лицо. – О господи, Джейми! Надеюсь, ты не позволила им допрашивать ребенка?

– Дэвид, послушай… Детектив Брэди был очень тактичен. Да и я все время оставалась с ней. Им было нужно знать, что именно она видела. Ливи – единственный свидетель.

– Какого черта? Они взяли его тепленького. Он был там, держал в руках орудие преступления. И ничего не соображал, как весь последний год.

Увидев, что Джейми встревожено, посмотрела наверх, Дэвид умолк. Спокойно, напомнил он себе. Они все должны сохранять спокойствие, если хотят выдержать этот ад.

– У них есть все доказательства, нужные для того, чтобы упечь этого ублюдка за решетку до конца его жизни, – уже тише сказал он.

– Сейчас у них есть показания Ливи, что она видела и слышала его. Я не знаю, пригодится ли им это и что будет потом. Не могу сейчас об этом думать.

– Извини… – Дэвид снова прижал ее к себе. – Просто я не хочу, чтобы Ливи, ты или кто-нибудь из нас продолжал страдать. Позвони мне, прежде чем позволишь им снова говорить с ней. Думаю, нам надо будет сходить к детскому психологу и удостовериться, что это ей не повредило.

– Может быть, ты и прав. Впрочем, детектив Брэди ей понравился. Похоже, с ним она чувствует себя в безопасности. Но мама расстроилась. Я поднимусь к ней.

– Ладно, Джейми. – Он крепко сжал пальцы жены, подбадривая ее. – Тело Джулии отдадут нам послезавтра. Если ты готова, похороны можно будет устроить на следующий день. Я уже сделал кое-какие распоряжения.

– Ох, Дэвид… – Джейми, тронутая до слез, едва не разрыдалась. – Не надо было… Я сама собиралась обзвонить людей.

– Я хорошо представляю себе, как бы ты устроила похороны сестры. Джейми, позволь мне заняться этим. Я тоже любил ее. – Он поднес ее руки к губам и начал целовать каждый палец по очереди.

– Я знаю.

– Мне нужно что-то делать. Детали получаются у меня лучше всего… Я… подготовил текст сообщения для прессы. Он у меня с собой. Конечно, это больше по твоей части, но я подумал, что покажу текст тебе, и, если ты одобришь, отправлю в газеты. А об остальном позволь позаботиться мне.

– Не знаю, что бы я без тебя делала, Дэвид. Просто не знаю.

– И не надо. – Он нежно поцеловал ее. – Иди к матери, но пообещай мне, что попытаешься уснуть.

– Обещаю.

Он подождал, пока жена поднимется по лестнице, а потом подошел к двери и сквозь стеклянную панель посмотрел на людей, изнемогавших от летнего зноя и духоты.