Роковое сокровище - Джулия Гарвуд

— Но мы не хотим, чтобы наши солдаты были столь же безжалостны, как воины Бьюкенена, — поспешно вставил Брисбейн.

Рамзи рассмеялся.

— Верно, они беспощадны, — согласился он, но улыбка тут же померкла. — Знаете, джентльмены, хотя мы часто не ладим, я считаю Бродика одним из лучших друзей. Он мне как брат. Однако я не стану возражать против сказанного, поскольку знаю: дик был бы доволен, что вы считаете его безжалостным.

— Этот человек одержим страстями, — настаивал Отис.

— Да, зато справедлив до смешного, — отозвался Рамзи.

— Вас обоих обучал Йен Мейтленд, не так ли? — осведомился Брисбейн.

— Он.

— Лэрд Мейтленд правит своим кланом мудро и честно.

— Я и его считаю своим другом и братом, — сообщил Рамзи.

— Бродик руководствуется страстями. Йен — мудростью, а ты, лэрд, — железной рукой правосудия. Мы также знаем тебя как человека сострадательного. Выкажи нам свое милосердие, — заклинал Отис.

— Откуда вы знаете, какой я вождь? — пожал плечами Рамзи. — Называете меня сострадательным, но я стал лэрдом всего лишь полгода назад и еще ничем особенным себя не проявил.

— Взгляни на своих командиров, — запротестовал Брисбейн. — Гидеон, Энтони и Фодрон заменили твоего отца во время его болезни, а когда он умер, ты не поступил так, как сделали бы другие на твоем месте.

— Что вы имеете в виду?

— Заменил бы командиров преданными тебе людьми.

— Мы готовы умереть за нашего лэрда! — вскипел Гидеон. — Ты смеешь намекать, что это не так?

— Нет, — вздохнул Брисбейн. — Просто объясняю, что другие лэрды были бы далеко не так уверены в себе и постарались бы избавиться от возможных соперников. Вот и все. Лэрд, ты выказал неподдельное участие, позволив им остаться на прежних должностях.

Рамзи ничем не выдал своего отношения к суждениям старика.

— Как уже было сказано, — начал он, — я совсем недолго пробыл лэрдом, и у клана Синклеров немало своих трудностей. Не уверен, что сейчас подходящее время для…

— Больше ждать нельзя, лэрд. Босуэллы объявили войну, и ходят слухи, что они объединились с Гамильтонами. Если это правда, Макферсонам конец.

— Но захотят ли ваши солдаты добровольно принести клятву верности Синклеру? — спросил Гидеон.

— Все до единого, — заверил Отис.

— До единого? Отступников не будет?

Отис и Брисбейн встревоженно переглянулись.

— Несколько человек против, — нехотя признался Отис. — Четыре месяца назад, прежде чем прийти сюда, мы собрали всех и проголосовали. Участвовали на равных, и мужчины, и женщины.

— Женщины? Вы позволяете женщинам высказываться? — не поверил Гидеон.

— Хотели, чтобы все было по справедливости, — усмехнулся Отис, — ибо судьба наших женщин тоже зависит от этого союза. Но мы и не подумали бы позвать их, если бы Меган Макферсон, внучка нашего покойного лэрда, не настояла.

— Женщина она прямая и смелая, — добавил Брисбейн, хотя по блеску в глазах было ясно, что он не считает эти качества недостатками.

— Если вы голосовали четыре месяца назад, почему явились только сейчас? — допытывался Гидеон.

— Мы проделали это дважды, — пояснил Отис. — Дали людям время хорошенько обдумать свое решение. Первое голосование было в пользу союза, но с очень небольшим перевесом.

— Поэтому мы не пожелали, чтобы о нас говорили, будто мы подталкиваем членов клана и всячески их торопим в столь важном деле, — вторил Брисбейн, — ну и объявили второе голосование.

— Да, — подтвердил Отис. — Многие из тех, кто выступал против, передумали.

— Нам не стоило так долго ждать, чтобы прийти к тебе, лэрд, ибо положение наше хуже некуда.

— А каков результат второго голосования? — поинтересовался Рамзи. — Сколько солдат против?

— Шестьдесят два, и все молоды, очень молоды, — вздохнул Отис.

— Гордость затмила их разум, — сокрушался Брисбейн.

— Их подзуживает неразумный мятежник по имени Простер, но остальные не стали их слушать.

— А отступники согласятся с решением большинства? — допрашивал Рамзи.

— Да, но неохотно, — признал Отис. — Если уговорить Простера, остальные пойдут за ним. Существует весьма простой способ завоевать их доверие… весьма простой.

— Какой же именно?

— Жениться на Меган Макферсон, — выпалил Брисбейн. — Объединить нас браком двух вождей.

— Многие лэрды не получали и сотой доли того, что предлагаем мы, — соблазнял Отис.

— А если я не захочу жениться на Меган?

— Мы не отступимся от своей просьбы объединить наши кланы. Просто считаем, что брак с Меган упрочит наш союз. Мой клан… мои дети… нуждаются в твоей защите. Всего две недели назад были зверски убиты Дэвид и Люси Дуглас, чей единственный грех заключался в том, что они оказались у самой границы. Они только что поженились. Мы не можем больше терять ни в чем не повинных людей, и если ты откажешь, за нами начнут охотиться, как за беспомощными кроликами. Что станется с нашими внуками? — молил Брисбейн. — У нас есть много парнишек — ровесников твоего брата.

Рамзи не смог равнодушно отмахнуться от их отчаянного призыва. Он хорошо знал, на какие крайности способны Босуэллы в попытке захватить чужие земли. Не один из их солдат не остановится перед тем, чтобы убить дите.

— Босуэллы — гнусные шакалы, — пробормотал он. Гидеон, хорошо знавший лэрда, уже понял, каким будет ответ.

— Рамзи, ты соберешь весь клан, чтобы сообщить им предложении Макферсонов?

— Нет. Подобные вещи не обсуждаются. Гидеон едва сумел сдержать свое раздражение.

— Но ты все обдумаешь, прежде чем решиться? Поняв, что командир пытается уговорить его подождать и хочет побеседовать с глазу на глаз до того, как он свяжет себя словом, Рамзи коротко кивнул, прежде чем вновь обратиться к Макферсонам.

— Друзья мои, я дам вам ответ через три часа. Согласны Отис наклонил голову и встал.

— С твоего разрешения, мы вернемся через три часа. Он направился было к выходу, но Брисбейн схватил приятеля за руку.

— Ты забыл сказать ему о состязании, — громком шепотом напомнил он.

— Какое еще состязание? — буркнул Гидеон. Отис залился краской.

— Мы думали… чтобы пощадить гордость наших солдат что ты согласишься участвовать в играх. Мы, разумеется, сумеем победить, но если нас жестоко побьют во всех состязаниях, будет легче принять имя Синклеров.

Гидеон шагнул вперед.

— А если вы выиграете?

— Не получится, — вздохнул Отис.

— А все же?