Роковое сокровище - Джулия Гарвуд

— Ну да, когда рак на горе свистнет, — фыркнул Гидеон, шагнув к выходу. Но внезапно замер, медленно повернулся и ехидно осведомился: — Кстати, тебе еще ни одна дама не вскружила голову?

— Нет, — раздраженно буркнул Рамзи.

— Тогда на твоем месте я бы поостерегся. Боюсь, тебя ждет нелегкое испытание.

Как выяснилось через минуту, предсказание Гидеона почти оправдалось. Появление Бриджид Керк-Коннел произвело на лэрда неизгладимое впечатление. Он едва не лишился дара речи при виде изумительно красивой юной дамы с белоснежной кожей, сверкающими глазами и густыми вьющимися медово-рыжеватыми волосами, ниспадавшими едва не до талии. Господь наделил Бриджид и точеной фигуркой, так что Рамзи неподдельно удивился столь невеликому количеству брачных предложений.

Девушка присела и проворковала со сладкой улыбкой, осветившей шатер:

— Добрый вам день, лэрд Рамзи. Рамзи учтиво поклонился:

— Вот мы и встретились наконец, Бриджид Керк-Коннел. Мне пришлось разрушить надежды нескольких искателей твоей руки, хотя я никак не мог взять в толк, почему им взбрело в голову жениться на столь своевольной девице. Теперь я понимаю причину настойчивости моих воинов.

Улыбка девушки куда-то пропала.

— Но мы уже встречались.

— Уверяю, я запомнил бы такое важное событие, — запротестовал Рамзи.

— Но это правда, — настаивала девушка. — Передо мной так и стоит та сцена, будто все случилось лишь вчера. Ты приехал домой на свадьбу двоюродного брата. Пока мои родители сидели за праздничным столом, я решила поплавать в озере за лощиной. Ты выудил меня из воды.

Рамзи заложил руки за спину и свел брови, пытаясь сосредоточиться. Гидеон нисколько не преувеличил. Она необыкновенная, восхитительная женщина.

— Почему я тебя выудил?

— Я тонула.

— Разве ты не умела плавать, девушка? — поинтересовался Гидеон.

— К моему величайшему изумлению, оказалось, что нет.

Она снова расплылась в улыбке, и сердце Рамзи учащенно забилось. Он втайне дивился самому себе. Мало ли хорошеньких девушек встречалось ему на пути, но никогда с ним такого не творилось. Наверное, все дело в ее улыбке, которой она покоряет всех мужчин без разбора.

А Гидеон? Он тоже теряет разум при виде Бриджид? Как только Рамзи найдет в себе силы отвернуться и не глазеть на пленительную фею, обязательно как следует оглядит своего командира.

— Но если ты не умела плавать, зачем полезла в озеро? — допытывался Гидеон, стараясь понять причину столь неразумного поступка.

— Мне казалось, что это совсем легко, — пожала плечами девушка, — и что стоит взмахнуть руками, как я удержусь на воде, но увы, я слишком поздно поняла свою ошибку.

— Ну и нахальная же девчонка, — заметил Гидеон.

— Нет, скорее глупая.

— Просто слишком юна и неопытна, — вставил Рамзи.

— Должно быть, волосы твоих родителей поседели задолго до срока, — съехидничал командир.

— Мне это не раз говорили, — вздохнула Бриджид, — но прошлого не вернешь. Однако, лэрд, я понимаю, почему ты не узнал меня. Я выросла и сильно изменилась. Но не стоит обвинять меня в упрямстве и дерзости. Я совсем не такова, лэрд.

— Тебе давно следовало быть замужем, — строго проворчал Рамзи. — Похоже, ты слишком своенравна. Все мужчины, которые хотели повести тебя к алтарю, — достойные люди и отважные воины.

— Уверена, что так, — согласилась Бриджид.

Рамзи шагнул к ней. Девушка отступила, словно зная, что ей предстоит, и желая быть как можно ближе к выходу, чтобы поскорее исчезнуть. Лэрд заметил, как настороженно она оглянулась, понял, о чем думает девушка, и едва не рассмеялся при виде столь явной паники. Неужели сама мысль о замужестве так для нее отвратительна?

— До меня дошла весть о том, что еще один воин просил твоей руки, — объявил лэрд. — Его зовут Дунстан. Ты знаешь такого?

— Нет, — покачала головой девушка.

— Он хороший человек, Бриджид, и наверняка будет лелеять и любить тебя.

— Почему? — выпалила она.

— Что «почему»?

— Почему он хочет жениться на мне? — допытывалась девушка. — Он объяснил?

Рамзи, до этого дня ничего не знавший о намерениях Дунстана, обратился к Гидеону:

— Он что-нибудь объяснил?

— Сказал, что хочет ее, — кивнул командир. Но Рамзи, уловивший в его голосе нерешительные нотки, понял, что Гидеон сказал не всю правду.

— Повтори его слова в точности, — потребовал он. Лицо Гидеона вспыхнуло.

— Но… девушка, наверное, не захочет знать подробности, — пробормотал он.

— Ты, по-моему, ошибаешься, — возразил Рамзи. Воин нахмурился, чтобы скрыть смущение.

— Так и быть. Бриджид Керк-Коннел, Дунстан клянется в любви к тебе. Ослеплен твоей красотой и боготворит землю, по которой ты… ты ступаешь. Господь мне свидетель, это все.

Рамзи улыбнулся, но Бриджид, очевидно, было не до смеха. Оскорбленная заочным объяснением в любви, она пыталась скрыть свои чувства, зная, что даже лэрд ее не поймет. Да и где ему? Он всего-навсего мужчина, которому нет дела до того, что творится в женском сердце.

— Чего тебе еще? — возмутился Гидеон. — Дунстан наверняка исполнит все, что обещает.

— Он сражен твоими чарами, — поддакнул Рамзи. — Может, подумаешь над его предложением? Если вы сядете вдвоем и спокойно все обсудите…

— Ну уж нет! — взорвалась девушка. — Не желаю сидеть с ним и тем более думать над его предложением! Я дам ответ здесь и сейчас. Не будете так добры передать Дунстану, что я благодарна ему, но…

— Но? — прошипел Гидеон.

— Но вынуждена отказать.

Именно в этих выражениях она успела отвергнуть остальных семерых искателей.

— Почему? — рявкнул Рамзи.

— Я не люблю его.

— Что общего любовь имеет с браком? Со временем придут и нежные чувства.

— Либо я пойду к алтарю с тем, кого люблю, либо не пойду вообще, — твердо провозгласила девушка, на всякий случай снова отступив.

— Ну что мне с ней делать? — беспомощно развел руками Рамзи.

— Ума не приложу, — вторил Гидеон. — Откуда она набралась этой чуши?

Грубость и бесчувственность мужчин, открыто обсуждавших Бриджид, будто ее не было в комнате, казались поистине невыносимыми! Девушку трясло от гнева, но она старалась держать себя в руках, помня, что стоит перед самим лэрдом могущественного клана.

— Ты не передумаешь? — с надеждой спросил Рамзи.

— Я вынуждена отказать, — повторила девушка.

— Ах, Бриджид, что ты за упрямица! Очередной упрек больно ранил ее гордость и оказался последней каплей, переполнившей чашу терпения.