Горький привкус его поцелуев - Лорейн Хит

Лондон

Несколько лет спустя

Эдвард стоял в холле, согнув правое колено и прислонившись к стене. Он ждал целое утро. Нет, по правде говоря, он ждал много лет, предвкушая и боясь этого момента.

Его брак с Джулией стал источником сплетен. Его сын и наследник Эдвард Альберт родился всего через несколько месяцев после свадьбы родителей и стал причиной постоянных спекуляций. Но им не потребовалось много времени, чтобы доказать, что их любовь искренна и чиста. Даже самые суровые представители дворянства признали, что, возможно, немного поспешили с порицанием.

В конце концов, как можно порицать такую чистую, бескорыстную и сильную любовь?

Со временем их вновь приняли в высшем обществе. Однако прошло еще несколько лет, прежде чем общество признало, что писатель и иллюстратор детских книг Дж. Э. Олкотт был не дальним родственником Луизы Мэй^[5], а графиней и графом Грейлинг, взявшими себе этот псевдоним. Больше всего в их рассказах Эдварду нравилось то, что память о его брате, о нем самом, Эше и Локке была увековечена и что они продолжат свои приключения даже после своего последнего вздоха. Греймен был любимцем детей, и многие из них называли своих лошадей в его честь. Эдварду это безумно нравилось. Его брата все еще любили.

Рядом с ним вздохнул Эдвард Альберт. Он поменял положение и засунул руки в карманы брюк.

– Я знаю, что тебе не терпится отправиться в дорогу, но Килиманджаро никуда не денется.

Молодой человек, его точная копия, улыбнулся и сказал:

– Смею заметить, что ты явно хочешь поехать с нами.

Сыновья Эша и Локка также входили в состав экспедиции, которая должна была отправиться в Африку завтра.

Эдвард усмехнулся и ответил:

– Я слишком стар, чтобы лазать по горам. Кроме того, кто-то должен остаться здесь и успокаивать твою мать.

– Она все равно будет волноваться, но не так сильно, как если бы с нами отправилась Элли. Ты знаешь, она тоже хотела поехать.

– Она будет занята своими приключениями.

Если говорить об Элли, то она очень любила приключения.

– Мы вернемся домой к Рождеству.

– Смотрите не опаздывайте.

Он не хотел признаваться, что и сам беспокоится каждый раз, когда его дети покидают дом. Он задавался вопросом, увидели ли бы они с Альбертом большую часть мира, если бы их родители не умерли. Он знал, что их жизнь была бы другой, не лучше и не хуже, а просто другой. Тем не менее он и Джулия никогда не хотели ограничивать своих детей, которые от природы были любителями приключений.

Дверь спальни открылась, и Эдвард оттолкнулся от стены, завидев Джулию. После стольких лет его сердце все еще начинало стучать быстрее, когда он видел ее. Она была одета в платье цвета бледной лаванды. В волосах виднелась седина, которая делала ее еще красивее.

Она подошла к нему и коснулась его щеки:

– Сегодня я буду плакать за много лет вперед.

– Я припас несколько носовых платков.

Ее губы расцвели в улыбке.

– Ты всегда заботишься обо мне.

– Это одна из моих самых величайших радостей.

– Честно говоря, если вы продолжите в таком же духе, – сказал их сын, – люди подумают, что это вы сегодня женитесь.

– Если тебе повезет, однажды ты испытаешь такую же сильную любовь, как и мы, – ответил ему Эдвард.

– Не сейчас.

– Когда ее совсем не ждешь, – тихо произнес Эдвард, глядя на Джулию и утопая в ее синих глазах, – и где ты ее не ждешь.

– Это, безусловно, верно по отношению к Элли, – заявил Эдвард Альберт. – Никогда не думал, что она выйдет замуж.

– Она любит его, – сказала Джулия. – А он любит ее.

– Тем не менее это сюрприз.