Серенада любви - Барбара Дэн

– Я все лето шел на шаг впереди Брюса, – продолжил Адам Фентон, наслаждаясь своим бахвальством. – Его и лейтенанта Энди. И оставлял повсюду фальшивые следы.

– Наверное, тебе это нравилось, – предположила Лидия. – Смеяться над ними. Надо же, два глупых мужика пытаются перехитрить тебя.

Фентон нахмурился:

– Я вижу тебя насквозь. Но лесть тебе не поможет.

– Я не…

Он ущипнул ее за грудь, заставив вскрикнуть.

– Не так громко, потаскуха. Но чтобы я слышал, как ты меня умоляешь. – Разорвав на ней корсаж, Фентон погладил ее грудь.

Лидия плюнула ему в лицо.

– Мерзкая свинья!

– Интересно, потом ты тоже будешь так думать? – спросил он задумчиво, поглаживая ее шею. Лидия запрокинула голову, словно собралась кричать, и его пальцы стиснули ее горло. – Ни звука.

Ее глаза сверкнули ненавистью, но она промолчала.

– Я знаю, как ты стонешь и визжишь под Брюсом, умоляя о продолжении. – Глаза Фентона блестели. – Странно, что соседи не слышат, как Макгрегоры занимаются любовью.

– Глупости, – прошептала Лидия, испугавшись того, что прочитала в дьявольском выражении его лица.

– Мой кузен все мне рассказывает, – сообщил Фентон со злорадным удовлетворением. – Да, добрый старый Айзек. – И рассмеялся, когда она удивленно ахнула. – Ты маленькая благодетельница, Лидия. Сделала доброе дело, взяв старого пьяницу под свое крыло.

– Этот милый старичок… твой кузен? – пробормотала Лидия, не веря, что Айзек, с которым она подружилась и которому дала кров, мог предать их с Брюсом.

– Да, он мой двоюродный брат и не такой уж старый. Ему за сорок.

Не спуская глаз с Фентона, Лидия покачала головой:

– Ты все это придумал. Я не верю, чтобы Айзек…

– Глупая, – усмехнулся Фэнтон. – Айзек – пьяница и все готов выболтать за пинту джина. – Он дернул ее за волосы. – Значит, Брюс зовет меня «олухом»?

– Он размажет тебя по стене, когда поймает.

Фентон хмыкнул:

– Правда? Сегодня он охотится за Айзеком, который ведет его по ложному следу. А я тем временем веселюсь с его женой.

– Ты собираешься меня убить?

– Нет, если ты меня не вынудишь. У меня есть план получше. Я хочу, чтобы при взгляде на тебя он вспоминал, что я был е тобой. Что я обхитрил его.

Лидия внутренне содрогнулась, почуяв, как белая лошадь смерти переехала ее дух. Адам Фентон, несомненно, сумасшедший. Его пожирала злоба, которую не могли урезонить никакие доводы.

– И тогда ты утолишь свою жажду мести, – пробормотала она, лихорадочно ища путь к спасению. – Тем или иным способом собираешься показать Брюсу и всему городу, что с Адамом Фентоном стоит считаться.

У Фентона разгорелись глаза, и Лидия поняла, сколь желанен для него этот возможный момент будущей скандальной славы. В отчаянии она решила произвести выстрел наобум.

– Но кто, Адам, узнает, что ты изнасиловал жену Брюса на грязном полу? В чем здесь слава? – прошептала она.

И увидела, как ее слова проникли в его потаенные сластолюбивые мечты.

– Брюс узнает. Они все узнают, – заверил он ее и облизнул губы.

– Возможно, Брюс и узнает и еще горстка людей. Друзья Брюса – люди чести. Они сохранят эту тайну до самой могилы.

Перестав сопротивляться его поползновениям, Лидия сжала пальцами его член.

От удивления Фентон качнулся. В его глазах горел огонь желания, мести и господства.

– Что ты задумала, сучка? – прорычал он.

– Есть только один способ сообщить всему городу о том, что ты сделал с Брюсом Макгрегором, – сказала Лидия. – На причале лежит перевернутый баркас. Я заметила его по пути сюда. Можешь себе представить, Адам, что они подумают, когда увидят, что ты это делаешь со мной не скрываясь? Наверняка решат, что я отдалась тебе по доброй воле.

Почуял ли он подвох? Ей бы только освободиться, встать на ноги! Тогда она смогла бы убежать! В противном случае у нее нет шансов. Если бы ей удалось воспользоваться его жаждой власти и славы…

– Ты готова отдаться… – Фентон клюнул на идею, как морской окунь на наживку. – Брюс станет посмешищем. Жена героя отдается в порту! – Он рассмеялся и помог Лидии подняться. – Идемте, миссис Макгрегор, посмотрим, как вы раздвигаете ноги там, где вас может увидеть любой городской пьянчуга и посмеяться.

Сердце Лидии бешено заколотилось. Адам Фентон мог отвести ее куда угодно. Оставалось лишь молиться, чтобы произошло чудо. Фентон выволок ее наружу. Разорванная одежда спадала с ее плеч, и ее обнаженная грудь выделялась в лунном свете бледным пятном.

Подогреваемый мыслями о мести, Адам Фентон собирался осуществить свой план. Он тащил ее в северном направлении вдоль берега к отрезку галечного пляжа на границе с причалом Уотер-стрит. Из его расстегнутой одежды торчали половые органы, укрепляя Лидию в мысли, что Фентон тронулся умом.

Когда она нарочно споткнулась и упала на колено, он попытался ее ударить, но она пригнулась. Тогда он поднял кулак, чтобы повторить попытку, но Лидия вскочила и лягнула его в пах. Фентон согнулся пополам и взвыл. Тяжело дыша и прыгая от боли, он выпустил ее руку.

– Проклятая сучка! Я убью тебя! – взвизгнул Фентон.

Лидия не стала дожидаться, когда он выполнит угрозу. Ее ноги пришли в движение и буквально взмыли над галькой. Едва разбирая в лунном свете дорогу, она припустила мимо таможенной конторы в сторону делового центра.

Она пробежала довольно много, когда, дрожа от страха, приостановилась, решая, куда свернуть. Кто-нибудь из торговцев обязательно поднимет окно, чтобы выяснить причину шума.

Хватая ртом воздух, Лидия юркнула в скрытый от глаз дверной проем, надеясь, что в лабиринте узких улиц Адам Фентон собьется со следа. Было холодно; Лидия потеряла шаль, но страх и желание жить согревали ее.

Господи, помоги! Где Брюс? Наверняка он слышал крики. Весь город должен был слышать, как орал Адам Фентон, пустившийся за ней в погоню. Его угрозы и проклятия, отражаясь от закрытых ставен и каменных фасадов, громыхали, как пустые ракушки в стальном барабане.

Следить за его перемещением Лидии помогали его вопли. Он находился в четырех или шести дверях от того места, где она притаилась.

– Где ты, белобрысая потаскуха? – выл он. – Чертова шлюха!

Готовая в любую минуту ринуться прочь, Лидия подобрала юбку, и тут ее пальцы нащупали что-то твердое.

Оружие! У нее есть пистолет. Она вынула его из кармана, взвела курок. Готово! И подняла его, моля Бога, чтобы с одного выстрела смогла остановить насильника. Лишь одна пуля отделяла ее от неминуемой смерти.