Мужчина ее мечты - Керрелин Спаркс

— Ты дико преуспела. Считай меня соблазненным. — Жан-Люк усадил ее на угол ванны.

Ого, сверхъестественная сила оказалась кстати. От прохладного воздуха и холодного мрамора колонны по спине Хизер побежали мурашки.

— Держись.

Он притиснул ее бедра к краю ванны.

— Вот так? — Она обхватила колонну руками и тихо вскрикнула, когда он прильнул к ней лицом.

О Боже. Какой у него рот. Какой язык.

Он ласкал ее и гладил пока она не стала задыхаться и извиваться. Но в последний момент он отпустил ее и откинулся назад.

— Какая ты красивая, — прошептал Жан-Люк и провел по ней языком.

Ее тело забилось в конвульсиях. Она все еще вздрагивала, когда он стащил ее обратно в горячую бурлящую воду. Пульсирующие струи, ударив по разгоряченной страстью коже, вызвали в ее теле новый приступ дрожи.

— О Боже. — Ее тело обмякло. — Мне нужно соблазнять тебя почаще.

— Каждую ночь, дорогая. Держись.

Все вокруг вдруг потемнело, и секундой позже Хизер ощутила себя на простынях в его постели. Он, должно быть, телепортировал их прямо в свою кровать.

Жан-Люк в следующий миг на скорости вампира исчез в ванной комнате. Хизер села и увидела, что он возвращается с полотенцем в руках.

— Вот. — Он вытер ей спину и легонько толкнул на простыни, чтобы промокнуть полотенцем.

— Постой! — Хизер указал на камеру.

Он подскочил к прикроватному столику и схватил пульт дистанционного управления.

— Не беспокойся! Парни ищут Луи на улице. Тебя никто не видел.

Отключив камеру наблюдения, Жан-Люк нырнул в кровать. Нагнувшись над ней для поцелуя, поморщился.

— Минутку.

И переместился на другую сторону, чтобы иметь возможность опираться на левую руку.

— У меня есть идея получше. — Хизер толкнула его на спину. — Ты раненый герой, так что лежи и наслаждайся.

Он изогнул в улыбке губы.

— Ты такая прелесть, когда командуешь.

— Прелесть? Ты считаешь это прелестью? — Хизер прижала руку к его паху, и он застонал.

— Беру свои слова обратно. Ты невероятно эротичная соблазнительница.

— То-то же.

Хизер впервые видела Жан-Люка обнаженным. Он был худощавый и мускулистый. На бледной коже выделялось несколько шрамов. Она потрогала их пальцем, сознавая, что каждому из них по несколько сотен лет.

Она погладила его возбужденный член.

— Я хочу в тебя.

— Все в свое время. — Хизер наклонилась и поцеловала нежный кончик.

Жан-Люк поморщился.

— Я нестерпимо хочу в тебя.

— У нас впереди вся ночь. — Она провела по нему языком и взяла в рот.

Он застонал.

— Возьми меня. Немедленно.

Проведя языком по кончику, она выпустила его.

— Хм, какой аппетитный.

— Черт побери, женщина! — Его глаза горели красным огнем. — Оседлай меня.

Хизер сделала удивленные глаза.

— О, ты такая прелесть, когда командуешь.

— Я не командую. Я умираю. — Он подтянул ее, к себе.

— Я не слишком опытна в таких… Ах! — Он сам сделал то, что нужно, заставив ее вскрикнуть. — Ладно, так-то лучше.

Она со стоном заняла удобное положение.

— Как же хорошо с тобой.

— И мне с тобой, — выдохнул он, лаская ее грудь. — Люби меня.

— Я люблю. — Медленно покачиваясь, она наклонилась вперед, чтобы поцеловать его в губы.

Обхватив ее за ягодицы, Жан-Люк заставил ее двигаться быстрее. Напряжение внутри быстро нарастало. Теряя над собой контроль, она впала в неистовство, сознавая где-то в глубине души, что никогда не вела себя так раскрепощено. Это было освобождение. Это был восторг.

Ее тело сотрясли конвульсии. Обмякнув, она затихла и упала с ним рядом. Жан-Люк перевернулся вместе с ней и, двигая бедрами, с силой прижал ее к своему паху. От взрыва оргазма его тело содрогнулось, и он застонал.

Постепенно их дыхание пришло в норму. Лежа на боку, они смотрели друг на друга, не сводя глаз.

— Вот это да, — пробормотала Хизер.

— В самом деле.

Красный свет в его глазах медленно угасал.

Хизер коснулась его кудрявой головы.

— Я люблю тебя. — Ее глаза наполнились слезами. — Я так сильно люблю тебя.

— Ты выйдешь за меня? — Он резко сел, прежде чем она успела ответить. — Обещаю, что избавлюсь от Луи. И тебе не придется жить в заточении. Мы сможем путешествовать и наслаждаться жизнью. Мы сможем…

Хизер приложила палец к его губам.

— Ответ — «да».

С широкой улыбкой он поцеловал ее палец, потом ладонь.

Она поежилась.

— Давай спрячемся под одеяло.

Он укрыл их, и они уютно устроились в тепле.

— О, прости, — извинилась Хизер, когда, нечаянно задев раненую руку Жан-Люка, заставила его поморщиться, и поцеловала его в плечо.

— Через несколько часов я перестану ощущать боль.

— Когда взойдет солнце?

— Да. Хизер, ты уйдешь, прежде чем я впаду в смертный сон?

— Меня это не пугает, Жан-Люк. Я каждый вечер наблюдала в состоянии смертного сна Йена.

— Я знаю. Но хочу, чтобы наша первая ночь вместе оставила у тебя приятные воспоминания. Я не хочу, чтобы последнее, что ты запомнила, было мое мертвое тело.

— Ладно. — Может, со временем это перестанет смущать Жан-Люка. Хизер поцеловала его в щеку. — Я люблю тебя таким, какой ты есть.

Она проснулась у себя в спальне наверху около полудня. Потянувшись, улыбнулась, проигрывая в памяти ночные сцены любви. После часа отдыха Жан-Люк предложил поискать другое положение, в котором не придется опираться на раненую руку.

Смеясь, они целовались и нежили друг друга, крутились в постели, меняя позы. В конце концов в изнеможении она рухнула в его объятия. Около половины шестого он разбудил ее поцелуями. Надев ночную сорочку, Хизер тихо выскользнула из его спальни и вернулась к себе. Приняв горячую ванну, чтобы снять с усталых мышц напряжение, натянула пижаму и улеглась в постель рядом с Бетани.

Потом смутно помнила, как дочь пыталась ее добудиться. Пробормотав в ответ что-то невнятное, она услышала смешок Фиделии.

— Твоя мамочка устала, малышка. И не выспалась. Пусть поспит еще немного.

Теперь, полусонная, Хизер лежала в постели и думала о Жан-Люке. Она дала согласие выйти за него замуж! Ее страх, что из этого ничего не выйдет, растаял.