Наше лето - Холли Чемберлен

Предсвадебный прием.

Мой предсвадебный прием.

Хотя Даниэлла намекала, что будет счастлива сопровождать меня в Мичиган, на случай, если понадобится помощь, что бы это ни означало, – скорее всего, в ее понимании, речь шла о хрустале, – я не пригласила ни ее, ни Джинси.

Говоря по правде, не думаю, чтобы Даниэлла особенно обиделась.

И точно знаю, что Джинси вздохнула с облегчением.

– Эта гребаная вечеринка по случаю рождения ребенка едва меня не доконала. На будущие пятьдесят лет с меня хватит. Но ты повеселись за нас. И все такое.

Мы с Уином доехали на такси до аэропорта. Прошли через охрану. Меня попросили снять туфли. Ноутбук Уина вызвал подозрения.

За минуту до взлета Уин взял мою руку:

– Я так счастлив, Клер. Мне кажется, ничего лучше с нами еще не случалось. Правда?

Глаза за круглыми очками в золотой оправе казались абсолютно искренними. Кстати, в самолете он всегда надевал очки, а не контактные линзы: сильно пересыхала слизистая.

Я не питала ненависти к Уину.

Просто иногда он не слишком мне нравился.

Что же до любви… я знала, что больше не люблю его. Уже много лет, как не люблю.

Нет, я любила Уина – так, как любят кого-то, с кем знакомы много-много лет. Кого знаешь как свои пять пальцев. Кто уже стал частью твоей жизни. Все равно что любить себя.

Или по крайней мере свыкнуться с собой. Уин всегда был рядом со мной. Как и я – рядом с ним.

Моя любовь к Уину стала привычкой.

Вот только хорошей или плохой?

– Клер, – повторил Уин, стиснув мою руку. – Я о чем-то тебя спросил.

Я покачала головой и улыбнулась:

– Прости, Уин. У меня в голове сейчас столько всяких мыслей… конечно, ты прав. Конечно.

В аэропорту Детройта нас встречали мама и папа.

– Девочка моя, – прошептал отец, целуя меня в лоб. – Я так горжусь тобой!

– Почему, папа? – деланно удивилась я.

Вот уже несколько лет, как я работала на одном месте. Неужели, сама того не подозревая, совершила нечто экстраординарное?

– Ты наконец выходишь замуж, – пояснил он.

А, вот оно. Вершина моих женских достижений. Пока, разумеется, не появятся дети.

– Я уже начал думать, что никогда не стану дедушкой.

Ну вот, я так и знала!

– Но у тебя есть Джеймс и Филип, – напомнила я.

Па покачал головой.

– Это не одно и то же, – объявил он, и я не стала развивать тему.

– Все так хотят поскорее тебя увидеть, – вмешалась мама. Она взяла меня под руку и повела к машине.

Позади слышались смешки отца и Уина: оба, вне всякого сомнения, припоминали победы в гольф и рыбацкие байки. Только подобными общими хобби и могут быть связаны мужчины типа Уинчестера Каррингтона III, эсквайра, и доктора Уолтера Уэллмана.

– Приезжает тетя Изабель и все твои кузины, – сообщила мать. – И угадай, кто еще будет? Мериэнн Брайтман, прямо из Чикаго! Знаю-знаю, ты не видела ее еще со школы, так что я решила сделать тебе сюрприз. Знаешь, у нее уже четверо детей!

– Вот это да! – притворно восхитилась я. – Четверо! Это… это много.

Я подумала об оживленном аэропортовском терминале за нашими спинами. Обо всех семьях, собиравшихся в отпуск и возвращавшихся домой. Обо всех стариках и калеках в инвалидных креслах. Обо всех молодых, но уже безобразно ожиревших людях в моторизованных тележках, управляемых скучающим персоналом аэропорта. О счастье и печали, которые нес с собой каждый человек.

Я подумала: может, сказать маме, что мне срочно нужно в туалет? А оттуда потихоньку ускользнуть и раствориться в толпе?

А потом я просто не вернусь.

Я продолжала идти.

– И, Клер, ты должна выбрать подружек, – настаивала мать. – Им нужно будет приехать заранее, как-то подготовиться. Да, и не забудь продумать фасон и цвет платьев, иначе бедняжкам придется довольствоваться каким-нибудь уродством из магазина готовой одежды! А подружки…

– Только одна. Одна подружка, – твердо сказала я.

– Да, но…

– И свадьба будет скромной.

Мать расстроенно всплеснула руками.

– Я хотела сказать, в узком кругу, – поправилась я. – Сейчас это модно. В узком кругу.

– Ну… как хочешь. Тебе лучше знать…

Лучше? Черта с два!

– Попрошу Джессику быть подружкой, – мгновенно решила я.

И какое имеет значение, что я много лет не видела кузину? В детстве мы дружили.

Мама мгновенно просияла:

– О, Джессика будет так рада!

В этом я была совсем не уверена, но улыбнулась и кивнула.

– Люди в «Гэнди дэнсер» были так любезны и обещали все устроить, – продолжала мать.

Мне захотелось поскорее уснуть в своей старой комнате. Но тут я вспомнила, что Уин захочет лечь со мной.