Как спасти репутацию - Дженнифер Эшли

– Заглядываете через плечо, а?

Александр развел руками.

– Можно и так сказать.

Мужчины изучали друг друга. Меттерних прищурился, но потом кивнул и сменил тему.

На сегодняшний день Александр победил. Александр понимал, что Австрия и Меттерних не сдадутся, но и Александр не сдастся.

Они допили бренди и встали, оба одновременно протянули руки для краткого рукопожатия. Лакеи открыли двери.

– Вчера я был представлен вашей жене на королевском ужине, – сказал Меттерних, когда они вышли из комнаты. – Она красавица. Еще раз вас поздравляю.

Александр вспомнил, как сегодня утром проснулся в одной постели с Миган в доме на Беркли-сквер. Как они не спеша завтракали в солнечной утренней комнате, что уже вошло у них в привычку, как послали за Алексом, чтобы он присоединился к ним. Это было приятным нововведением – жить одной счастливой семьей.

И все это – заслуга Миган. Если бы она не помчалась за ним в деревню, дабы убедить, что любовь удержит в нем зверя, что он не сможет ей навредить, если бы не доказала, что любит его в любом обличье, – он никогда не узнал бы, что такое счастье.

Александр не понимал, что Мин имел в виду, когда сказал, что надо покориться, пока Миган ему не показала как. Мин имел в виду полную покорность – отпустить все обиды, все злые чувства, которые Александр накопил за годы жизни, отпустить страх, охвативший его еще в юном возрасте. Смерть, месть, слежка и страх – все ушло в прошлое. Миган дала ему возможность начать жизнь с чистого листа.

Александр коротко кивнул:

– Я передам ей ваш комплимент.

Меттерних дипломатично поклонился, и они разошлись.

– Рыбалка – полезное занятие, – весело сказала Миган. Она смотрела на мужа и сына, те стояли по колено в воде, в болотных сапогах, с удочками в руках. Был конец июня. Сезон в Лондоне закончился, рассветное солнце сверкало на голубой поверхности озера. На берегу стоял дом елизаветинских времен, великолепный, старый, причудливый и удобный. Они приехали сюда несколько дней назад, чтобы передохнуть.

Миган расстелила на траве одеяло, поглядывая на счастливых отца и сына; Александр серьезно давал Алексу уроки рыбалки. Они стояли рядом, один – уменьшенная копия другого, и смотрели на поплавки.

Когда у Алекса натянулась леска, он закричал от восторга и, буквально следуя советам отца, выдернул сверкающую серебром рыбу.

Миган захлопала в ладоши.

– Отлично, Алекс. Кухарка поджарит ее на ужин.

Глядя на красивый танец рыбки на конце удочки, Алекс расстроился.

– Мы ее съедим?

– Да, – засмеялась Миган. – Для того и ловят рыбу.

Алекс еще немного посмотрел на бьющуюся рыбку, потом решительно отцепил ее с крючка и бросил обратно в воду.

Александр весело посмотрел на Миган:

– Похоже, у него доброе сердце.

– И папина решимость, – сказала Миган, положив руку на выпуклый животик, где жил братик Алекса или сестренка.

Она опять легла на одеяло; в последнее время ей приходилось чаще отдыхать. Над ней высилось голубое небо, редкие облака обещали минуты прохлады – прекрасный английский день прекрасного английского лета. Где-то в саду гуляли отец с мачехой, наслаждаясь гостеприимством Александра и не мешая им с Миган жить собственной жизнью.

Мин отбыл вскоре после того, как Миган спасла Александра, сказав, что Александр больше в нем не нуждается. Анастасия уехала в Нвенгарию с Мином. Такой поворот событий вызвал в свете переполох, но это ничуть не смутило Анастасию. Она была счастлива.

– Ваша светлость! – донесся голос Николая, от дома к озеру приближалась его легкая фигурка.

Миган подавила вздох. Каждый раз, когда Николай лично ищет Александра, это означает, что мужу предстоит неприятное поручение, например, поговорить с послом или пригладить растрепанные перышки короля. И конца и края не видно этим делам.

Александр оглянулся, но не встревожился. Он никогда не показывает людям своих чувств, черт его дери. Остается спокойным и холодным даже в облике пантеры.

Отдуваясь, подбежал Николай.

– Письмо, ваша светлость, – сказал он. – Письмо из Нвенгарии. От самого принца-императора!

Александр без спешки воткнул удилище в песок и выбрался на берег. Алекс тоже вышел, подражая размеренным движениям отца.

– Николай, принц-император и раньше мне писал. Разве это повод прерывать такое важное занятие, как рыбалка?

– Но он никогда еще не отправлял письмо магическим способом, ваша светлость, – выпалил Николай. – Оно появилось на подносе для почты – пуф! – и готово!

Александр взял письмо, сломал печать и открыл его. Сначала он молча читал, потом побледнел и прижал к губам кулак. Миган поднялась на ноги.

– Александр, что случилось? Плохие новости? – Сердце забилось при мысли, что случилось что-то плохое с Пенелопой или ее сыном.

– Ничего подобного. – Александр поднял на нее горящие глаза. – Деймиен меня отзывает. Он хочет, чтобы я вернулся в Нвенгарию помочь ему разобраться с некоторыми проблемами. – Он безуспешно старался говорить обыденным тоном. – Это, по его мнению, важнее, чем сидеть в Англии и держать плеть над королем.

Он стоял, как статуя. Миган пошла к нему, обняла, он очнулся, задрожал, и в его глазах заплясало счастье.

– Ты хочешь сказать, что мы поедем домой?

– Да. – Он поднял ее, покружил и поставил перед собой. – Домой. – Он сказал это слово с такой тоскливой страстью, что у нее сжалось сердце. – С тобой, на родину.

Николай уставился на него.

– В Нвенгарию? – повторил он, как будто не расслышал или был слишком ошарашен, чтобы поверить. – Мы возвращаемся в Нвенгарию?

Николай подпрыгнул и вскинул к небу кулак. Издав приветственный клич, он прошелся «колесом» и помчался к дому, выкрикивая новость во всю силу легких.

Алекс побежал тоже, попытался сделать «колесо», упал, отряхнулся и кинулся вслед за Николаем.

Александр теснее прижал к себе Миган.

– Ты не против? Уехать из Англии? Конечно, твои родители могут поехать с нами. Я не хочу разлучать тебя с теми, кого ты любишь.

Она сжала руками его лицо.

– Симона с восторгом отнесется к новости, что будет жить во дворце. Не волнуйся, Александр, я не против, я всегда мечтала о путешествиях.

– Вот и поедем. Не спеша, как ты любишь, останавливаясь везде, где ты захочешь. Я покажу тебе мир, великая герцогиня.

– Смотреть на мир вместе с тобой – об этом можно только мечтать. – Она чмокнула его в переносицу.