Список холостяков - Джейн Фэйзер

— Да, — подтвердила Констанция, несколько настороженно глядя на него. — Насколько мне известно, секретарям позволено жениться.

— В общем-то это не мое дело, — поспешно проговорил Макс. — Но моя сестра…

— Я ушла от леди Грэм, мистер Энсор, — уведомила его Амелия.

Она была бледна, но полна решимости.

— Понятно. Это, наверное, произошло недавно?

— Час назад, — ответила Пруденс. — Ваша сестра, Макс, обвинила Амелию в том, что она пренебрегает своими обязанностями, посещая собрания Женского социально-политического союза в свое свободное время.

— Которого у нее практически никогда не было, — вставила Честити.

— Леди Грэм бросила мне эти обвинения, когда я застала ее роющейся в моей личной корреспонденции, — тихо сказала Амелия. — После этого мне оставалось лишь немедленно уволиться.

— А как давно вы женаты с мистером Франклином?

— Чуть больше недели, мистер Энсор.

Констанция уговорила его нанять Генри. Он считал, что ему не нужен секретарь, но она сказала, что хочет оказать услугу своему знакомому, который собирается жениться и ищет подходящую работу, чтобы иметь возможность содержать семью. «Неудивительно, что Генри хотел уходить пораньше по четвергам», — подумал Макс. Насколько он помнил, у гувернантки в этот день после обеда был выходной.

Макс посмотрел на трех сестер, которые ответили ему вызывающими, уверенными взглядами.

— Занимаемся сватовством, Констанция? — с некоторым сарказмом спросил он.

— Это часть нашего бизнеса, — ответила она, слегка пожав плечами. — Я уже объяснила, что мы вынуждены сами себя содержать.

— Да, — тихо сказал он. — Да, ты объяснила. — Он повернулся к Амелии: — Примите, пожалуйста, мои поздравления, миссис Франклин.

— Благодарю вас, мистер Энсор. — Немного поколебавшись, она добавила: — Надеюсь, на моем муже никак не отразится…

Макс быстро прервал ее:

— Навряд ли, мадам. Мы с вашим мужем прекрасно ладим. Я желаю вам всего самого наилучшего. Если я могу чем-то помочь вам в отношениях с моей сестрой, пожалуйста, обращайтесь ко мне не раздумывая.

— На самом деле вы можете помочь, — сказала Честити, прежде чем Амелия, знавшая по опыту, что подобные вещи говорят только из вежливости, успела отказаться. — Летиция не позволяет Амелии забрать ее одежду и принадлежащие ей вещи.

— Я об этом позабочусь, — заверил ее Макс. — Дайте мне ваш адрес, миссис Франклин, и ваши вещи будут доставлены вам завтра же утром.

— Вы очень добры, мистер Энсор.

Он поклонился.

— Это самое меньшее, что я могу сделать в данной ситуации. Моя сестра часто поступает необдуманно, когда что-то идет не так, как ей хочется. Но ее легко образумить.

Сестры Дункан обменялись взглядами, услышав это извинение, свидетельствовавшее о братской лояльности Макса. Амелия распрощалась и ушла, а Честити подошла к Максу и звонко расцеловала его в обе щеки.

— Итак, вы уже назначили дату?

Макс даже не стал спрашивать, каким образом сестры Констанции пришли к правильному заключению. Он просто ответил:

— Я полагаю, решать это должна ваша сестра.

— Но сначала мы введем вас в курс дела, — сказала Пруденс. — Здесь не все так просто, как вы, возможно, думаете.

Он в ужасе поднял руки:

— О, нет, Пруденс, вы ошибаетесь! Я не строю никаких иллюзий. Если вы считаете, что это пойдет мне на пользу, тогда вводите меня в курс дела. Но если, на ваш взгляд, мне не повредит, если я не буду знать каких-то деталей, то я не настаиваю на исповеди.

— Назвался груздем — полезай в кузов, — сказала Констанция, взяла его за руку и повела к лестнице, следом за сестрами.

— Любишь одну, люби и всех, — пробормотал он.

— Но только в разумных пределах, — прошептала Констанция. Потом, повысив голос, сказала: — Пру, мы поговорим об этом позже.

Пруденс оглянулась:

— Конечно. — Она подмигнула и последовала за Честити в гостиную.

— А мы пойдем сюда. — Констанция свернула в узкий коридорчик и открыла дверь в свою спальню. — Мне кажется, тебе пора избавиться от этой мокрой одежды. — Ее пальцы проворно расстегнули пуговицы на его рубашке. — Может быть, наполнить тебе ванну?

Она коснулась языком его сосков и улыбнулась, когда они затвердели. Взявшись за застежку на его брюках, она спросила:

— Примешь ванну сейчас или потом?

Вместо ответа он вытащил шпильки из ее волос, и рыжие локоны густой массой упали ей на плечи. Он расстегнул сначала ее блузку, потом сорочку, быстро и ловко, несмотря на спешку, потом легко сжал руками ее груди и поцеловал соски. Затем, схватив ее за талию, он приподнял ее и уложил на кровать.

— Я… — начала было она.

— Никаких слов. — Он поцелуем закрыл ей рот. — Слова нас никогда до добра не доводят.

Констанция лениво, томно улыбнулась, соглашаясь с ним. Они быстро избавились от одежды, и он накрыл ее тело своим. Заглянув ей в глаза, Макс улыбнулся:

— Всегда на равных, любимая. На поле брани и в постели.

— О да, — выдохнула она, и их губы слились.