Черный рыцарь - Тереза Медейрос

Ровена сжалась.

— Не беспокойся, дитя, — прошептал Гарет. — Всего лишь без сознания, но все живы. — Блэйну же он ответил: — Ты раздражен лишь потому, что сам был среди этих тел.

— Ты прав, я вне себя. Это крайне плохие манеры — приводить ударом в бессознательное состояние своего гостеприимного хозяина. Принц Уэльский содрогнулся бы, узнав об этом.

— А разве правила гостеприимства позволяют запирать своих гостей в погреб со специями?

Блэйн не нашелся что ответить и лишь пнул со злости здоровенный камень.

— Куда, черт побери, делась Марли?

Ровена открыла было рот, но Гарет предупреждающе сжал се руку.

— Дела моей сестры тебя не касаются. Она уже объяснила тебе это в раннем возрасте.

— Объяснила, и притом с болезненной ясностью. — Блэйн потер свой бок, очевидно вспоминая что-то. — Может быть, она не захотела видеть, как тебя повесят на ближайшем дереве.

Маленький Фредди и Большой Фредди обменялись обеспокоенными взглядами. Ровена освободилась из объятий Гарета, игнорируя его предупреждающий взгляд.

— Марли не для того бежала, чтобы ты продолжал мужественно нести бремя ее вины, — сказала она Гарету.

Блэйн повернулся к ней.

— Вины? — Он недоуменно уставился на Гарета. Тот встал на ноги, отряхивая рейтузы.

Глаза Блэйна оглядывали горизонт.

— Значит, эта свирепая маленькая сучка убила Мортимера, — сказал он скорее с восхищением, чем с удивлением.

— И Илэйн, — добавила Ровена. Гарет бросил на нее мрачный взгляд.

Блэйн пошел к своей лошади.

Гарет уже был возле нее, положив руку на уздечку.

— Куда-то собрался?

— Поймать убийцу.

— Чтобы повесить?

Блэйн поднял бровь.

— Предложу ей личное заточение и себя в роли надзирателя.

— Ты уже использовал свой шанс приручить Марли, другого не будет.

Гарет не двигался с места. Блэйн с надеждой взглянул на сэра Бродера. Пожилой рыцарь внимательно рассматривал свои ногти. Ровена с одобрением посмотрела на Гарета.

Блэйн сдержал ругательство.

— Я должен был бы повесить тебя вместо нее, только за обращение с этой прекрасной леди. И не обязательно за шею.

Ровена побледнела. Гарет загородил ее от Блэйна,

— Как я уже однажды сказал тебе, Блэйн, если тебя есть претензии относительно моего обращения с этой прекрасной леди, можешь вызвать меня на поединок.

— У меня множество претензий. — Блэйн злобно глядел ему в лицо. — Ты держал ее в Карлеоне против ее воли. Ты привел ее в Ардендон на веревке. Ты допустил, чтобы сумасшедшая убийца похитила ее. Ваше обращение с нею, сэр, оставляет желать лучшего.

Гарет зевнул.

— Так что же ты предпочтешь? Повесить меня или вызвать на поединок?

Одним изящным движением Блэйн сдернул свою перчатку и хлестнул ею по лицу Гарета. Гарет не вздрогнул, хотя удар оставил краснеющий след на его щеке.

— Пусть будет так, — сказал он жестко. — Каковы же условия?

Блэйн отошел, сжав руки за спиной, затем вернулся обратно.

— Призом, — сказал он, — будет леди Ровена.

Ровена ожидала от Гарета презрительного отказа от такой смехотворной ставки.

— Позвольте мне уточнить, — сказал Гарет. — Призом будет рука леди Ровены. Выигравший женится на ней.

— Почему моя рука? — невнятно пробормотала Ровена. — Почему не голова или нога? — Она дернула Гарета за рукав.

Гарет тихо сказал ей, не оборачиваясь:

— Не беспокойся, любовь моя. Блэйну не нужна невеста. Он откажется от своего вызова.

Блэйн надел перчатку.

— Очень хорошо. Условия приняты.

Еще одна перчатка пролетела в воздухе, ударив Гарета в висок.

— Я тоже участвую в турнире. — Лицо Ирвина было белым как снег, но его голос не дрожал. — Она была моя с самого начала.

Ровена оглядела мужчин, раскрыв рот от удивления и подозревая, что они сошли с ума.

— Решено, — сказал Блэйн. — Турнир — завтра после полудня. Ровена займет место Королевы Любви и Красоты. Тот, кого вышибут из седла, проиграл.

Ирвин пошатнулся. Большой Фредди поддержал его плечом.

Они все смотрели на Ровену. Лицо ее покраснело от гнева.

Гарет нахмурил лоб.

— В чем дело, любовь моя?

— Вы сошли с ума? Вас ничему не научила Марли? Женщина — не собственность, которую можно продать или завоевать. Может быть, если бы она смогла убедить вас в этом, вы не потеряли бы ее.

Они глядели на нее с таким изумлением, как будто у нее вдруг выросли рога и хвост. Большой Фредди поскреб голову.

Блэйн выглядел искренно озадаченным.

— Вы должны быть в восторге, Ровена. Большинство женщин восприняли бы как высочайшую честь поединок за них. — Он обратился за поддержки к сэру Бродеру.

Рыцарь кивнул:

— Каждая леди жаждет быть Королевой Любви и Красоты на турнире.

Гарет протянул к ней руку, как бы боясь, что она может убежать. Тихим голосом, предназначавшимся только для ее ушей, он сказал:

— Рыцарь не может отказаться от вызова, не запятнав свою честь.

Она направилась к открытым лугам, протиснувшись между лошадьми.

Гарет последовал за ней. Он схватил ее за руку.

— Я потерял все, Ровена. Я не могу потерять и тебя.

— Не беда, милорд, — тихо сказала она. — Вы обрели самое драгоценное, к чему стремились всю жизнь, — вашу честь. Я надеюсь, она будет согревать вас по ночам.

С этими словами она подобрала изорванные края юбок и пошла прочь сквозь шелестящие травы. Захватив в кулак гриву своей лошади, Маленький Фредди развернул ее.

Он отвесил всем насмешливый поклон. На его губах играла ехидная улыбка.

— Всего хорошего, милорд.

Гарет с рычанием отмахнулся от него. Маленький Фредди поскакал рысцой за своей сестрой. Гарет не отрывал глаз от Ровены, пока она садилась сзади Маленького Фредди. Они медленно удалялись в луга. Гарет потер пульсирующие виски.

Блэйн положил руку ему на плечо.

— Женщины! Превосходные и загадочные существа, не правда ли?

— Ты не хочешь получить еще один синяк?

Блэйн торопливо отошел. По тактичному предложению сэра Бродера они отправились обратно в Ардендон унылой процессией. Блэйн и Гарет уместились на черном жеребце, стараясь не прикасаться друг к другу. Ирвин ехал сзади, молясь и крестясь во внезапном порыве набожности.