Ангел для Демона - Екатерина Орлова

– Приеду только с Гелей.

– Я это уже понял, – отзывается он и кладет трубку.

– Я не поеду, – Ангел быстро качает головой, когда я рассказываю ей, что ужинать мы будем у родителей.

– Поедешь.

– Дима, они меня… съедят.

Я подхожу к ней и прикусываю изгиб шеи.

– Тогда я начну, чтобы им меньше досталось.

Ангел смеется, а я, подхватив ее на руки, несу на кровать. Надо расслабить мою статуэточку, и я знаю отличный способ сделать это.

Вечером мы входим в дом родителей, держась за руки. Навстречу нам выходит Дэн.

– О, ну наконец-то, – он расставляет широко руки, а потом подходит к нам. – Привет, Геля. Я – Денис. Можно просто Дэн.

– Привет, – тихо отзывается Ангел и вкладывает свою ладонь в его протянутую руку.

Дэн по своей клоунской привычке склоняется и целует Ангелине руку, а та заливается румянцем. Тут же нас выходит встречать мама.

– Добрый вечер, дети, – произносит она спокойно, но по ее взгляду я вижу, что она еще не оттаяла. – Пойдемте, стол накрыт.

– Сначала в мой кабинет. Оба, – вклинивается папа, проходя мимо и стрельнув взглядом в нас с Дэном.

Перевожу взгляд на Гелю, считывая панику, и при всех обнимаю ее и склоняюсь к уху.

– Главное, не бойся. Если что-то пойдет не так, разрешаю свалить из столовой и прийти к папе в кабинет. Слева по коридору вторая дверь. Я сразу увезу тебя отсюда.

– Обещаешь? – шепчет она.

– Обещаю.

– Демон, идем, – дергает меня Дэн.

Поцеловав Ангела в щеку, вручаю ее маме, а сам иду к отцу в кабинет. Откровенно говоря, я побаиваюсь оставлять свою девочку со своей родительницей, потому что знаю, какой мама может быть, если чем-то недовольна. Ну не съест же она Гелю, правда?

В кабинете отца напряжение можно резать ножом. Мот сидит на кожаном диване, и я сразу приземляюсь рядом с ним. Папа с Дэном садятся напротив в кресла. Отец делает глоток виски и отставляет стакан на стеклянный столик между нами. Обводит всех мрачным взглядом.

– Сегодня утром я встречался с Полканом.

Клянусь, даже мухи – если они тут есть – застыли в воздухе, охуев от этого заявления. Удивительно, что даже Мот, который уже давно занимает должность правой рукой отца, не в курсе этой встречи.

– Когда я говорил, что у меня важная сделка, я имел в виду сделку с Полканом. В качестве компенсации за потерю сына он предложил мне полностью забрать южные районы города. Извинился. Сказал, что виновный в смерти Ильи наказан и уже давно кормит червей.

Тут я склонен верить. Такие ошибки в нашем мире не прощаются. За них жестоко наказывают.

– И ты поверил? – серьезно спрашивает Матвей.

Папа снова берет стакан и делает два глотка.

– Если я сейчас развяжу войну, потеряю еще одного сына, – он переводит взгляд на меня. – И хорошо, если одного. Таня мне этого не простит. И даже если бы я наплевал на ее мнение… – он делает глубокий вдох и опустошает стакан до дна. – Я себе этого не прощу. К херам лирику. Война между нами приобретет такие масштабы, что останется только выжечь напалмом половину города. Пострадают невинные люди, это без сомнений. К тому же… Дима со своей девушкой поставили всех в неудобную позу. – Снова суровый взгляд на меня. – И я этого не забуду. Но терять тебя – а я потеряю, если начну войну, – не готов. Поэтому мы заключили договор. Границы жесткие. Никакой дележки территории в будущем, все только поровну по общему согласованию. И если, блядь, хоть кто-нибудь из вас сунется с войной на Полкановских, это будет пиздец. Так что смотрите, кому и что предъявляете, и, тем более, к чьему виску приставляете пистолет.

– Пап, это слабость, – говорит Мот, а мне хочется втащить ему. У нас и так тут рождается хрупкое равновесие, а он решил еще и подлить масла в огонь.

– Когда я лягу в могилу, ты будешь решать, где слабость, а где рациональное использование ресурса. А до этого момента все заткнулись и выполняют мои команды. Еще у кого-то есть мнение, отличное от моего?

Мы все молчим и переглядываемся. Спорить бесполезно, решение уже принято. Думаю, именно по этой причине папа встретился с Полканом, не сообщив нам. Чтобы никто из нас не сунул свой нос в результат переговоров.

Когда мы выходим из кабинета, папа придерживает меня за плечо.

– Готовьтесь к свадьбе, она состоится в сентябре.

– Пап, я даже предложение еще не делал.

– Ну так не тупи, – советует он по-отечески и, обойдя меня, направляется в столовую.

Глава 61

Ангел

– Проходи, Ангелина, – говорит мама Димы, а у меня мурашки по коже и колени трясутся.

Вот как она это делает? Вроде и разговаривает спокойно, и смотрит на меня уже не как на врага народа, а все равно страшно. Мы присаживаемся в гостиной на диване. Я устраиваюсь на самом краю, как будто готовлюсь к побегу.

– Ты уже полностью переехала к Диме?

И черт его знает, можно ли говорить ей правду. И вообще. Никто не готовил меня к тому, что в девятнадцать мне придется знакомиться с мамой парня. Я толком не успела привыкнуть, что он появился в моей жизни, а тут уже знакомство с семьей.

– Немного.

– Это как? – она склоняет голову набок, изучая меня пристальным взглядом.

– Часть вещей сегодня перевезли.

– Понятно. Что у тебя с учебой?

– Э-э-э… В каком смысле?

– Может, помощь нужна? У нас есть связи в вашем университете.

– Спасибо, но нет. У моего папы тоже там связи, – задираю подбородок. Не знаю, зачем. Само как-то выходит. Но мне не нравится покровительственный тон, который она со мной использует. Как будто я бесприданница какая-то.

– Что ж, хорошо.

– Привет, – раздается от входа уверенный голос.

Поворачиваю голову и вижу невысокую девушку-блондинку, которая с интересом рассматривает меня.

– Привет, – здороваюсь. Черт, вылетело из головы ее имя. По дороге сюда Дима перечислил всех членов семьи, но имя его младшей сестры просто пролетело в голове и упорхнуло.

– Серафима, – облегчает мне задачу ее мама, – мы договаривались, что ты переоденешься, у нас гостья.

– А что с моей одеждой не так? – она осматривает свой короткий джинсовый комбинезон и топик под ним.