Строптивая невеста - Арнетта Лэм

У Малькольма потемнело перед глазами. Как свет у выхода из темной пещеры в мозгу светилось одно-единственное слово: «беременна». Он натянул повод и покачал головой.

Элпин беременна. Конь остановился. Его жена забеременела.

В его душе расцвела надежда. Безрадостная мгла исчезла. Он будет отцом. Наконец-то!

Элпин была девственницей, тут он не мог ошибиться. Его мачеха была права: он может зачать ребенка! Ура! Элпин родит ему дитя.

Он спешился и снял Элпин с седла.

— Жалкий щенок! — Элпин, словно защищая ребенка, прикрыла ладонями живот. — Если я потеряю этого ребенка, грех ляжет на тебя. О, Господи, ну почему бы тебе не отпустить меня?

— Куда?

— Обратно на Барбадос, где я и должна жить.

Ощущение реальности вернулось к нему вместе с холодом, пробравшим Малькольма до костей. Он понял, почему она так стремилась убежать. Внезапно Малькольм спросил:

— Кто же счастливый отец?

Элпин остолбенело следила за его шагами. Он швырял ее, словно мешок с овсом. Страх выкидыша заставил ее сообщить ему о своей беременности.

— Что ты сказал?

Морской ветер трепал его волосы. Он щурился, повернувшись к ветру лицом.

— Я поинтересовался именем человека, которого следует поздравить.

Он казался таким спокойным, что Элпин захотелось ударить это бесстрастное лицо.

— О чем ты говоришь? — воскликнула она. — Отец — ты.

— Я в этом сомневаюсь.

Уязвленная, Элпин подскочила к нему.

— Во всяком случае, это не непорочное зачатие!

Он окинул ее невидящим взглядом.

— Разумеется, нет. Так кто же он, Элпин? Рэбби или кто-то другой из ночных часовых? Значит, ты валялась на простынях вместо того, чтобы снимать их с постелей?

Ее ноги подкосились. Элпин повалилась наземь и лежала, глядя на голые колени Малькольма и подол его килта. Он и раньше ранил ее неискренними признаниями в любви, но эта последняя неслыханная жестокость поразила ее в самое сердце.

— Я знаю, что ты злишься на меня за очередной побег, но нельзя же из пустой гордости клеймить меня прелюбодейкой!

— Можно, и я это делаю.

К ним подъехали Саладин, Александр и остальные. Иланна после пребывания в деревянном ящике выглядела отвратительно.

Малькольм вскочил в седло и вцепился в повод. Конь встал на дыбы.

Элпин бросилась за ним.

— Подожди, Малькольм!

— Помоги ей сесть на лошадь, Александр! — крикнул он через плечо. — И возвращайтесь домой.

За ним взвихрилась пыль. Элпин была раздавлена жестокостью Малькольма и мечтала снова оказаться на корабле. Она окликнула Саладина, но внимание мавра было поглощено Иланной. Он не сводил с негритянки глаз.

— Как ты себя чувствуешь? — спрашивал он.

Иланна надула губы.

— Плохо, очень плохо. Лучше бы я ехала с тобой.

Он смерил ее взглядом.

— Лучше бы я отлупил тебя. Откровенно соблазнительным движением Иланна пробежала пальцами по своей шее и плечу.

— Ты испортил бы эту кожу, мусульманин? Помнишь, как она нравилась тебе? Ты говорил, что она как амброзия на вкус.

Его полный вожделения взгляд следил за ее рукой. Затем Саладин запрокинул голову и уставился на проплывавшее над ними облако. Наконец мавр произнес:

— Отвези их домой, Александр.

Он пришпорил коня и понесся вслед за Малькольмом.

Элпин с тоской посмотрела в сторону гавани.

— И не думай об этом, девочка, — предостерег Александр. — Капитан все равно не возьмет тебя обратно.

К тому времени, когда они добрались до Килдалтона, плачущая и кричащая Элпин успела наградить Малькольма всеми нелестными прозвищами, имевшимися в ее распоряжении. Кроме этого она составила новый план побега. Они с Иланной сядут на корабль в Тай-немуте, по реке Тайн доберутся до Саут-Шилдса и оттуда пустятся в путь. План был настолько прост, что Элпин поразилась, как она не додумалась до этого раньше. Она перехитрит своего вредного мужа.