Опасное увлечение - Керриган Берн

Стул Фенвика опрокинулся, жилистый Доршоу отпрыгнул, направляя нож на Арджента.

Согнувшись, Арджент схватил Доршоу за бедра и, пользуясь силой его же рывка, бросил через плечо в стену. В надежде что головой.

Надежда оказалась призрачной. Доршоу успел сгруппироваться, тотчас вскочил и развернулся спиной к окну. Губа кровила, осколки стекла порезали кожу, но все раны были поверхностными.

Низко склонившись, они кружили друг перед другом, готовые к выпаду, ища момент для удара.

— Что с тобой? — красивое лицо Доршоу скривила гримаса отвращения. — Защищаешь ее, и все за сладкую щелку?

— Заткнись! — бросился на него Кристофер, но удар был парирован.

— Почему бы не поиметь ее, а потом прикончить и взять деньги? — ухмыльнулся Доршоу. — Это элементарно, даже для такого, как ты.

— Мне это не по нраву, — прошипел Кристофер. Он бросился еще раз, но отрезал край куртки Доршоу, прежде чем нож Доршоу отбил его клинок. — Ты мне не по нраву.

— Знаю, — осклабился Доршоу, обнажив острые, неровные зубы. — Я сначала ее убью, а потом поимею.

Выйдя из себя, Кристофер заметил в обороне Доршоу брешь, и будь то ошибка или ловушка, но он, черт возьми, сейчас выпростает на бархатный ковер новую порцию кишок вдобавок к внутренностям Фенвика.

Его остановил щелчок револьверного предохранителя.

— Не двигайтесь.

Морли поднялся, его правая рука висела плетью, большой нож вошел в плечо почти по рукоять. Бледный как мел, левой рукой он твердо держал револьвер.

Арджент тихо выругался. Было бы так просто. Быстрый удар, хруст шейного позвонка, и Милли с Якобом в безопасности. Люди навроде него, выходящие из ночной тени, не видят проку от тяжелых и громких орудий. Арджент торжественно пообещал себе сделать пистолет своим непременным аксессуаром. Если его носят бобби, он может пригодиться.

— Стреляйте! — приказал Арджент.

Доршоу опустил нож и поднял руки, повернувшись к разбитому окну, чтобы Морли лучше видел его лицо.

— Слышали, что я сказал, стреляйте в него. Немедленно!

— Я безоружен! — крикнул Доршоу, прикидываясь испуганным. — И за сегодняшнее против меня у вас лишь бесчестное слово этого человека.

— Вы бросили в меня нож, — как-то потеряно пробормотал Морли. Арджент подумал, что дело скверно, что бы на инспектора ни подействовало, потеря крови или шок.

— Я целил в него, — солгал Доршоу, указывая на Арджента. — Честное слово.

Он сделал несколько шагов назад, приближаясь к окну и все еще держа руки вверх.

— Стреляйте, черт возьми! — прорычал Арджент. — Он сбежит.

— Даже не собираюсь. Я не уезжаю из города, — ухмыльнулся Доршоу, окинув комнату ликующим взглядом безумных глаз. — И, кажется, знаю, куда отправлюсь. Навещу старого друга, Черное Сердце из Бен-Мора… Слышал, у него гостья, которая просто умрет, как меня увидит.

Пригнувшись, Доршоу прыгнул в окно.

Арджент бросился за ним.

Первый выстрел Морли ушел в молоко. Он взвел курок и пальнул снова, разбив окно над пригнувшимся Доршоу. Третья пуля пролетела так близко от лица бегущего Арджента, что он замер, не сразу поняв, оцарапала щеку она или осколки оконного стекла.

— На этот раз я не промажу! — предупредил Морли.

— Он уходит, чертов вы остряк!

Арджент посмотрел на пистолет. Осталось две пули. С пяти шагов. Выстрели Морли, каков у него шанс промазать? Он учел состояние инспектора, потерю крови, белые губы, сжатые от неописуемой боли ножевого ранения. Его светлые волосы блестели от пота, капавшего на шею. А может, подумал Арджент, может, и не промажет.

— Вы не слышали? — спросил Арджент. — Он идет за Милли. Я должен остановить его. Опустите оружие.

Морли покачнулся и фыркнул.

— Он сказал, что она у чертова Блэквелла, — зажмурился, а потом широко раскрыл глаза Морли. — Он обеспечит ее безопасность… Хотя вы сглупили, оставив ее с ним наедине.

Его лицо омрачилось, рука с оружием дернулась.

Арджент счел этот жест совершенно недостойный мужчины.

— Скорей всего, он сбежал в свой гребаный замок в Шотландии… И женился на ней, — горько пробормотал Морли.

Боже, у Арджента не было времени слушать болтовню. Милли, его Милли в опасности. Несмотря на все свои связи, Блэквелл, возможно, еще не знал, что Доршоу сбежал и направляется в его дом. И хотя после Букингемского дворца не было места безопаснее, Арджент не мог вдохнуть полной грудью. И подумал, что сможет не раньше, чем обнимет Милли и прикончит Доршоу. Не обязательно в этой последовательности.

— Стоять! — рявкнул Морли.

Арджент не шелохнулся. Он тратил драгоценное время. Ему надо идти. Немедленно.

— Я сказал стоять! — старший инспектор громко застонал, согнуться пополам от боли в раненой руке, но стойко держал револьвер. Очевидно, от шока или кровопотери у него начался бред.

— Отпустите, — тихо произнес Арджент, недвижный как камень.

— Никогда, — прохрипел тот, и без сознания рухнул на пол, орошая его кровью.

Арджент никогда даже не пытался объяснить, почему так поступил, но уходя, будто в озарении, дернул за шнурок у стола Терстона, вызывая слуг с нижнего этажа. Давая Морли шанс спастись.

А скользнув обратно во мрак, перемахнув забор и несясь к особняку Блэквелла, задыхаясь от перехватывающего горло отчаяния, Арджент знал, что для Милли единственный шанс на спасение — он.

Ледяной страх пронзил все его тело ощущением надвигающейся катастрофы, сгущавшейся в воздухе, который свистел в ушах и нашептывал ему, что он может не успеть.