Лунное солнце - Ева Верми

Мои тести довольно быстро восстановились, а Стирия окончательно вернулась домой. Она несколько дней ходила за ними хвостиком, боясь, что они снова исчезнут. Братья и Нивис не замечали этого за собой, но делали то же самое, только с большими промежутками в подходах. К своему облегчению однажды вечером я узнал, что Стирия извинилась перед сестрой, и они снова близки.

Мы с Ичесом тоже простили друг друга. Друг спас меня, не знаю, остался бы я в живых, если бы не он. Потребовался месяц, чтобы лучшие лекари восстановили моторику его руки. По самый локоть она теперь была черной, некоторые ее части потеряли чувствительность, но в целом он по-прежнему мог ею пользоваться, как раньше. Слава Богиням, рука была левая, а у него отменное чувство юмора. Каждый день он придумывал новую шутку и носил ее с гордостью, как и полагается воину носить шрамы. Я сам долго не мог привыкнуть к изменениям в отражении, а потом в один день срезал косу. По старому обычаю избавился от всех прошлых невзгод вместе с волосами. И задумывался отрастить бороду, но Нивис была категорически против. Я не терял надежды уговорить ее однажды, пока соглашаясь на ее условия.

Коронация Нивис прошла через месяц после победы над Ирбэ. У знати больше не было аргументов против.

Мы больше не могли разорвать нашу брачную связь, даже если бы захотели. Я сразу почувствовал изменения, как очнулся, но никак не мог взять в толк, что же не так. Оказалось, чтобы удержать на этом свете, Нивис пришлось привязать меня к своей силе. Как только жизнь в трех престолах вернулась на круги своя, мы приняли решение обновить клятвы и провести новую свадьбу, к которой все уже было готово.

С самого утра я жутко нервничал, как будто это была настоящая церемония, хотя для нас так оно все и было.

– Готов? Гости уже собрались, – заглянул ко мне Ичес. – Кстати, а ты знал, что на черной коже кольца смотрятся даже круче, чем на светлой?

– Никогда не задумывался об этом.

– Я чего пришел, – посуровел Ичес, скрестив руки на груди. – Предупреждаю на берегу: обидишь сестру – пеняй на себя, понял?

– Где-то я это уже слышал, – улыбнулся я, а Ичес подмигнул мне. – Мы вообще-то женаты. Не забыл?

– Это ничего не меняет, – шутливо сказал он и добавил без прежнего задора: – Я серьезно, Ярис. Береги ее, она пережила слишком многое. Тебе дали второй шанс, не просри его.

Мы пожали друг другу руки, скрепляя договор. Ичес закинул руку мне на плечо, и мы пошли вниз. По дороге друг рассказывал, что пока не решил, стоит ли ему носить перчатки, и если стоит, то какого цвета? И можно ли тогда носить только одну перчатку, если подобрать ее в тон кожи одной из кистей? Ближе к выходу я уже с трудом сдерживал смех, но стоило мне увидеть Близзарда, как я приосанился, а друг убрал руку с моего плеча.

– Ичес, оставишь нас?

Друг кивнул, похлопал меня по плечу на прощанье и вышел в сад.

– Полярис.

– Близзард.

– Хотел поблагодарить вас перед церемонией, а то мне все никак не предоставлялось возможности.

Я почти не виделся с семьей Нивис после победы над Ирбэ из-за нехватки времени: пока она восстановляла свои права на престол, я передавал Аурум в руки Конлектусу.

– Несмотря на то, что вы за долгие годы не распознали в изменнице подделку на Нивис, – закончил тесть, заложив руки за спину. Улыбка быстро сползла с моего лица: я отчасти и признавал его правоту. – Пока моя дочь прозябала невесть где, а мы с Реджиной находились под заклятием. И все же вам с моими сыновьями удалось удержать благополучие трех стран, и вернуть жизнь двух из них в прежнее русло. Признаться, вы в равной степени разочаровали меня и удивили. Так что, - сказал он и оглянулся к проходу, - искренне призываю вас сдержать все клятвы, которые вы собираетесь дать в этот раз. Вы прирожденный король, Полярис, и прекрасный отец. Станьте же еще и хорошим мужем.

– Обязательно.

Близзард коротко кивнул.

– Счастья вам, Полярис. Идите, вас обоих все уже заждались.

– Спасибо.

Он первым скрылся в арке, а я замер, чтобы напоследок выдохнуть и дать сигнал о готовности лакею. Штору арки открыли, и передо мной возникла длинная искусственная аллея, в конце которой стояла Нивис, а в центре нас дожидался священник.

Я смотрел прямо перед собой, не в силах оторваться отневесты .

Струящееся платье Нивис качнулось в последний раз, и она остановилась напротив меня на расстоянии вытянутой руки. Белые волосы мягко вились у строгого лица. Длинное платье с легким, но пышным шлейфом было сиреневого цвета. Мой костюм – на пару тонов темнее. Она широко мне улыбалась, держа в руках венок из сухоцвета. Священник попросил ее положить его на блюдо. Нам принесли подушки под колени, и мы опустились на расстеленный ковер с вышитым флагом Аэтерны. Мне так хотелось ее коснуться, но пока что это было запрещено.

– Дорогие гости и брачующиеся! Богини собрали нас в сей благословенный час, чтобы соединить узами брака два сердца, нашедших друг друга в круговерти дней и ночей. Мне предоставлено право провести эту церемонию под благоволение Богинь наших и всей Неоры. Принимаешь ли ты, Нивис Вьерго, в свои мужья мужчину, что стоит перед тобой? Обязуешься ли хранить ему верность телесную и духовную, разделять с ним горести и праздновать радости, любить его в здравии и не оставлять его в минуту тяжбы или болезни? Обязуешься ли не использовать свою магию против него, если только не в час крайней нужды?

– Обязуюсь и принимаю Поляриса в свои супруги.

– Принимаешь ли ты, Полярис, в свои жены женщину, что стоит перед тобой? Обязуешься ли хранить ей верность телесную и духовную, разделять с ней горести и праздновать радости, любить ее в здравии и не оставлять ее в минуту тяжбы или болезни? Обязуешься ли не использовать свою магию против нее, если только не в час крайней нужды?

– Обязуюсь и принимаю Нивис Вьерго в свои супруги.

– Дабы отсечь