Жестоко и прекрасно - Терри Э. Лейн

— Есть коробка? Положи их в коробку, — кричит она через дверь.

Оглядевшись, я ничего не вижу, пока она не бросает одну из своей комнаты.

— Вот.

Затем ее дверь снова захлопывается. Черт, она определенно избегает меня.

Когда я, наконец, собралась, я кричу через дверь, что я ухожу. Она выбегает и сжимает меня в крепких объятиях.

— Развлекайся, именинница, и увидимся в воскресенье.

Затем она мчится обратно в свою комнату, как будто не может видеть меня лицом к лицу. Странный. Покачав головой, я направляюсь к своей машине и выезжаю на дорогу.

Сексуальный Дрю ждет меня, когда я подъезжаю к его парковке. Это великолепный весенний день, и он одет в черную футболку и выцветшие джинсы. Он, как обычно, открывает дверцу моей машины и заключает меня в свои объятия.

— Поздравляю с днем рождения, красотка.

По какой-то причине я необычайно рада его видеть.

— Спасибо, — выдавливаю я.

Затем его теплые, влажные губы находят мои, и я погружаюсь в его объятия. Мои пальцы вплетаются в его густые спутанные волосы, и все, чего я хочу, это стоять здесь и целовать его. Но он слишком быстро заканчивает мое удовольствие.

— Давай возьмем твои вещи.

Я открываю багажник, и он удивляет меня, когда берет мои вещи и вместо того, чтобы нести их внутрь, кладет в свою машину. Потом он берет меня за руку и говорит:

— Пойдем.

— Я… где… цветы.

Его брови хмурятся в замешательстве.

— Я привезла великолепные цветы, которые ты прислал.

— Ах. — Он кивает.

Он подходит к пассажирскому месту и забирает их.

— Мы их тоже отвезем.

— Куда мы идем?

— Все увидишь.

Мы едем в центр, он подъезжает к отелю «Конрад Индианаполис», и камердинер открывает мне дверь. Я смотрю на Дрю, он выходит из машины, открывает мне дверь, берет меня за руку, и мы идем внутрь, чтобы зарегистрироваться. Очевидно, он забронировал номер на выходные. Он потерял рассудок.

Наклоняясь к нему, я шепчу:

— Ты с ума сошел? Это дорого!

Он предпочитает игнорировать меня. Клерк вручает ему ключи, и посыльный следует с нашим багажом на тележке. Поднявшись наверх, посыльный проводит нам краткую экскурсию по нашему люксу с одной спальней, а затем уходит. Когда он уходит, я говорю: — Это потрясающе, но Дрю, это уже слишком.

— С днем рождения, любовь всей моей жизни. Теперь, если ты не изменишь этот ход мыслей, ты убьешь мое удовольствие. Не убивай его для нас, Кейт.

Нас ждет бутылка ледяного шампанского с двумя бокалами, и Дрю направляется откупорить ее. Он держит свой стакан и говорит:

— За девушку, которая изменила мою жизнь. С днем рождения, Кейт.

После того как мы потягиваем наши вкусные напитки, он объявляет, что сегодня нам принесут еду в номер, а завтра у меня спа-день. Он записал меня на какие-то процедуры по уходу за телом, массаж, маникюр и педикюр.

— И, кстати, их обслуживание номеров должно быть превосходным.

Я ошеломлена. Я не знаю, что сказать. Я полагаю, что выгляжу как настоящая тупица, потому что я ничего не говорю. И потом я начинаю плакать. Не полный уродства, бу-у-у-у плач. Но подавляющий тип плача. Такой, когда вы чувствуете радость и любовь.

— Не плачь, детка. Это было развлечь тебя.

— Так и есть, — вою я и фыркаю. — Но я никогда раньше не делала таких вещей, и я так тронута — в хорошем смысле.

Он кладет руки мне на плечи и говорит:

— Кейт, посмотри на меня.

Я делаю, как он говорит.

— Это только начало всего, что я хочу сделать для тебя. Так что, милая красавица, тебе лучше привыкнуть к этому поскорее.

Он весь расплывается, когда я смотрю на него, и я улыбаюсь, хоть и водянисто и противно, но он прижимает меня к своей широкой груди. И это именно то место, где я хочу быть.

***

Утром я шлепаю Дрю по рукам, когда он меня будит.

— Ты не хочешь кофе и завтрак перед тем, как пойти в спа?

— Грр. Который сейчас час?

— Девять тридцать.

— Нет, это не так.

Я засовываю лицо обратно в подушку, убежденная, что он дразнит меня.

— Да, это так. На прикроватной тумбочке часы, если не веришь.

Подняв голову, я бросаю быстрый взгляд и потрясен, увидев, что он прав.

— Черт возьми! Почему я спала так долго?

— Хочешь, я тебе скажу?

Затем я вспоминаю прошлую ночь, и мое лицо становится теплее.

— Ах, она до сих пор краснеет при мысли о сексе со своим парнем.

Не знаю почему, но это так.

— Это был не секс. То, что мы сделали, должно быть незаконным.

Я думаю обо всех вещах, которые его рот делал со мной, и о том, куда ходили его пальцы, и я почти уверена, что мое лицо теперь красное как яблоко.

— Боже, как я люблю, когда твоя кожа так краснеет. — Его рот движется по моей шее и целует меня в точку пульса. — Если ты не пошевелишься, в конце концов ты отправишься в спа-салон, пахнущая, как только что трахнутая женщина. Я не против, но я не уверен, что ты не против.

Дерьмо! Я выскакиваю из постели и бегу в душ, слыша, как его смех преследует меня.

После быстрого душа и завтрака мы отправляемся в спа. Дрю только делают массаж, и он говорит, что мы встретимся в комнате, когда я закончу.

Остаток утра и ранний день меня балуют, отшелушивают, увлажняют, массируют, обрабатывают горячими камнями и делают уход за руками и ногами. Это удивительно расслабляет, и когда я возвращаюсь в комнату, я чувствую себя новой женщиной.

Дрю смотрит хоккей, когда я возвращаюсь. Он полностью поглощен, так как плей-офф должен начаться через пару недель. Но как только я вхожу в комнату, он выключает телевизор, и я становлюсь центром его мира.

— Не надо этого делать, — говорю я.

Он смотрит на меня так, словно я один из велоцирапторов из «Мира Юрского периода», и я только что сошла с экрана в гостиную.

— Это выходные, посвященные твоему дню рождения, и я планирую быть с тобой каждую минуту. Я могу смотреть хоккей в любой день недели. Как это было?

— О, Боже мой. Это было не похоже ни на что, что я когда-либо испытывала раньше.

— Ладно, теперь ты наступаешь мне на пятки, детка. Я думал, что я твой лучший.

Он подмигивает.

Я смеюсь.

— Если ты понимаешь, о чем я.

— Значит, тебе понравилось?

— Боже, да!

— Позволь мне увидеть твои пальцы рук и ног.