Чужой. Сердитый. Горячий - Линетт Тиган

Копать моим ребятам пришлось долго и трудно, но все-таки даже хорошо скрытые данные рано или поздно всплывают, если знать к кому обратиться и сколько заплатить.

Он полицейский, следователь, высшее образование, лучшая подготовка в нескольких боевых категориях и законченный профиль экстремального выживания… Хорош, но не так хорош, как хотелось бы. Ведь этот профессионал сейчас перед нашим носом и деваться ему точно некуда.

Неужели она повелась на помощь полицейского, когда ее брат не смог продержать меня больше положенных сорока восьми часов в отделении с довольно милым повышенным комфортом? Наивная, наивная Ярослава… Как бы ты вытерпела все то, что я хочу с тобой сделать.

Звонок телефона отвлекает не от такого интересного чтива, как от блаженной мысли о мести. Двоим. Теперь еще и зная их точное местоположение, наше появление может быть довольно неожиданным и позволит мне выбить весь боевой дух жены. Я уже предвкушаю чувство контролируемой власти, которое я снова верну и посажу под замок эту проклятую женщину. С меня этого дерьма достаточно!

Будет знать, как заставлять меня нервничать! Мое сердце и так не на месте…

Он сворачивает на заправку. Требую у телохранителя пистолет и с удовольствием снимаю оружие с предохранителя. Но, как только я тянусь к дверце машины, она оказывается заблокированной.

Мои удивленные брови взлетают вверх.

— Это что еще за фокусы? — недовольно передернув плечами, смотрю в глаза своего телохранителя.

— Вы не можете так просто взять, выйти из машины и стрелять во все, что движется, — твердо заявляет мужчина, причем сверкнув в меня таким суровым взглядом, будто приходится моим отцом. — Чего вы этим добьетесь сейчас, Максим Викторович? Она будет в ужасе и не подпустит вас к себе. И мы не знаем насколько они близки, нужно прощупать обстановку и понять… — его аргументы я едва слышу, когда замечаю, что сопляк выходит из машины и направляется к другой стороне машины, открывая дверь моей жене.

Я этого джентльмена сейчас подвешу галстуком за яйца!

— Эльдар, мне не нужны твои нравоучения. И понимать в этой ситуации мне нечего. Все слишком прозрачно — моей жене захотелось развлечься, вскочить на первого встречного и променять меня на этого сопляка! — я все еще помню, как пришел в бешенство, когда старик рассказывал мне о том, какие теплые отношения между моей женой и мнимым похитителем.

Телохранитель поворачивает голову влево, и я веду свой взгляд туда же. Когда вижу, что МОЮ женщину грубо хватают за локоть и так встряхивают, что она едва не спотыкается, я вновь порываюсь выйти из машины, но дверь все еще заблокирована.

Я убью его! Я убью всех!

— Он непредсказуем. Как может поступить человек, который окажется загнанным в угол с единственным шансом под рукой, чтобы навредить вам? — я понимаю куда клонит Эльдар и напряженно прикрываю глаза.

В упор смотрю на руки этой мази, которые схватили мою жену и ведут к магазину так быстро, что она едва успевает за ним, оглядываясь по сторонам в поиске… Помощи. У меня дергается глаз, когда он накидывает на ее голову капюшон и явно шепчет нечто угрожающее, чтобы она пониже опустила голову и не показывала своего лица, которое прокручивают каждые полчаса по всем новостным каналам страны.

Сука!

— И что ты предлагаешь? Все время быть на их хвосте и смотреть, как он к ней пренебрежительно касается своими мерзкими руками? — я сорвался на крик от безысходности. — Это моя жена!

— Они в любом случае должны остановиться в месте, чтобы передохнуть от дороги. Мы будем наблюдать и подберем тот момент, когда вашей жене не будет угрожать прямая опасность от руки Вадима Волкова.

Я не хочу слушать его глупые доводы. Если бы Волков хотел убить мою жену, то давно бы с ней расправился, а так…

— Отдай приказ готовиться к захвату. Они должны остаться живыми, — приказываю я.

— Господин Гордеев, вы поступаете безрассудно. Она мне стала как дочь, а вы подставляете ее жизнь опасности, потакая своим чувствам. Я не буду отдавать никакого приказа. Вам придется убить меня, если вы жаждите ее смерти! — рявкнул он в мою сторону, отчего я на секунду замешкался.

А, может быть, он прав? Волков и так показал, что способен на многое и совсем не боится моего гнева. К тому же теперь я уверен, что Ярослава тогда поймала афериста на бумагах, которым был именно Вадим Волков, списав с моего счета несколько миллионов. Хитрый, скользкий и к тому же еще и жадный. У других бы не хватило смелости на подобное, а этот совершает ошибку за ошибкой.

Замешкавшись, я обдумываю ситуацию.

Эльдар созванивается с охраной и наперекор мне отдает распоряжение ждать приказов, а другим пишет отследит все возможные маршруты главного шоссе. Один из охраны семенит к пустой машине на заправке и под капот цепляет отслеживающее устройство, чтобы больше не терять их из виду.

И пока я обдумываю правильность поступков здравомыслящего и хладнокровного Эльдара в отличии от меня, замечаю, что они возвращаются в машину. Уже на подходе моя жена начинает знакомо для меня упираться, вырывать руку из хватки полицейского и оглядываться по сторонам. Я не раз вел ее за собой насильно и то, как она реагирует — доказывает мне, что Эльдар прав.

Сомнений не остается — он ведет ее насильно. Но в момент, когда они останавливаются у машины и в руках этой твари сверкает пистолет, неожиданно приставленный к лицу моей жены, я взволнованно переглядываюсь с телохранителем, который предупреждающе смотрит в мои глаза.

Если он ей хоть как-то навредил… Он будет страдать долго и мучительно. Я не дам ему сдохнуть. Никогда.

Я точно осознал, что нельзя нападать на вооруженного Вадима Волкова, пока моя жена находится к нему настолько близко. И сдаваясь убеждениям телохранителя, кивнул Эльдару, чтобы он поступал так, как знает. Я бы не хотел расквитаться с этим сопляком и в этот же день похоронить жену. Если мне нужно подождать для ее безопасности — я подожду столько, сколько потребуется.

Когда их машина трогается, мы выжидаем всего мгновение, чтобы поехать за ними хвостом.

Еще недавно я думал, что она предала меня, солгала и сбежала… Я даже предполагал, что она мне изменяла с этим никчемным мальчишкой, который едва созрел. Но измена в ее положении казалось мне невозможной. Я бы узнал, ощутил и почувствовал, но когда стрик рассказывал о том, что видел, как она спала на ЕГО плече, а