Невеста-обманщица - Кэтрин Коултер

Пробуждение было внезапным. Дуглас не знал, что его разбудило. Мгновение назад ему снилось тяжелое сражение под Пеной, французы подступали все ближе и ближе к его флангу — и вдруг он уже смотрит в темноту, сердце его гулко бьется. Он помотал головой и машинально похлопал рядом с собой рукой, ища Александру.

Рядом с ним было пусто. Он провел рукой по подушке, по простыням и наконец вскочил с кровати. Ее здесь нет. Она ушла. Его охватил панический ужас. О Боже, Джордж Кадоудэл похитил ее.

Нет, это абсурдно. Джордж не смог бы пробраться в его дом, сюда, в спальню, и схватить ее, не разбудив его. Нет, это невозможно.

Дуглас быстро спустился по ступенькам в холл, на ходу завязывая свой голубой бархатный халат, его босые ноги бесшумно ступали по мягкому ковру. Куда, черт побери, она могла уйти?

Он заглядывал в комнаты, попадавшиеся по пути, зашел в комнату для завтраков, потом в большую официальную столовую. Вернулся в центральный холл и задумался. Потом быстро пошел в сторону библиотеки. Он остановился, заметив полоску света под дверью.

Очень тихо он приоткрыл дверь и стал смотреть.

Александра сидела за столом, слева от нее стояла свеча, перед ней лежала книга. Она напряженно думала над чем-то, наморщив лоб.

Он уже хотел войти и спросить, что она здесь делает, как вдруг услышал ее тихий голос:

— Так вот что значит merde. Ну что ж, это вполне подходящее слово, Дуглас был прав. Оно дает выход гневу, и очень быстро.

Она повторила слово несколько раз, потом громко добавила:

— Конечно, от многократного повторения его воздействие не усиливается. Ну, давай, девочка, приступай.

Дуглас с усилием сдержал смех, стоя за дверью, потому что сейчас она начала громко повторять на очень плохом, но тем не менее узнаваемом французском:

— Я не уйду. Je ne vais pas. Он не уйдет. II ne va pas. Они не уйдут. Us ne vont pas.

Она смотрела перед собой. Что за черт?

Она пытается самостоятельно выучить французский. И все для того, чтобы помочь ему.

Дуглас стоял и смотрел на свою жену, медленно покачивая головой, пытаясь осмыслить то, что он увидел. Какая-то теплота и нежность разливались у него внутри — чувства, которых он раньше не испытывал. Это ощущение было новым для него и очень сильным, он и не подозревал о его существовании просто потому, что никогда не чувствовал ничего подобного и не догадывался, что ему чего-то не хватает.

Он продолжал смотреть на нее. Она сидела в своей девичьей белой рубашке, закрывающей ее от шеи до пят, рыжая коса была переброшена через правое плечо. Повторяя французские слова, она постукивала в такт руками. Свет от свечи отбрасывал тени на ее лицо, глаза ее светились, на волосах играли блики. Она повторяла одни и те же фразы снова и снова.

Он хорошо понимал по-французски, если хотел.

— Я помогаю ему. Je l'aide. Ax, что это?

Она замолчала, потом очень нежно произнесла:

— Я люблю его. Je l'aime. Я люблю Дугласа. J'aime Douglas. Я люблю моего мужа. J'aime mon man.

Он продолжал стоять, потрясенный нахлынувшими на него чувствами. На губах его засветилась нежная улыбка, он чувствовал себя невероятно счастливым, счастливым оттого, что именно она — его жена, счастливым от осознания того, что она значит для него и будет значить всегда.

Очень тихо он закрыл дверь и в задумчивости вернулся в спальню. Там он долго лежал без сна, весь во власти нового для него чувства, и ждал ее.

Когда она проскользнула в комнату, примерно через час, и легла рядом с ним, он притворился спящим. Его хватило на десять минут. Потом он повернулся к ней, обнял и начал целовать.

Александра вздрогнула от неожиданности, потом с энтузиазмом ответила ему. Но на этот раз в их поцелуях не было обычного безумия и нетерпеливости.

Когда Дуглас убедился в том, что она заснула, он осторожно поцеловал ее в висок и тихонько сказал: