Любовь без границ - Джоанна Троллоп

— Я Хелен Фергюсон, подруга Кейт.

— Ах вот как! Ну извините.

— Можно войти?

— Зачем это?

— Затем, что у меня есть новости насчет Кейт, и притом такие, о которых не кричат на всю улицу.

Невольное восхищение заставило Леонарда отступить с дороги. Гостья имела как раз те габариты, которые он всегда предпочитал (только без дурацких шмоток, а, как говорится, на фоне смятых простыней). Насладившись чередой смелых мысленных картин, он повел Хелен в кабинет, где ткнул тростью в сторону одного из кресел:

— Садитесь.

Она уселась, послав в сторону Леонарда волну экзотических духов, которые он не сумел опознать, и остановила на нем уверенный взгляд.

— Мистер Маллоу, одно время Кейт работала в приюте под названием Мэнсфилд-Хаус, о чем вы, конечно, знаете.

— Ну и что?

Миссис Ченг усадила Леонарда за кухонный стол. Он был иссиня-бледный, ошеломленный.

— Кулаком по лицу! Головой об стену! — снова и снова повторял он. — Нашу Кейт!

— Я принесу бренди.

Китаянка метнулась к шкафчику со спиртным. Она и сама была глубоко потрясена, но страх за Леонарда отвлек ее от собственных мыслей. Налив в стакан примерно на палец янтарной жидкости, она отнесла его старику и присела рядом. В эти минуты ей в голову не пришло коверкать слова.

— Кости целы?

— Вроде целы, — просипел Леонард. — Но каково ей сейчас, бедняжке! — Он сжал в своих огрубевшую руку китаянки. — Как же я скажу об этом Джеймсу, а? Господи, а Джосс?!

— Оставьте это мисс Бачелор.

— Правильно, у Беатрис получится лучше. — Отхлебнув бренди, Леонард отер увлажнившиеся глаза тыльной стороной ладони. — Какой жестокий мир! Боже, Боже! Какой жестокий мир!

Высвободившись, миссис Ченг, в свою очередь, завладела его рукой и крепко сжала.

— Мне ли не знать…

Джулия заставила себя дождаться девяти часов вечера и лишь тогда позвонила на виллу Ричмонд. Если повезет, думала она, Хью в это время будет сидеть перед телевизором, а к телефону подойдет Джосс. Так и вышло. Голос в трубке звучал тоненько и слабо, словно с другого края света — видимо, это был намек, что Джосс вконец измотана подготовкой к экзамену.

— Алло! Это Джулия. Хорошо, что я тебя застала. Хочется знать подробности вашей встречи с мальчиками. Они так расписывали совместный коктейль! Сэнди просто душка, правда? Кстати, как они тебе показались?

Наступила долгая пауза, и когда удивленная Джулия решила, что их разъединили, Джосс ответила пустым, невыразительным голосом:

— Они в порядке.

— Правда? А Сэнди сказала, они страшно расстроились и проплакали всю дорогу до дома.

— Проплакали?..

— Представляешь! И вроде бы это началось, еще когда ты была с ними. Я попробовала выспросить, что именно их так расстроило, но она только повторяла, что это все твоя вина. Не хочешь объяснить, что ты им сказала?

— Нет! — Джосс разразилась слезами.

— Ты что, обиделась? — Джулия была окончательно сбита с толку.

— Я плачу из-за мамы… — сквозь слезы пробормотала Джосс. — Ее ужасно избили! Этот гад Марк! Я ходила ее навестить, и… Господи, как она выглядит! Едва может говорить, а Джеймс… его все нет и нет!

— Какой ужас! — воскликнула Джулия, в самом деле ужасаясь. — Бедная Кейт! Где она сейчас?

— В Мэнсфилд-Хаусе. За ней там присматривают, не волнуйтесь. — Джосс снова заплакала. — Несчастный дядя Леонард чуть не сыграл в ящик! Пришлось вызывать доктора! Он наверху, в постели.

— Сейчас я приеду! — заторопилась Джулия. — Тебе не годится быть одной с больным старым человеком.

— Ничего, справлюсь. Все в порядке.

Джосс судорожно всхлипнула. Ничего не было в порядке ни с ней самой, ни с миром. На душе было невыносимо тяжко, мучило чувство вины за то, что там, в Мэнсфилд-Хаусе, она не только не загорелась желанием остаться с Кейт, но, когда Хелен предложила это, пришла в ужас. Хотелось бежать, бежать со всех ног от всех этих женщин: или полоумных, или затюканных, от увядших лиц и глаз, полных неизбывной тоски.

Чтобы оттеснить эту картину, Джосс заговорила снова:

— И потом, я не одна. Со мной Хью. Сейчас я его позову!

Трубку со стуком положили на стол, и через короткое время в ней раздался голос Хью. Он звучал до странности обыденно, без тени надрыва или вызова.

— Алло! Джулия?

— Это я, Хью, это я! Что произошло?

— Что-то в самом деле ужасное. Сперва Кейт выбросили на улицу из дыры, которую она снимала, потом ее избил любовник, и теперь она лежит на матраце прямо на полу в приюте, который вы с Робом снимали для «Ночной жизни города». Джосс, по-моему, сбежала оттуда как ошпаренная (да и как было не сбежать?), а у Леонарда так подскочило давление, что мы с ним чуть не простились. Миссис Ченг пылесосит как ненормальная, потому что это ее, видите ли, отвлекает. Мисс Бачелор только что ушла, в одиночку прикончив бутылку хереса. От Джеймса ни слуху ни духу. Вот тебе подробный отчет. Знаешь, Джулия… — Хью помедлил, — я хоть человек и не совсем бесчувственный, но то, что мы тут имеем на сегодняшний день, — это уж чересчур!

— Ага!

— В каком смысле «ага»?

— «Ага» в смысле «попался, который кусался». Ты наивно полагал, что весь мир будет крутиться исключительно вокруг твоих проблем, ан нет, оказалось, что каждый наивно полагает то же самое, и как же это некстати!

— Ну, Джулия!

— Но это правда!

Хью ответил не сразу, разрываясь между острым желанием продолжить разговор и еще более острым желанием не доводить дело до ссоры. Джулия снова изменилась, и эта новая ее версия не собиралась с ним миндальничать.

— Я тут подумал…

— Да что ты говоришь!

— …что настало время повидаться с мальчиками. Может, я подъеду в субботу?

— Не выйдет. В субботу я на редактуре.

— И в воскресенье?

— Нет, в воскресенье я дома.

— Тогда в обед?

— Лучше после обеда, в три.

— А что, на обед кто-то приходит? — сразу насторожился он.

— Почему сразу приходит! Что за удовольствие возиться с воскресным обедом, если всю субботу вкалывал как проклятый?

Очень хотелось спросить, насладилась ли Джулия ужином в ресторане и было ли что после ужина, а главное, с кем все это было, однако не следовало искушать судьбу.

— Правда, я много думал в последнее время…

— Сейчас не об этом, — перебила Джулия. — Сейчас важнее Кейт и Джосс. Я сказала, что приеду. Стоит?