После - Анна Тодд

– Хорошо, правда или действие? – спрашивает Молли.

– Действие, – смело говорю я.

Никто не знает, что взбредет ей в голову заставить меня делать.

– Поцелуй Зеда. – Раздаются вздохи и смешки.

– Все знают, что она не целуется на людях, загадай что-нибудь другое, – цедит сквозь зубы Хардин.

– Да нет, все нормально: она хочет играть, что ж, поиграем.

– Я не думаю… – начинает он.

– Заткнись, Хардин, – обрывает его Стеф и ободряюще мне улыбается.

Не могу поверить, что согласилась целоваться с Зедом, даже если он один из самых привлекательных парней, виденных мной. Я целовала только Ноя и Хардина, Джонни из начальной школы – не в счет, к тому же на вкус он был как клей.

– Ты уверена? – спрашивает Зед.

Он пытается показать волнение, но не вижу в его идеальных чертах нервозности.

– Да, уверена.

Отпиваю из кружки, заставляя себя не смотреть на Хардина, чтобы не передумать. Все смотрят на нас, и Зед облизывает губы, наклоняется и целует меня. Его губы холодны от коктейля, и на его языке я чувствую сладость вишневого сока. Его губы мягкие, еще мягче моих, язык движется очень умело вместе с моим. Чувствую, как в животе разливается тепло – не такое жаркое, как с Хардином, но мне приятно, когда Зед, обнимает меня за талию и мы соприкасаемся коленями.

– Ладно… блин. Она сказала поцеловаться, а не трахаться на глазах у всех, – бурчит Хардин, но Молли советует ему заткнуться.

Я искоса смотрю на Хардина: похоже, он взбешен, но сдерживается. Отрываюсь от Зеда, чувствую, как горят щеки, когда все на нас смотрят. Стеф показывает мне большой палец, но я опускаю взгляд. Зед оказался очень приятным, я смущена, но в восторге от реакции Хардина.

– Тесса, твоя очередь спрашивать Тристана, – говорит Зед.

Тристан выбирает действие; за отсутствием креативного мышления я заставляю его выпить рюмку.

– Зед, правда или действие? – спрашивает Тристан, выпив.

Я допиваю остатки из своей кружки, и с каждым глотком мои чувства притупляются.

– Действие, – отвечает Зед.

Стеф что-то шепчет на ухо Тристану, и тот усмехается.

– Поднимитесь с Тессой на второй этаж на десять минут, – командует Тристан.

У меня перехватывает дыхание. Это уже чересчур.

– Отлично, – говорит Молли, усмехаясь мне.

Зед смотрит на меня, как будто спрашивая согласия. Не говоря ни слова, встаю, беру Зеда за руку. Он удивлен, как и остальные, но тоже встает.

– Это не правда и не действие, это… хм… ну, это совершенно по-идиотски, – говорит Хардин.

– Почему это? Они оба одни, и всем весело, так в чем же дело? – спрашивает Молли.

– Я… да мне без разницы. Просто думаю, что это тупо, – отвечает Хардин.

У меня снова жжет в груди. Он, очевидно, не планировал никому говорить, что мы с ним… были… обо всем, что между нами было. Все это время он просто меня использовал, я для него была одной из многих. Да, я дура, полная дура, если думала, что было иначе.

– Это тебя не касается, Хардин, – резко говорю я и тяну Зеда за руку.

– Просто огонь! Вот черт! – слышу я несколько голосов, и среди них проклятия Хардина.

Мы с Зедом уходим. Находим наверху чью-то спальню, Зед открывает дверь и включает свет.

Теперь, когда я далеко от Хардина, наедине с Зедом я волнуюсь гораздо сильнее. Неважно, насколько я зла на Хардина, я не хочу спать с Зедом. Ну то есть не то что не хочу, просто я знаю, что не должна. Я не тот тип девушки.

– Так что ты хочешь делать? – хрипло говорю я.

Посмеиваясь, он подводит меня к кровати. Господи.

– Давай просто поговорим, хорошо? – говорит он, и я киваю, глядя в пол. – Не то чтобы я не хочу чем-нибудь с тобой заняться, но ты пьяна, и я не хочу использовать твое состояние.

Я ахаю.

– Удивлена? – спрашивает он.

– Немного, – со смехом признаюсь я.

– Почему? Я не такой придурок, как Хардин, – говорит он, и я отворачиваюсь. – Я знаю, между вами что-то было.

– Ну… мы просто… Ладно, мы были друзьями, не больше.

Мне не хочется признаваться, что я оказалась настолько глупа, что поддалась на обман Хардина.

– Так ты еще встречаешься с тем парнем из школы?

Расслабившись от того, что можно больше не говорить о Хардине, я отвечаю:

– Нет, мы расстались.

– Жалко. С тобой он был счастливчиком, – сладко улыбаясь, говорит Зед.

Он очарователен. Ловлю себя на том, что засматриваюсь в его карие глаза; его ресницы гуще, чем у меня.

– Спасибо.

– Может, встретимся как-нибудь? Устроим пробное свидание? Не здесь, не в спальне в братстве, – говорит он, нервно усмехаясь.

– Хм… – Не знаю, что ответить.

– Как насчет завтра, когда ты протрезвеешь?

Он гораздо лучше, чем я думала. Обычно такие привлекательные парни оказываются придурками… как Хардин.

– Договорились.

Он снова берет меня за руку.

– Ну ладно! Давай вернемся вниз.

Когда мы спускаемся, Хардин и Молли все еще сидят на диване. Теперь Хардин что-то пьет, а Молли, прижавшись, стоит рядом. Хардин видит, как я держу Зеда за руку; я быстро выпускаю его руку, но потом сразу же беру ее снова. Хардин скрипит зубами, и я отвожу взгляд на толпу.

– Как оно было? – ухмыляется Молли.

– Весело, – отвечаю я, Зед молчит.

Спасибо ему, что ничего не добавляет.

– Ход Молли, – объявляет Нэт, когда мы садимся на пол.

– Правда или действие? – спрашивает Хардин игриво.

– Действие, конечно.

Хардин говорит ей, глядя на меня в упор:

– Тогда поцелуй меня.

Мое сердце останавливается в прямом смысле слова. Оно перестает биться; он еще больший козел, чем я думала. В ушах шумит, сердце колотится, Молли бросает на меня гордый взгляд и обнимает Хардина. Гнев, который я чувствовала к Хардину, исчезает, сменившись всепоглощающей болью, – и я чувствую, как выступают горячие слезы. Не могу больше этого видеть, просто не могу!

Вскакиваю и пробиваюсь через пьяную толпу. Слышу, как меня зовут Зед и Стеф, даже с закрытыми глазами вижу только одно: Молли и Хардина. Расталкивая людей и не оглядываясь, наконец, добираюсь до дверей – и свежий воздух возвращает меня к реальности.

Как он может быть таким жестоким? Сбегаю с крыльца на тротуар. Я хочу уйти. Я хочу никогда его не встречать, хочу другую соседку. И еще я хочу никогда не учиться в CWU.