Танец для двоих - Виктория Клейтон

— Не уверена, что это хорошая идея. Кроме того, мне нравится дом, в котором я живу.

Пирс отвернулся и попросил у официанта счет. Мне не удавалось заговорить о Джереми. Каждый раз, когда я пыталась это сделать, Пирс переводил разговор на другую тему. Больше всего он разглагольствовал о выгоде, которую получит ОЗПА, вкладывая деньги в Инскип-парк.

Мы быстро ехали в направлении Рутланд-Гейт. Я поднялась вместе с Пирсом, чтобы поправить прическу, пока он будет переодеваться. Стоя в ванной с гребнем в руке, я увидела в зеркале за своей спиной очень изящную шелковую ночную рубашку, которая висела на двери. Я хорошо разбираюсь в женском белье, уроки тети не прошли даром — подобная рубашка стоила кучу денег. Она источала аромат дорогих духов, пахла лилиями. Движимая любопытством, я открыла шкафчик, висящий над раковиной, — рядом с голубой зубной щеткой Пирса в стаканчике стояла розовая. Я зашла в гостиную. На журнальном столике у камина лежал раскрытый номер журнала «Вог».

— Ты стал читать женские журналы? — спросила я.

Пирс стоял перед зеркалом и возился, пытаясь завязать галстук-бабочку.

— Что? — Он обернулся и посмотрел на меня. — А, это… Наверное, миссис Сансом забыла в прошлый раз.

Миссис Сансом была приходящей прислугой Пирса. Пирс, очевидно, не помнил, что мы с ней встречались. Миссис Сансом была крупной женщиной, вечно одетой в креветочного цвета кардиган и растоптанные туфли, и носила сетку на волосах. Она постоянно жаловалась на здоровье — ее беспокоило выпадение матки.

— Не думаю, что мое появление в доме Джулии является хорошей идеей.

— Чепуха! Она придет в восторг, увидев тебя.

Джулия увидела нас, когда мы пытались протиснуться сквозь шумную толпу гостей в уютном особняке ее матери. Восторг было явно неподходящим словом, для того чтобы описать выражение ее лица. Она была одной из тех девушек, лица которых, как говорится, состоят из одних углов — широкие скулы, высокие выпуклые брови, острый вздернутый нос, треугольный подбородок. Коротко стриженные волосы были выкрашены в ядовитый каштаново-красный цвет. Выражение глаз не предвещало ничего хорошего. Она нехотя позволила Пирсу поцеловать свою гладкую щеку.

— Привет! — бросила Джулия мне и взмахнула зелеными веками. А затем, повернувшись к Пирсу, добавила: — Ты, мой дорогой, настоящий ублюдок!

Она зажгла сигарету, обдала дымом нас обоих и ушла, не вымолвив больше ни слова.

— Джулия слишком суетлива! — громко сказал Пирс с оттенком восхищения. — Должен признаться, я не нахожу это слишком отталкивающим. Посмотри на эту девушку! По-моему, ее фамилия Бравинтон. Как ее имя?

— Анжелика. — Я хорошо ее знала. Она звонила в офис, чтобы поговорить с Пирсом, по крайней мере раз в неделю. Мне любопытно было взглянуть на нее во плоти. Очень короткие светлые волосы, накладные ресницы и сильный загар. На ней было облегающее платье, настолько узкое, что видны были контуры трусиков и лифчика.

— Эта не будет водить хороводы вокруг да около, — засмеялся Пирс. — У нее на лбу написано: «Трахни меня!»

— Пирс, дорогой! — Анжелика увидела нас и двинулась в нашу сторону. Высоко над головой она держала бокал шампанского.

Пирс бросился навстречу. Я осталась одна, окруженная голыми женскими спинами. К одной спине была прикреплена наклейка «Лаура Эшли», на одной сломанная молния была сшита наспех нитками. Некоторые спины были покрыты пиджаками, на некоторых болтался дорогой мех. Я стояла в замешательств не зная, с какой из спин завязать разговор. К своему удивлению, я заметила Джайлса, он прислонился к стене возле окна. Насколько мне было известно, он не входил в число приятелей Джулии Семфил-Смит. Джайлс выглядел очень серьезным, он внимательно слушал и время от времени кивал в знак согласия своему собеседнику. Мужчина с длинными седыми волосами и розовым лицом оживленно доказывал что-то, энергично размахивая руками. Джулия подошла к ним, положила руки Джайлсу на плечи, улыбнулась Розовому Лицу и потащила Джайлса танцевать. Некоторое время Розовое Лицо казался обескураженным, затем, оглядевшись по сторонам, увидел меня.

— Привет! Вы, кажется, тоже ни с кем не знакомы? Мое имя Тедди Титт-Праед. Мы, две одинокие души, должны составить компанию друг другу. Вы давно знакомы с Семфил-Смитами?

— Нет, я…

— Я тоже. Я познакомился с Робертом Семфил-Смитом на прошлой неделе на собрании директоров школ. Он настаивал, чтобы я пришел на вечеринку. Но сегодня выяснилось, что он никогда не посещает вечеринки своей жены. Немного странно, не правда ли? — Некоторое время Тедди выглядел задумчивым, но затем просветлел. — Я должен сделать все, чтобы подбодрить вас, моя бедная, маленькая, потерявшаяся девочка. Вы напоминаете мне Мэри Роуз из пьесы Барри. Вы помните Мэри Роуз, которую украли феи? У вас такой же мечтательный, волшебный взгляд. Помните, что случилось с маленькой девочкой?

— Она вернулась назад и…

— Правильно, она вернулась… Как я могу заставить вас улыбнуться? Давайте познакомимся по-настоящему! — Крохотные глазки Тедди засверкали над толстыми щеками. Он пришел в восторг от своего предложения. — Я самый счастливый на земле человек! Я наслаждаюсь своей работой. Большинство людей заставляют себя приходить в офисы. Они тихо ненавидят то, чем вынуждены заниматься изо дня в день. Я же каждое утро бегу на работу вприпрыжку.

Тедди подпрыгнул на месте, чтобы придать своим словам убедительность.

— Чем вы занимаетесь?

— Я музыковед. Вы немного напуганы, не правда ли?

Я изо всех сил старалась казаться ошеломленной.

— Не стоит волноваться, я не собираюсь утомлять вас рассказами о скучных инструментальных концертах и симфониях. Я изучаю музыку, которая так прекрасна и проста, что даже ребенок может исполнять ее. Я изучаю музыку транса и одержимости. В Западной Африке распространен культ Нарасунга. Каждый дух обладает собственным голосом. Например, дух материнства и плодородия звучит вот так. — Тедди запрокинул голову назад и издал высокий стон. Несколько человек остановились и уставились на нас. — А это голос домашнего очага и кухонной плиты. — Тедди прижал подбородок к груди и заревел низким голосом. От неожиданности я вздрогнула и разлила свое шампанское. — Замечательно, не правда ли?

К этому времени вокруг нас собралась толпа.

— Дыши глубоко, дружище, а я похлопаю тебя по спине! — сказал пожилой джентльмен с моноклем. — Парень наверняка поперхнулся оливковой косточкой, — говорил он окружающим.

— Нет, нет! Я объяснял этой юной леди, что такое голоса духов. — Тедди еще больше порозовел от напряжения. — А вот еще один очень необычный звук. Голос дерева лано-лано. Кстати, листья этого дерева — довольно сильный галлюциноген. — Тедди закатил глаза, раздул щеки и затрубил.

— Кажется, у бедняги припадок, — заметила женщина, которая стояла неподалеку.

Ближе к полуночи гости стали расходиться.