Я люблю Лондон - Линдси Келк

– Ты как, Сиси? – участливо спросила я, усаживаясь перед ней. – Чем-то взволнована?

– Слезь с меня, идиотка! – заорала она. Волосы у нее растрепались, когда Сиси пыталась стряхнуть с себя Луизу. Пилатес не готовит к полноценной потасовке; все, что могла Сиси, – извиваться и пищать. Жалкое зрелище. – Ты дура!

– Еще какая, – отозвалась я, разглядывая собственный маникюр, – раз не удосужилась до сих пор размазать тебя по стенке. Тебе стопроцентный конец.

– Уберите ее с меня! – Сиси удалось высвободить руку, и теперь она пыталась царапаться в ответ на обрушившийся ураган маленьких частых ударов Луизы. – Кто-нибудь!

Но на помощь ей никто не спешил. Лондон не Нью-Йорк, здесь отнюдь не так много охранников, бросающихся спасать девиц, зато масса зевак, обожающих женские потасовки.

– Энджел! – сказала мать. – Что конкретно нам с ней сделать?

– Встаньте с меня, пока я не вызвала полицию! – взвыла Сиси.

– Ну, знаете, вы много хотите. – Мать покачала головой.

Как же я временами люблю свою маму!

– Пожалуй, и в самом деле пусть поднимается. – Ненавижу быть рациональной. – Пока ее удар не хватил.

– Что, отпустить эту дрянь? – возмутилась Луиза. – А улеглась-то так легко, противно вспомнить!

Я оттащила Луизу от ее добычи и с благодарностью обняла.

– Ужасно жалею, что сама не видела.

Сиси лежала на полу, тихо хныча, с губой толще, чем у Ланы дель Рей. Мама на всякий случай наступила ей на подол платья, чтобы не дать внезапно вскочить.

– Если хочешь влепить ей пощечину, я с удовольствием отвернусь, – сказала она, по-прежнему сжимая сумку. – Хотя обычно я не потакаю насилию.

– Боюсь, пощечины у меня кончились! – Я опустила руки. – К тому же она и так выставила себя полной дурой. А журнал спасла Дженни. По-моему, уже все поверили, что это была соленая шутка.

– Надеюсь, в Париже подумают то же самое, – подала голос Сиси, осторожно трогая разбитую губу. – Вряд ли Попс найдет это страшно забавным.

– Что?!

– Это есть и в презентации Диди.

Сиси – уменьшительное от Сесилии, Диди – от Делии. Но не могла же она…

Я так посмотрела на сидящую на полу Сиси, что она пригнулась.

– Ты вставила этот снимок в презентацию, которую должна делать твоя родная сестра? У тебя в голове мозги или что?

Она пожала плечами и села прямо, по-прежнему до тошноты привлекательная, разве что малость помятая.

– А может, я тебя терпеть не могу.

– А я не люблю Анджелину Джоли, но не бегу вставлять в «Фотошопе» изображения огромных пенисов в ее фильмы! – закричала я. – И при чем здесь Делия? Она же твоя сестра!

– О, да мы всю жизнь строим друг другу шуточки, – сказала Сиси, даже не сделав вид, что ее это интересует. – Просто у меня лучше получается.

– Ты это так называешь? – Я схватила ее за плечо и заставила встать, не отпуская. – Приколом?

– Ну да, пусть и нехилым, – признала она. – Ну и что? Будто я убила кого-нибудь!

– Ты могла погубить мою карьеру, – сказала я. – И карьеру своей сестры. То, над чем она работала месяцами. То, что ей дорого. Тебе что, совершенно все равно?

Как вздорный ребенок, Сиси дернула плечиком и принялась изучать свои ногти.

– Ну, на тебе пробы ставить негде! – восхитилась Луиза. – Ты еще хуже, чем Мадонна.

– Хуже Мадонны не бывает, – фыркнула Сиси. – Могу я уже идти наконец?

– Нет, пока не объяснишь причину своего ненормального поведения! – Я тряхнула ее за руку, чтобы до нее дошло – шутки кончились. – И что ты сделала с презентацией Делии.

– А нечего оставлять аккаунт с такой дохлой защитой. Ну кто ставит паролем имя собачонки, которая была у нее в детстве? Бе! – Сиси сунула два пальца в рот и вырвалась из моей хватки. – Я поставила на ее ноут такую же презентацию, как тебе. Да ладно, в Париже к сексу проще относятся.

– В зале будет твой дед! – крикнула я, просто чтобы Сиси услышала. Я с трудом удерживалась, чтобы не постучать ей по макушке – зазвенит внутри что-нибудь или нет? – Твой родной дед! И он не станет выручать Делию и заминать дело, просто закроет «Глянец», и все!

– Он может. – Сиси нагнулась поднять свои туфли. – Беги, спасай начальство.

– Такие «таланты» на доброе бы дело, может, человеком бы стала. – Мне очень хотелось ей врезать. – А так ты далеко пойдешь. Пожалуй, еще президентом станешь.

Она скроила мину «мели что хочешь» и направилась к выходу.

– Сиси! – окликнула ее Луиза.

Сиси обернулась, держа туфли в руке. Большая ошибка. Я бы даже сказала – огромная. Луиза размахнулась и влепила ей такую оплеуху, что эхо понеслось по атриуму, и тут же схватилась за ушибленные пальцы, широко раскрыв рот.

– Господи, больно как, – сказала она, зажав руку между коленей. – Но теперь я понимаю, как к этому можно пристраститься. Пардон, Сиси.

Мы выбежали на улицу, оставив Сиси стоять в состоянии шока, растолкали толпу, собравшуюся поглазеть на представление, и остановили такси.

– Так! – Я заправила волосы за уши. – Следующая остановка – Париж.

– Ты что, всерьез? – спросила Луиза, передавая мне туфли и мою сумку. Умная девочка, забрала их на случай, если мне придется в темпе делать ноги. Правда, Луиза думала, что я буду убегать от полиции, а не мчаться в Париж. – Не беспокойся, для меня это не первое родео.

– Лишь бы успеть переговорить с ней до презентации! – Вынув телефон, я начала набирать Делию. – Скажи Дженни, я позвоню, когда пойму, что делаю.

Луиза кивнула и закрыла за мной дверь. Я попросила таксиста отвезти меня на Сент-Панкрас. На звонки Делия, естественно, не отвечала, поэтому я послала ей сообщение, письмо, написала в «Фейсбук» – в общем, по полной использовала возможности айфона. Затем я достала зеркальце оценить ущерб от Сиси. Тушь, конечно, потекла, консилер смазался, отчего я стала похожа на Рокки Бальбоа, но в целом все оказалось не так уж и плохо. От укладки, конечно, почти ничего не осталось, но, с другой стороны, волосы у меня всегда обвисают уже к полудню. Вот с ярко-оранжевым платьицем я сегодня промахнулась. Ничто не кричит «смотрите, я побывала в драке» громче, чем неоновые краски.

Когда мы добрались на другой конец города, было уже полвторого. Я не отвечала на звонки Дженни, отбиваясь коротенькими сообщениями вроде «на фиг мой маникюр» и «это важнее». Я поблагодарила ее за спасение презентации, но как раз на это сообщение Дженни внимания не обратила. Временами переходя на бег, я добралась до билетных касс. Приятный джентльмен за столом с улыбкой спросил, чем он может помочь, и я с трудом подавила ощущение дежа-вю.

– Когда ближайший поезд в Париж? – спросила я как можно любезнее. Сердце так и колотилось после бега. – Класс все равно какой.