Не пара - Тори Майрон

верит молниеносно, от радости готовясь на хрен вылететь из груди. Его стук заглушает все внешние шумы, а весь мир приобретает более яркие оттенки. Вот так быстро. Вот так просто. Всего лишь из-за одной безумно красивой и милой девчонки, которую я до жути хочу зацеловать, смять в объятиях, вжать в себя, затискать, пощупать, погладить и прокричать ей, что чёрта с два она теперь от меня избавится.

Однако все слова так и не находят выхода, застревая в груди и будто прорастая там колючими ветками, принося колющую боль всем жизненно важным органам. Почему? Потому что я некстати вспоминаю о своей пьяной гостье, которую вчера обнаружил в своей постели. И как бы мне ни хотелось утаивать от Дианы данный инцидент, я не стану этого делать. Начинать отношения с секретов – тем более мои первые серьёзные отношения – худшее, что можно придумать, поэтому…

– Позапрошлой ночью в моей постели была женщина, – без какой-либо подготовки и промедлений выплёвываю я, и куколка тут же напрягается, а её прекрасные глаза расширяются, наполняясь безграничной болью и разочарованием.

Невыносимо на это смотреть. Хочется выколоть себя глаза или зажмуриться, поэтому я как можно скорее добавляю:

– Но я клянусь тебе, между нами ничего не было. Мы оба были сильно пьяны и просто спали.

И я не вру.

Сам, естественно, я до сих пор ничего не помню, но та девчонка просветила меня о сюжете ночи. А точнее, прокричала о нём, когда я после звонка Агаты разбудил её и практически силой вытащил из своей кровати, заставил в темпе вальса натянуть на себя её развратные шмотки и проводил до выхода из лофта. По её негодующим крикам, в которых, помимо всего остального, проскальзывали такие словечки, как «хам», «алкоголик» и «импотент», я понял, что надрался настолько, что не смог её трахнуть.

Честно, я испытал облегчение. А вот глядя сейчас на бледное, погрустневшее лицо Дианы, я того же облегчения в куколке не наблюдаю. Совершенно. Но увы, я лишаюсь возможности произнести хоть слово, чтобы попытаться убедить её, что за все две недели нашей разлуки у меня ничего не было не только с этой девчонкой, но и с кем-либо ещё. В палату входит врач и нарушает наше напряжённое молчание.

– О-о, вы всё ещё здесь, – хмурится доктор.

– Да, – отвечаю, неохотно отстраняясь от куколки. Она больше не удерживает меня ни за лицо, ни за полы халата.

– Попрошу вас выйти. Мне нужно осмотреть пациентку.

Я до жути не хочу покидать Диану, оставив наш разговор на такой неопределённой ноте. Но вариантов нет. Врач взглядом требует меня оставить их одних, чтобы он мог сделать с куколкой всё необходимое.

– Я буду в коридоре и никуда не уйду, – обещаю я и сжимаю руку Дианы. Она не отвечает тем же, только кивает и сразу же переводит внимание на врача.

Я покидаю палату, ощущая себя последним куском дерьмища. Хотя не должен себя так ощущать, ведь я ничего плохого не сделал. А даже если бы и сделал, то Диана не имеет права обижаться. Я не изменял ей, как Оливер. Мы даже не были вместе. Я просто хотел её забыть и надеялся добиться желаемого таким избитым способом. Надеюсь, куколка это поймёт, и мы сможешь попробовать быть вместе. По-настоящему.

– Так и знал, что ты будешь здесь, – мужской голос, который я слышал всего раз и совсем недолго, вытягивает меня из моих мыслей, и я весь превращаюсь в один сплошной оголённый нерв.

Поворачиваю голову вправо и вижу разукрашенного во все оттенки синего Оливера. Он стоит в нескольких метрах от меня и пристально разглядывает, насколько это вообще позволяет ему делать один незаплывший глаз.

– Я хочу поговорить с Дианой, – выдаёт он.

Я отталкиваюсь от стены и выпрямляюсь, едва справляясь с желанием вмазать ему ещё раз. Но нет… Я больше не буду пускать вход кулаки. Это чревато последствиями. А я и так не знаю, чего следует ожидать от этого мерзавца. Возможно, он подаст на меня заявление. Так пусть подаёт. Я не боюсь. И сделаю всё, что в моих силах, чтобы оправдать свои действия.

После признаний Дианы я ни за что не оставлю её одну и не загремлю за решётку. Она меня всё-таки любит. Любит, чёрт возьми! А я люблю её. И потому я непременно преодолею любые проблемы, которые Оливер решит на меня взвалить, и прямо сейчас дам этому выродку понять, что он только через мой труп пойдёт разговаривать с Дианой. И если ещё хоть раз посмеет приблизиться к ней, я превращу его жизнь в ад.

Глава 33 Диана

Два месяца спустя

– Стоп! Снято! – восклицает режиссёр, и я с облегчением выдыхаю.

Одно дело – снимать саму себя на камеру айфона, и совсем другое – участвовать в съёмках популярного шоу под пристальным взором съёмочной команды.

Я всю ночь не спала, переживая о том, как всё пройдёт? Справлюсь ли я? Не слишком ли переоценила свои возможности, когда согласилась на предложение Гаррета Стоуна – крутого шеф-повара и опытного телеведущего в одном флаконе, который уже несколько лет ведёт кулинарную программу, транслируемую на главном региональном канале.

Но судя по тому, как улыбаются Гаррет и режиссёр, я справилась со своей задачей если не на отлично, то на твёрдое хорошо.

– Ты умница, Диана. Уверен, все зрители будут очарованы тобой, – изрекает Гаррет, стягивая с себя форму повара.

– Правда? Я так нервничала, что мне кажется, даже на экране телевизора все увидят, как у меня трясутся руки.

– Не выдумывай. Ты была на высоте. Не то что я. Когда мне пришлось в первый раз встать перед камерой, я напрочь забыл, как говорить и как готовить.

– Не могу в это поверить. Вы это говорите, лишь бы меня успокоить.

– Во-первых, прекрати мне выкать. Мы же вроде договорились обращаться друг к другу на «ты». А во-вторых, если не веришь мне, то спроси у Рональда. Он подтвердит, – указывает на режиссёра, который активно общается с оператором. – Когда я даже с двадцатого дубля не смог нормально связать слова в предложения, он готов был меня прибить. До сих пор поражаюсь, как у него хватило терпения, чтобы не сорваться.

Я начинаю смеяться, хотя до сих пор с трудом верю, что этот харизматичный, уверенный в себе мужчина мог растеряться перед камерой.

– Так что расслабься и не сомневайся в себе. Ты справилась на ура!

– Спасибо большое, – со всей искренностью благодарю я. – И за