Корабль мечты - Лука Ди Фульвио

– Доктор, что с вами случилось? – Меркурио помог ему встать.

Исаак попытался разглядеть нежданного благодетеля, и через какое-то время ему это удалось.

– Ты мошенник!

– Говорите потише, доктор, – попросил Меркурио, поддерживая Исаака под руку.

Посмотрев на него, врач кивнул. Его глаза покраснели. В затуманенном разуме вдруг всплыл разговор с Доннолой о странном поведении Джудитты. Доннола считал, что всему виной – этот мальчишка, который разыскивает их по всей Венеции! Дрожащей рукой Исаак схватил Меркурио за шиворот.

– Оставь мою дочь в покое! – угрожающе прошипел он.

– О чем вы говорите, доктор? – опешил Меркурио.

– Держись подальше от моей дочери! – заорал Исаак.

Вокруг тут же собралась толпа зевак.

– Вы пьяны, доктор. Почему мне нужно держаться от Джудитты подальше? Я ведь…

Пальцы Исаака сжались в кулак, но у него не было ни сил, ни желания причинить Меркурио вред. Угроза была слабой, столь же слабой, как и он сам.

– Тут еврей бьет христианина! – возмутился один из зевак.

– Отец, нет! – послышалось сзади.

Увидев Джудитту, Меркурио почувствовал, как сильно забилось его сердце. Вновь подхватив Исаака под руку, он повернулся к толпе.

– Прекратите, доктор, или вас ждут крупные неприятности, – шепнул он, а потом обратился к зевакам: – Расходитесь, мы друзья, это была всего лишь шутка.

Доннола, отправившийся на поиски Исаака вместе с Джудиттой, подскочил к пьяному и подхватил его с другой стороны, с благодарностью кивнув Меркурио.

Но тот не обращал на коротышку внимания. Сейчас Меркурио смотрел только на Джудитту, утопая в ее взгляде.

– Почему… Что случилось? – пробормотал он.

Джудитта покачала головой. Это было уже не важно. Меркурио был здесь, он стоял перед ней.

– Я ищу тебя уже много дней… – Он шагнул вперед.

Джудитте показалось, что ее затягивает в водоворот. Он искал ее, как и обещал. Эта мысль неотступно вертелась в ее голове. Девушка тоже шагнула ему навстречу, все остальное сейчас не имело никакого значения.

– Почему бы тебе не вернуться в нашу комнату? – осведомилась в этот момент Бенедетта, пробравшись сквозь толпу зевак. Она взяла Меркурио под руку.

Взгляд Джудитты сделался холодным, точно лед.

Меркурио раздраженно повернулся к подруге.

И тут он понял.

Но когда он вновь посмотрел на Джудитту, девушка отпрянула. На ее лице читалась ярость. Она ткнула в него пальцем, руки девушки дрожали.

– Тебя это хоть забавляет? – В ее голосе слышались и гнев, и боль.

– Джудитта, нет…

– Давно вы смеетесь у меня за спиной? – уязвленно спросила она.

Бенедетта смотрела на нее с вызовом.

– Ну же, поцелуй ее! Поцелуй ее еще раз! – завопила Джудитта. – Я все видела! Она смотрела на меня и смеялась. А ты ведь тоже смеялся надо мной, верно?! Ох, какая же я дура! – Девушка подбежала к Исааку. – Пойдем, отец.

Исаак не вполне понял, что творится вокруг, но, видя, что Джудитта плачет от тоски, он набросился на Меркурио:

– И не смей больше попадаться мне не глаза, а не то я тебе собственными руками шею сверну!

– Джудитта! – в отчаянии воскликнул юноша.

Но она больше не оглядывалась.

Меркурио замер как вкопанный. Зеваки смеялись, отпуская свои замечания по поводу происходящего. Они от души веселились, как в театре.

Вдалеке послышалась барабанная дробь.

Меркурио повернулся к Бенедетте.

– Так значит, вот почему ты меня поцеловала, – с ненавистью прошипел он. – Больше видеть тебя не хочу. И мне наплевать, что ты будешь делать. Для меня ты умерла! – Презрительно сплюнув ей под ноги, он растолкал зевак. – Представление окончено, мрази!

Бенедетта почувствовала, что все взгляды устремлены на нее. Нет, ей нельзя было плакать. Стараясь выпрямить спину как можно сильнее, девушка попыталась улыбнуться, словно ничего и не случилось. Пробравшись сквозь толпу, она бесцельно побрела по улице. Ей стоило невероятных усилий устоять на ногах, а не осесть на мостовую прямо здесь.

Барабанная дробь приблизилась.

Бенедетта нырнула в переплетение переулков и остановилась, только когда оказалась в самом темном уголке. Достав из прически шпильку, она воткнула острие себе между большим и указательным пальцами, так что оно вышло с тыльной стороны ладони. Только теперь девушка вскрикнула и разрыдалась. Бенедетта говорила себе, что плачет от физической боли, а не от душевной.

Тем временем Исаак, Джудитта и Доннола уже почти дошли до своего дома в Калле-дель-Ока, когда услышали в отдалении зычный голос герольда Светлейшей Республики.

– Прости, доченька. – Исаак остановился. – Мне жаль, что ты видела меня в таком ужасном состоянии, мне жаль, что…

Расплакавшись, Джудитта бросилась ему на шею.

В конце переулка вновь раздалась барабанная дробь и громкий голос произнес:

– Сегодня, двадцать девятого дня месяца марта года Божьего тысяча пятьсот шестнадцатого, провозглашается новый приказ. Все евреи отныне должны жить вместе в домах, что расположены в районе Гетто Нуово возле Сан-Джироламо…

Джудитта и Исаак ошалело переглянулись.

– Чтобы не бродили они по городу ночами, повелевается воздвигнуть у моста со стороны Гетто Нуово, как и на противоположной стороне канала, двое ворот, по одной паре с каждой стороны моста. Утром, когда пробьет колокол Мараньона^[11], ворота будут открывать, а ровно в полночь закрывать. Привратниками должны работать только христиане. Евреям, что поселятся в Гетто Нуово, повелевается нанять для этих целей четырех привратников за плату, которую Совет сочтет приемлемой. Кроме того, евреям сим приказом повелевается нанять две лодки с четырьмя гондольерами, чтобы те патрулировали канал…

Джудитта и Исаак стояли как громом пораженные, не выпуская друг друга из объятий. Герольд и барабанщики прошли мимо, двое мальчишек прикрепили к стене бумагу с текстом приказа, который только что огласили.

– Ансельм-банкир был прав, – заметила Джудитта.

– Они хотят запереть нас в клетке, – сказал Исаак.

– А мне теперь куда податься? – растерялся Доннола.

Бенедетта бродила по улицам, пока ноги сами не принесли ее на Калле-дель-Стурион, где, по словам Меркурио, теперь жил Цольфо со своим монахом.

Вдалеке слышалась барабанная дробь, эхом разносившаяся по всему городу. Воздух над Венецией дрожал.