Обольститель и куртизанка - Анна Кэмпбелл

Эрит ударил медным дверным молотком в форме головы льва в безукоризненно чистую черную дверь огромного особняка на Гросвенор-сквер. Час был поздний. Слишком поздний для визитов без предупреждения к людям, которых граф едва знал.

Он изнемогал от усталости и уже не верил, что счастье ему улыбнется; горечь поражения неимоверной тяжестью легла на сердце. Его одолевала тошнотворная слабость и беспомощность, совсем как в те ужасные, полные отчаяния дни после смерти Джоанны.

За всю свою жизнь Эрит любил лишь двух женщин. Неужели жестокая судьба навсегда отнимет у него обеих?

Нет, черт возьми, этого он не допустит.

Он провел безумный день, разыскивая Оливию по всему Лондону. И после всех отчаянных, бесконечных поисков ему было известно не больше, чем вначале. Его любовница бесследно исчезла. Скрылась с легкостью, удивительной для женщины столь красивой и широко известной. Ее никто не видел. Никто не знал, где она и куда могла уехать. Зато теперь все вокруг были осведомлены, что Оливия Рейнз оставила графа Эрита и тот безнадежно пытается ее вернуть.

Эрита мутило при виде жалости в глазах знакомых, которым становилось известно, что знаменитая Оливия бросила еще одного любовника. Большинство из них уверяли графа, что у него нет ни малейшего шанса вернуть своенравную куртизанку, если та решила уйти. Сказав «прощай», Оливия уходит не оглядываясь. Таков уж нрав этой загадочной женщины. В этом кроется секрет ее очарования.

Эрит с презрением отметал эти нелепые доводы, но, вновь и вновь выслушивая одни и те же ответы, начал понемногу терять уверенность.

Оливия завоевала легендарную славу, обманывая своих покровителей. Она не испытывала чувственного наслаждения, но, умело притворяясь, разыгрывая страсть, одурачила немало мужчин.

К концу дня Эрит начал сомневаться, не стал ли и он сам жертвой обмана.

Он любил Оливию, а она уверяла, что любит его.

Дьявол, неужели она лгала?

Безуспешно обходя модные магазины и дома друзей Оливии, куда он проникал всеми мыслимыми и немыслимыми путями, граф все больше впадал в уныние. Он даже отправил слуг проверить гостиницы и постоялые дворы. Но тщетно.

Оливия исчезла, улетучилась, как облачко дыма в ветреный день.

Если она пожелала наказать Эрита за надменность и тщеславие, ей это удалось с лихвой. Его прославленная гордость рассыпалась в прах.

Стояла глубокая ночь. Смутная пора, когда надежда слабеет. Эрит уже испробовал все средства, но так и не нашел Оливию. Он не представлял, где ее искать. У него не осталось ни единой зацепки. Разве что этот дом.

С отчаянной решимостью он снова ударил молотком в дверь и услышал, как стук отозвался в холле гулким эхом.

Дверь со скрипом отворилась, показался заспанный дворецкий. Бедняга явно одевался в спешке. При виде пэра Англии, стоявшего на ступенях, он широко разинул рот от изумления.

— Милорд?

После целого дня безуспешных поисков одежда Эрита измялась и запылилась, щеки покрылись щетиной. Ему следовало бы привести себя в порядок, прежде чем являться сюда, но граф был в таком отчаянии, что каждая минута промедления казалась ему мукой.

— Передайте его светлости, что его хочет видеть граф Эрит. — Джулиан оттеснил дворецкого плечом, не заботясь о том, что ведет себя как последний невежа. После недолгого сопротивления слуга попятился, пропуская графа в полутемный холл.

— Кто там, Гавестон?