Чужое солнце - Сара Райнер

Натану не потребовалось много времени, чтобы убедиться: когда речь идет о еде, все породы уток проявляют чудеса ловкости и быстроты. Вскоре он уже вернулся к Мэгги.

– Ну как, мам, нравится?

– Нравится. Только почему я здесь такая грустная? – спросила она.

– Потому что ты и есть грустная.

– Вот те раз! – сказала Мэгги, снова сворачивая рисунок в трубочку. – Ты и правда так думаешь?

– Ну-у… – Опустив взгляд, Натан ковырял дорожку носком ботинка. Ему явно не хотелось говорить на эту тему.

– Ладно, я постараюсь что-то придумать, чтобы решить эту проблему. – Изображая веселье, Мэгги хлопнула себя ладонями по коленям и встала. – О, есть! Я знаю, что нужно сделать, чтобы мамочка снова стала счастливой. Давай-ка зайдем с тобой в «Нелл» и купим самый большой пакет тянучек, хорошо?

– Ура-а! Давай!

Кафе-кондитерская «Нелл» находилась на Средней улице. Не успели они войти, как Натан сразу бросился к сосновому прилавку, где в небольших самодельных корзиночках были выставлены образцы тянучек. Мэгги, встав у него за спиной, разглядывала ярлыки: конфеты отличались друг от друга по вкусу и запаху, но, насколько она знала, были одинаково вкусными.

– Как ты думаешь, в каких конфетах содержится волшебный порошок, который сразу развеселит маму?

– Вот в этих, в этих! – воскликнул мальчуган, указывая на тянучки с ванилью и лесным орехом.

– Ты угадал! – подтвердила Мэгги. – Эти конфеты действительно сделают грустную мамочку веселой.

Она протянула продавщице деньги, положила пакет с тянучками в сумку, и они пошли домой – пить чай с волшебными конфетами.

* * *

Ну все, с меня довольно, решила Мэгги, когда, уложив Натана спать, налила себе бокал джина с тоником и устроилась в гостиной, чтобы дождаться возвращения мужа. Она была уверена, что рисунок сына, на котором он изобразил грустную маму, – это достаточно тревожный симптом. Несомненно, Натан чувствовал, что до́ма что-то не в порядке, но не понимал что, и это начинало действовать на его детскую психику. И на мою психику тоже, подумала Мэгги мрачно. То, что я начала обсуждать свои семейные проблемы с соседями, – это, извините, уже не симптом, а диагноз. Нужно срочно что-то предпринять, но сначала нужно поговорить с Джеми.

Мэгги отпила глоток из бокала и попыталась решить, что именно она скажет мужу. И тут ее осенило.

Я знаю, что меня подбодрит и даст силы для серьезного разговора с Джеми, подумала Мэгги. Надо позвонить Алексу и поболтать с ним о том о сем. Заодно и выясню, почему он расстался с Джорджи.

– Привет, это я, – сказала она, когда Алекс снял трубку.

– Привет, Мег. А я как раз собирался тебе позвонить. Как делишки?

– Сносно. – Говорить о себе ей не хотелось. – А вот как твои дела?

– Еще не родила… – Алекс рассмеялся. – Нет, у меня действительно все нормально. А что, у тебя другие сведения?

– Сегодня утром я заходила к Джорджи… – намекнула Мэгги.

– Ох… – Голос Алекса сделался озабоченным. – Ну и как она? В порядке?

– Пожалуй, да. – Сначала Мэгги хотела проявить лояльность по отношению к новой подруге, но потом подумала – какого черта? В конце концов, Алекса она знает гораздо дольше, чем Джорджи.

– Или скоро будет в порядке, – добавила она. – Наверное…

– Честно говоря, я чувствую себя довольно неловко от того, что все так получилось, – признался он.

– Неловко? – уточнила она.

– А что ты хочешь? Когда расстаешься с кем-то, это всегда нелегко.

На мгновение Мэгги вспомнилось ее собственное расставание с Алексом. Она тогда только начала писать для журналов; новая работа увлекла ее, и ей совершенно не хотелось через считаные месяцы после окончания университета обзаводиться домом и семьей, хотя Алекс фактически сделал ей предложение. В конце концов они расстались, однако Мэгги так и не удалось убедить себя, что она приняла правильное решение. В частности, потому, что она чувствовала: дав Алексу отставку, она поступила довольно бессердечно.

– Нелегко, – согласилась она.

– Боюсь, что с Джорджи я связался только из-за Стеллы, из-за нашего с ней развода. Обычная реакция мужского организма…

– Ты считаешь?

– Уверен. – С Мэгги Алекс всегда старался говорить прямо, без недомолвок и умолчаний. – Нам с Джорджи было неплохо вместе; она – очаровательная женщина, но мне она совершенно не подходит. Только ты ей не говори, ладно?.. Я, конечно, старался расстаться с ней цивилизованно, на основе, так сказать, обоюдного согласия, но ты сама знаешь – подобные вещи редко получаются.

– Конечно, я ей ничего не скажу. – Мэгги и в голову не могло прийти совершить столь бестактный поступок. – А ты… – Она собиралась сказать, что он все-таки обошелся с Джорджи не слишком порядочно, но в этот момент хлопнула входная дверь, и Мэгги услышала знакомый шорох – это Джеми вешал пиджак на перила лестницы.

– О господи! Это Джеми!.. – быстро сказала она. – Извини, мне пора.

– Но ведь мы даже не поговорили толком!

– Я тебе перезвоню, – пообещала Мэгги и дала отбой. – Я здесь! – крикнула она в прихожую, и через пару секунд Джеми появился в дверях гостиной.

Начать разговор Мэгги решила с чего-то нейтрального – такого, что не затрагивало бы их обоих.

– Я сегодня виделась с Кло Эплтон, – сказала она, но даже это, похоже, привело Джеми в замешательство.

– Гм-м… – Он немного помолчал. – И как все прошло? – Подойдя к винному погребку, Джеми достал оттуда хрустальный графинчик, подаренный им на свадьбу кем-то из дальних родственников, и налил себе виски.

– Откровенно говоря, от этой встречи у меня осталось довольно странное впечатление…

– Странное? – переспросил он озабоченно.

– Да. Я бы даже сказала – это она вела себя странно. Необычно.

– И в чем это выражалось? – Джеми отвернулся, чтобы поставить графин на место, и Мэгги невольно подумала, что в последнее время он, похоже, избегает смотреть ей в глаза.

– Ты ведь с ней встречался? Разговаривал с ней?

– Д-да. – Джеми сделал большой глоток виски.

– Но тебе она не показалась странной?..

– В общем-то нет. Я, во всяком случае, не заметил ничего особенного. – Еще один глоток, и бокал наполовину опустел.

– А тебе не показалось, что у нее слишком быстро меняется настроение?

– Нет… Я ничего такого не заметил. – Он сел, но не на диван рядом с Мэгги, а на одно из кресел. Теперь они сидели под прямым углом друг к другу; оба положили ноги на журнальный столик и приняли расслабленные позы, тем не менее оба были напряжены до предела, словно каждую минуту ожидали смертельного удара в сердце.