Дикий цветок - Вирджиния Браун

— Я, как и ты, хочу добраться до Дюрана. Очень хочу… Поэтому и держу тебя рядом. Рано или поздно он придет за тобой. Тогда я и возьму его… И все, что нас пока связывает, кончится. Ты отправишься, куда тебе нравится, а я — своим путем…

— Не так все просто. — Она тряхнула головой и посмотрела ему в глаза. — Тебе еще нужно будет решить, отпустить меня или сдать маршалу… Или ты предпочтешь сделать вид, что отпускаешь, а люди маршала будут ждать меня за углом? Как Девона?..

— Черт побери, Кейтлин! Я не имею отношения к его аресту! Я просто дал ему шанс!.. Что там случилось потом, я не знаю. И оправдываться перед тобой не собираюсь!

— Но ты мог тоже поехать в Лидвилл, сам посмотреть на эти бумаги и удостовериться…

— Ага! Тогда Дюран послал бы за нами всю свою свору и взял бы нас еще по дороге в Лидвилл!.. А так, ты пока на свободе, и Дюран, не зная, что придумать, делает все больше ошибок…

От гнева у Кейтлин перехватило дыхание.

— Вот ты и проговорился! Значит, ты с самого начала все спланировал!.. Теперь мой брат в тюрьме, его каждую минуту могут повесить, а ты тут сидишь, соображаешь, как тебе лучше закончить свою игру с Дюраном!.. Да кому нужна такая игра? Ты мог сто раз пристрелить его, как делал с другими!

— Мне мало пристрелить его, — холодным и пустым голосом отозвался Джейк. — Я хочу, чтобы он знал, за что его казнят. И главное, чтобы он знал, что мне за это ничего не будет!.. Ты просто не понимаешь, Кейтлин, как думает этот… человек. Для него главное — безнаказанность. Если он знает, что ему ничего за это не будет, он готов на любое преступление… И тот, кто не может ему ответить силой, для него — мусор. Вот я и хочу ему доказать…

— Я понимаю. Но это твои с ним счеты… При чем тут мы с братом? Почему ты считаешь себя вправе рисковать нашими жизнями?

— Своей я тоже рискую. Если ты думаешь, что у меня есть волшебное снадобье от дюрановских пуль, то ошибаешься.

Кейтлин нахмурилась, подошла к роскошному, обитому бархатом креслу, ' коснулась рукой. Мягкий ворс словно лился сквозь пальцы.

— Мистер Хартман сказал, что ты человек порядочный Но… почему ты со мной так поступаешь?

— Как я с тобой поступаю?

Она посмотрела на него с откровенной злостью.

— Начнем с начала… Во-первых, ты изнасиловал меня. Потом послал моего брата на верную смерть. А теперь что-то толкуешь о том, что меня отпустят, после того как ты справишься с Дюраном!..

Джейк стоял, опустив голову, и молчал. У Кейтлин что-то шевельнулось внутри. Только в такие минуты он вдруг становился обычным человеком — усталым, озабоченным, может, не очень уверенным в себе. И тогда Кейтлин хотелось изо всех сил прижаться к нему, зажмурить глаза… Но Джейк уже снова прищурился, возле губ залегли суровые складки.

— Если человек не хочет ничего понимать, его трудно убедить. Думай, как тебе нравится… Между нами это все равно ничего не изменит.

— А что вообще между нами? Ничего, кроме лжи!..

— В том-то и беда, что ты так считаешь. — Он в упор смотрел на нее, пока Кейтлин не опустила глаз. — Но это не так…

Кейтлин поджала губы, но выражение суровости плохо получалось на лице. Сердце колотилось где-то у самого горла.

— Что… не так? — наконец пробормотала она.

Он в три огромных шага пересек комнату и обнял ее за плечи. Кейтлин вздрогнула, прикосновение больших и сильных рук, словно ударом тока, пронзило ее.

— Вот видишь?.. — Улыбка Джейка была мягкой, и в словах его Кейтлин никак не могла уловить насмешки, — Что-то еще держит нас вместе. Толкает друг к другу… Не знаешь, что именно?

Кейтлин уже ничего не знала и знать не хотела. Она чувствовала, как у нее подкашиваются ноги и что-то душной волной поднимается внутри.

— Это сумасшествие, — прошептала она.

— Да, это сумасшествие, — повторил Джейк. — Мы оба сошли с ума… Я ни о чем другом просто думать не могу…

В его голосе сквозило неподдельное отчаяние. Кейтлин перестала дышать, ощущая, как руки Джейка все теснее смыкаются вокруг.

— Кейтлин, Кейтлин… — бессмысленно произносил он, целуя ее подбородок, щеки, глаза. — Ты сводишь меня с ума.

Кейтлин молчала. Из последних сил. Не могла же она признаться, что тоже сошла с ума. Еще раньше, чем он… Но руки уже сами собой скользили по его спине.

В номере оказалась и вторая комната. Спальня. Кейтлин немного пришла в себя, только осознав, что лежит на широкой кровати, а Джейк, по пояс голый, целует ее грудь. Она знала, чего хотят его руки, все настойчивее гладившие ее бедра, и сама хотела только этого. Все сильнее.

— Джейк… Джейк, пожалуйста…

Все кончилось почти мгновенно несколькими мощными толчками и рыдающими вскриками Кейтлин.

— С тобой все в порядке, дорогая? — спросил он минутой позже, убирая мокрые волосы с ее лица.

Она не ответила, лишь теснее прижалась к нему. Он понял.

Теперь все было иначе, не так быстро, но лучше, чем в первый раз. Кейтлин уже ощущала, как ее плоть все туже смыкается вокруг его размеренных толчков. И Джейк это чувствовал. Движения его становились все напористее, быстрее, он начал стонать, и в ответ на это внутри у Кейтлин все почти до боли сжалось, задрожало… и растаяло.

— Господи! Кейтлин!.. — прошептал он, несколько секунд спустя. Потом приподнялся на руках и всмотрелся в ее лицо.

Кейтлин знала, что творится с ее лицом. Но не собиралась скрывать. Медленно, нехотя, она отпускала это ощущение сверкающей, торжествующей радости из своего тела. Оно уходило толчками, что-то до боли сжимая внутри. Зажмурив глаза, Кейтлин не шевелилась, не отзываясь на нежные поглаживания Джейка.

— Ты что, заснула? — спросил он несколько обиженно.

— А ты как думаешь? — отозвалась Кейтлин, разглядывая сквозь ресницы его склоненное лицо.

— Не знаю. — Он отстранился, и его рука скользнула вниз, к животу Кейтлин. — Сейчас проверим…

— Джейк…

— Ты устала от меня, Колорадо?

Она промолчала, но на лице появилось отчужденное выражение.

— Что с тобой?

— Ничего, — отрешенно произнесла она. — Продолжай, что же ты остановился?

— Мне приятнее иметь дело с женщиной, которая, по крайней мере, хочет меня…

— Вот уж не знала! Мне так не показалось…

— Ну спасибо!

Он откатился в сторону и долго лежал молча. Кейтлин украдкой поглядывала на его лицо, но не знала, что сказать. Хотя и понимала, что сейчас была к нему несправедлива.

— Я понимаю, — проговорил он внезапно. — Тебе, может, и не до этого… Я тебя только отвлекаю от мыслей о брате…

— Может, поговорим честно?