В твоё доверие. По рукоять - Ди Темида

– Ну да, конечно, именно поэтому в твоей квартире нас встретила Грейс с чашками чая, – беззлобно копируя мою манеру, саркастично вставил Крис.

Слава Островам, старая симпатия его больше не напрягала. Хотя кто знает – он мог лишь показывать и говорить то, что я хотел услышать и видеть.

– Заткнись, – так же спокойно и миролюбиво бросил ему я, вставая с места и заметив, как Лэндон весь обратился в слух. – У меня другая ситуация.

– Ситуации разные, но суть женщин одинаковая, – проницательно сказал командор патруля, поднимаясь вслед. – Не знал, что у тебя есть виды на Грейс. Мы же об одном и том же человеке говорим?

Он развёл руки в стороны, ища ответ в лице Криса, а затем в моём.

– Да, – сухо бросил я на обе его последние фразы, направляясь к двери и закругляя этот разговор следующими словами. – Пошли жрать. А то от вашего нытья башка кругом. И так почти сутки без еды.

Если бы увидел, как Лэндон и Крис неслышно хмыкнули за моей спиной, точно развернулся и дал бы обоим дружеского леща. Когда мы вышли в коридор, я вытащил карту-ключ из кармана, чтобы закрыть дверь, и пока возился, Лэн заинтересованно спросил:

– Что насчёт «рулетки», кстати? Она же, вроде, завтра? Кого возьмёшь в команду?

Блять. Точно.

«Рулетка» же эта, долбаная, на том корабле.

Совсем вылетело из головы. Я постучал себя пальцем по виску, ответив:

– Напрочь забыл. Да кого-кого… Тебя, конечно. И вот, – я кивнул на Криса: – Нашего любезного инструктора-философа. Ещё двоих найдём, не проблема.

– Можно позвать Шона, – не задумываясь, предложил Крис. – Что за «рулетка», кстати?

Лэндон по-доброму усмехнулся на эти слова, сказав что-то из серии: «сначала соглашается, потом уточняет», и стал разъяснять детали моей перепалки с командующим полигоном, пока я, шагая чуть впереди них, набирал ещё одно сообщение Грейс.

Внутри всё переворачивалось вверх тормашками, когда я хоть на секунду представлял, что этот ублюдок подходит к ней. Заговаривает с ней. Касается её.

Почти физически ощущал где-то в области живота, как просыпается существо, начинающее рычать, стоило мне подумать о Грейс и её безопасности.

Как только рассосется вся эта хрень с оружием, как только пройдёт «рулетка» – я сразу же заберу её оттуда.

Придумаю что-нибудь.

Её место рядом со мной.

И это не подлежало никакому обсуждению.

– Норд… Участие прямо обязательное?.. – Крис побледнел как полотно, когда Лэн разъяснил ему суть испытания.

Мы перекинулись втроем взглядами: у Лэна я не увидел и тени сомнения – глубоко внутри такой же дурной и бесстрашный, как и я, предложивший эту авантюру, но вот Крис… Он не был труслив, но отличался мягкотелостью.

– Нет, не обязательное, – вздохнул я, понимая, что объективно не могу подставлять других, как бы не кидался в омут с головой сам. – Но команда точно должна быть без левых людей, так что… Подумай до вечера.

***

Грейс

Время клонилось к полудню, когда я спустилась со смотровой площадки форпоста, чтобы пойти на обед. Ким дала отмашку в сообщении, что встретит меня у входа в здание тренировочной после трапезы.

Кстати, насчёт сообщений – я ведь так и не ответила Норду.

Будем надеяться, что его не слишком разозлило отсутствие ответа – не хватало ещё того, чтобы он нагрянул сюда за ним лично. Может, ведь.

Хотя из-за всей этой ситуации с пропажей оружия, наверняка, у него и так очень много дел. Вспомнив о происшествии, вновь почувствовала тревогу и легкий страх за будущее на Островах. За безопасность Материка.

Я не успела набрать Норду и двух слов, чтобы спросить о продвижении расследования, как меня окликнул знакомый голос. Слышать который с недавних пор я несильно желала.

– Грейс.

Я обернулась, ловко убирая коммуникатор с недописанным сообщением в карман, и наткнулась взглядом на Томаса, медленно, но верно приближавшегося ко мне.

Почему-то захотелось вжать голову в плечи, словно меня ждало наказание за резко полученный выходной. Но командор разведки, кажется, и не думал заводить эту тему, окончательно сократив расстояние.

Я постаралась стереть со своего лица эмоцию неприязни. Нажатием пальца стёрла набранное сообщение и убрала коммуникатор в карман.

– На пару слов. В мой кабинет, – тон был непроницаем, а его руки были сложены за спиной, и когда Том отвернулся от меня, не дождавшись ответа, я заметила, как прокручивается в длинных пальцах тот самый носитель с информацией, который передала вчера Уиллсону.

Что ж, оно и к лучшему, что разговор будет о работе, спецоперации и находке.

В обители командора было сумрачно из-за почти полностью задернутых жалюзи, через которые еле-еле пробивались крайне редкие для Острова Бурь солнечные лучи.

На столе одиноко горела лампа, бывшая единственным источником искусственного света в кабинете.

– Присаживайся, – с лёгким безразличием в голосе произнёс Том, обойдя мою фигуру и положив носитель на стол, рядом с компьютером.

– Спасибо, – тихо пробормотала я, ощущая какое-то необъяснимое напряжение в воздухе.

Командор не торопился начинать разговор, встав боком ко мне и лицом к завешанным окнам. На его скулах играли тени, придавая выражению мрачный и озлобленный вид.

Мне хотелось нарушить молчание первой, но не я была инициатором этого разговора, поэтому пришлось терпеливо ожидать его слов.

Которые как удар кулаком больно врезались мне в область сердца:

– Что у тебя с командором Эммерсоном?

Сложенные на моих коленях руки слегка дрогнули. Я сжала кулаки и облизала губы, прежде чем ответить:

– При всём уважении, сэр, но это… вопрос личного характера.

Том продолжил остекленевшим взглядом созерцать пейзаж перед собой, игнорируя мой ответ:

– Как давно вы вместе?

Чёрт.

Что происходит?

Хотелось как можно дольше оставить нашу с Нордом… как бы это верно назвать… связь в тайне, выбрать тактику отрицания, несмотря на то, что у КПП канатки мы даже не скрывались. И я открыла было рот, собираясь что-то возмущенно сказать про то, чтобы Томас не верил распространяющимся слухам, как он медленно повернул голову, озирая меня от макушки до пят, и продолжил:

– Вас видели вчера. Что он рассказывал тебе о поставке оружия чужим? Многое ли тебе доверял? Доверяет ли сейчас?

Эти вопросы… вышибли из меня воздух. Так, что кольями вонзились в горло, и я бы действительно выдала бы заготовленную злость и возмущение, не думая, если бы глаза не остановились на лице Тома, в котором читалась серьёзная задумчивость вперемешку с лёгкой жалостью.

Ко мне.

Думай, Грейс, думай.

Для чего он это спрашивает?

В чем подвох?

Давай же, считывай его…

Мозг лихорадочно размышлял, как выбрать верную линию поведения, чтобы ничего не испортить и