Танцующие пылинки - Саманта Янг

— Просто… Избавь меня от подробностей.

Я не думала, что это было подробно. Пещерный человек.

— Ладно. Тогда я избавлю тебя от подробностей о Спенсе Холлоуэе.

— Это имя мне смутно знакомо.

— Актер второго плана в антиутопическом фильме.

— Из которого твоя биг-песня, первый хит?

— Ага. Мы встречались с актерами на церемонии награждения. Мне было одиноко. Он был там.

Киллиан сжал меня в объятиях.

— Значит, это все?

Нет. Был еще один. Но это было болезненное воспоминание. Я сильнее прижалась к Киллиану и положила руку ему на грудь, чтобы почувствовать биение его сердца под своей ладонью.

— Вскоре после того, как вышел первый альбом, мне исполнилось восемнадцать. Еще до того, как группа стала известной, мы с Мики решили, что ради группы не будем вступать в отношения. Мы боролись с этим. И я уже начала думать, что это чушь собачья. Что никакая группа не стоила того, чтобы не быть с парнем, которого любила. У меня было такое ощущение, что он чувствовал то же самое, и когда подарил мне этот глупо-дорогой браслет на день рождения, я поверила, что это что-то значит. В тот вечер у нас были планы пойти на вечеринку, устроенную в пляжном доме актера Джека Джеймса в Малибу. Мы думали, у нас получится.

Я фыркнула от смеха, но на самом деле меня не забавляло воспоминание о том, какой наивной я была.

— Я принарядилась, но решила, что хочу, чтобы мы с Мики пошли как пара. Итак, я заскочила в квартиру, где он жил с парнями и обнаружила, что он членом вышибает мозги какой-то девушке. То, что стало обычным явлением в наших отношениях: я становилась ранимой, а он трахал кого-нибудь другого. Потом он становился ранимым, и я наказывала его за то, что он много раз трахал кого-то другого. Мы были ядовиты друг для друга. В любом случае я пошла на ту вечеринку с разбитым сердцем. Естественно, напилась.

Воспоминание все еще давило тяжестью сожаления на мою грудь.

— В итоге я потеряла девственность с Майком Ротом. Парень из той подростковой драмы, действие которой происходит в Бостоне, где все до смешного красивы и богаты. В любом случае, он сначала тупо трахнул меня, а затем слез и оставил в незнакомой спальне, словно я была обычной проституткой.

Я чувствовала себя никчемной. И так чертовски одинокой.

Рука Киллиана сжалась вокруг меня, и я почувствовала, как его губы коснулись моего лба.

— Я знаю, что не должна была этого делать, что это не его вина, но почему-то винила в этом Мики.

— Мне очень жаль, Скайлар. Я бы хотел, чтобы у тебя все было по-другому.

— Это было давно.

Поэтому пришло время избавиться от этого.

— Ты с Мики когда-нибудь… — проговорил Киллиан таким тоном, словно ему нужно было знать ровно столько, сколько он не хотел знать.

— Примерно через год. Несмотря на мой не очень приятный опыт с Ротом, я дала Спенсу шанс. С ним было немного лучше. Но узнав об этом, Мики потерял голову. Мы поругались, и это переросло в секс. Но мне все еще было больно из-за поклонниц, и я сказала, что секс ничего не меняет. Я была жестокой. Я причинила ему боль. Хуже некуда, — прошептала я последнее с сожалением. — Мне потребовалось меньше дня, чтобы понять, что я совершила ужасную ошибку, что нужно перестать наказывать его и смириться. Начать все сначала вместе. Но когда я пошла сказать ему это, он опять трахался с поклонницей. Она даже попросила у меня автограф, когда он был внутри нее.

— Он звучит, как ходячий ЗППП.

Я фыркнула.

— Ему действительно нравилось сеять любовь повсюду. Он обвинил в этом меня. Очевидно, это был его способ справиться с тем, что он не мог быть с той, кого любил.

— Значит, ты переспала с ним всего один раз?

Я молчала. И тут почувствовала, как в воздухе нарастает беспокойство. Был ли Киллиан обеспокоен моими чувствами к Мики? Что до сих пор они есть? Так вот для чего были все эти вопросы?

Это был момент, когда я могла солгать, чтобы не сеять глупое зерно сомнения в его уме. Но я солгала своей маме. Я солгала всем. И ложь все испортила.

— Он был последним человеком, с которым я спала до тебя. Перед тем, как уехать из Штатов, я созвонилась с Гейл и группой и сказала им, что ухожу. Они были огорчены, но поддержали меня. Позже той ночью Мики пришел ко мне. Сказал, что в ужасе от того, что означал мой уход из группы, что мы больше не увидимся. В итоге мы… Ну… Ты понял. Хуже всего было то, что это было почти так же ужасно, как с Ротом. Я чувствовала себя такой отстраненной от секса, потому что знала, что делаю это только потому, что чувствую себя в долгу перед Мики. Я уехала из Штатов на следующий день.

— Господи, Скайлар, — пробормотал Киллиан.

Я напряглась, чувствуя осуждение.

— Я знаю, что это было ужасно так поступить с ним.

— Это не так… Я переживаю за тебя.

Он приподнял мой подбородок, заставляя посмотреть на себя.

— Мики должен был знать, что ты не в том положении, чтобы ясно думать о чем-либо, не говоря уже об отношениях с ним.

— Возможно. Но я и не из тех, кто обвиняет кого-то в том, что он не защитил меня от себя. Мои действия мои собственные.

— Я все еще виню его, — проворчал он.

Я рассмеялась и расслабилась в его объятьях. Спустя некоторое сладкое молчание, я ухмыльнулась и спросила:

— Так как и когда потерял свою девственность ты?

— Давным-давно.

Я игриво шлепнула его.

— Так нечестно. Поподробнее.

Он усмехнулся.

— Ладно. Мне было четырнадцать.

— Срань господня. Почему парни всегда еще такие молодые, когда теряют девственность?

— Не все парни, — не согласился Килл. — У меня был друг в университете, который потерял свою, когда ему был двадцать один. Мы так долго праздновали это, что пятеро из нас получили алкогольное отравление.

Я фыркнула.

— Окей. Не все парни. Но четырнадцать? Вау.

Киллиан пожал плечами.

— Я не думаю, что для парня это то же самое, что и для девушки. Для меня это было связано с адским возбуждением и поиском разрядки.

Я наморщила нос.

— Ты хочешь сказать, что это была просто мастурбация?

— Я не такой, — усмехнулся он. — Я имею в виду, что речь шла о взаимной разрядке. Это