Танцующие пылинки - Саманта Янг

Наконец, подняла глаза.

Все было темной тенью на фоне огней, и это было знакомое и в то же время незнакомое зрелище. Прошло много времени с тех пор, как я была так физически близка к своей аудитории, и я никогда раньше не была на сцене одна.

Тишина, казалось, разнеслась по помещению, пока я смотрела на людей, гадая, о чем они думают. Я знала, что они хотели находиться здесь, потому что билеты были распроданы в первые десять минут, но я все равно нервничала. Я не хотела их подводить.

— У-у-у, Скайлар! — Я услышала клич Отэм из толпы.

Это заставило меня улыбнуться и напомнило. Напомнило, что Киллиан, мой жених и самая лучшая подруга в мире, были где-то там.

— Привет, ребята, — поздоровалась я.

Это было все, что потребовалось от меня. Зал взорвался аплодисментами и свистом, и волна ностальгии накрыла меня с такой силой, что слезы защипали глаза.

— Вау, спасибо, — сказала я, когда все успокоились, мой голос в микрофоне отдавался эхом. — Я очень ценю радушный прием. Я не знаю, известно ли вам, но мы с моей старой группой так и не смогли выступить в King Tut's. Предложение сыграть здесь было слишком щедрым, чтобы отказываться, и я очень благодарна, что вы, ребята, пришли сегодня. Теперь я вычеркну этот пункт из моего списка желаний.

— У короля Тутанхамона! — крикнул кто-то, и снова раздались аплодисменты.

Я рассмеялась в микрофон, чувствуя, что все больше и больше расслабляюсь.

— Что ж, давайте сделаем это. Я собираюсь начать сегодняшний вечер с песни под названием «Призрак».

Под аплодисменты я перебрала струны гитары и как только открыла рот, чтобы спеть, шум стих.

Они были со мной. Прямо там, пока я пересказывала свою историю с помощью музыки. Я пела, чувствуя боль и гнев, но они больше не принадлежали мне. И люди пели вместе со мной, повторяя слова, как будто тоже это чувствовали.

Я спела «На ветру», самый большой хит с альбома, и почувствовала такой прилив любви и поддержки от этой аудитории, какого никогда в жизни не испытывала.

Когда сет подошел к концу, я прервала хлопки и свист:

— Мне грустно говорить, но сейчас прозвучит последняя песня, ребята. Это была последняя песня в альбоме, но определенно не песня о финале. Она о лучшем начале, о котором я могла мечтать. Киллиан, это для тебя, детка. Так же, как и я сама.

Я была бетоном, стоящим на месте,

Зацементировано сердце, замурована душа.

Но были трещины, которых я не видела,

Через них моя песня звучала.

Река услышала меня и пришла за мной.

Там, в камне, я была холодна,

А ты, сидя на троне, был еще холоднее

Ледяных волн, что затопили меня…

чтобы освободить мою песню для тебя.

Река услышала меня и пришла за мной.

И понесла меня к водопаду.

Я чувствую дыхание ветра своей кожей,

Мое сердце бьется в такт.

Моя душа в свободном падении,

Но перед самым приземлением

Твои руки ловят меня.

Я жива, и это все твоя вина,

Кровь бьет ключом, обжигая жаром.

Плохо, что я становлюсь зависимой,

Быть в сознании, быть с тобой.

Река услышала меня и пришла за мной.

И понесла меня к водопаду.

Я чувствую дыхание ветра своей кожей,

Мое сердце бьется в такт.

Моя душа в свободном падении,

Но перед самым приземлением

Твои руки ловят меня.

Я жива, и это все твоя вина,

Кровь бьет ключом, обжигая жаром.

Плохо, что я становлюсь зависимой,

Быть в сознании, быть с тобой.

Река услышала меня и пришла за мной.

И понесла меня к водопаду.

Я чувствую дыхание ветра своей кожей,

Я чувствую дыхание ветра своей кожей,

Мое сердце бьется в такт.

Моя душа в свободном падении,

Но перед самым приземлением

Твои руки ловят меня.

Ты в моем сердце, ты как пульс.

Ты воздух, который я пью на вдохе.

Ты поток, который освободил меня.

Водопад, в котором я с радостью утону.

Я чувствую дыхание ветра своей кожей,

Мое сердце бьется в такт.

Душа в свободном падении,

Но перед самым приземлением

Твои руки ловят меня.