Предателей (не) прощают - Татия Суботина

– Черт! – на ходу выругалась я. Он даже не захотел подождать, пока я обойду машину и сяду на переднее пассажирское.

Сразу выехать следом не получилось, от волнения у меня выпали ключи, и пришлось ползать по асфальту, пока достала их из-под машины.

На этом мои неприятности не закончились. Мотор отказался заводиться, фырчал впустую, сколько я ни пыталась провернуть ключ.

– Да что же за гадство! – в сердцах прикрикнула я, стукнув ладонями по рулю.

Только волшебным образом ничего не исправилось, я впустую теряла здесь время, пока Ваня, возможно, умирал.

Даже думать о таком становилось страшно до животного ужаса, пробирал озноб, а уж осознать…

«Нет, не верю, и точка!» – закусила нижнюю губу я, да посильнее, только бы не расплакаться.

А ведь слезы застилали глаза, я в бессилии опустила голову на руки, и тут в стекло постучали.

– Сломалась? – спросила Светлана.

И какое же точное определение подобрала…

– Света, мне срочно нужно в больницу! Помоги!

– Поехали, моя на ходу. – Улыбка тут же исчезла с ее лица. – Что случилось?

– Бывшему плохо, – проронила я, когда мы перебазировались в ее Мазду.

Почти Еремеева плавно тронула с места и выехала с парковки на центральную улицу города.

– Если бы моему бывшему было плохо, я бы лезгинку станцевала от радости. А у тебя глаза на мокром месте. – Светлана решила проявить чудо проницательности. –  Так вот и скажи мне, жалостливая Маша мне попалась или он не такой уж и бывший?       

Я не ответила, лишь раз за разом набирала Вавилова, а тот, похоже, и не собирался отвечать.

– В какую больницу хоть увезли? – спросила женщина. – Что-то серьезное?

– Не знаю я, – устало выдохнула в ответ. – Ничего не знаю… Что делать?

– Регистратуры обзванивать, вот что. И сопли подбери, сейчас не время, – жестко, но отрезвляюще сказала Светлана.

– Да, ты права. Да-да, – проронила я и тут же принялась за поиски.

Если раньше я считала, что отыскать Давыдова таким способом будет просто, то скоро поняла, насколько же сильно ошибалась.

Светлана остановилась возле кафе и взяла нам кофе с круассанами. Только мне и кусок в горло не лез, во всех больницах, что обзвонила, Ивана не оказалось. Он словно сквозь землю провалился. Телефон Вавилова не отвечал, а вскоре и вовсе оказался вне зоны доступа.

– Да чтоб тебя! – выругалась я, отчаявшись отыскать бывшего.

– Это вы мне? – удивилась девушка из регистратуры десятой по счету больницы, которую я бесполезно атаковала.

– Нет, девушка, простите. Я ищу человека. Подскажите, пожалуйста, к вам сегодня не поступал Давыдов Иван Александрович?

Привычного мне шуршания бумагами не послышалось, а после короткой паузы незнакомка вдруг проронила:

– Мы не предоставляем такой информации по телефону.

– Значит, он у вас? – уцепилась за ниточку я.

– С прессой мы тоже не общаемся, до свидания, – отрезала девушка и первой прервала звонок.

– Вот и нашлась твоя пропажа, – резюмировала Светлана, усмехнувшись. – Частная клиника, хорошо устроился.

– Не мне одной ее ответ показался странным, правда же?

– Твой Давыдов известная личность, девушка явно поняла, о ком речь, этим себя и выдала. Профессионализмом там и не пахнет, – хмыкнула женщина. – Поехали?

Я понимала, что, по сути, цепляюсь за призрачную ниточку, но не могла иначе.

– Только проверю, что с ним все в порядке, и сразу домой, – дала себе обещание, чем вызвала скептическую улыбку Светланы.

– Странный ты человек, Князева, – покачала головой она. Я успела коротко посвятить ее в суть дела, пока занимались поисками. – То гонишь его поганой метлой, то по больницам разыскиваешь.

– Мне просто нужно знать, что он жив и здоров, – держала удар я. – Это нормальная человеческая реакция. Каждый на моем месте поступил бы так же.

– Ну-ну, каждый.

На это я уже ничего отвечать не стала, как на иголках сидела, пока не добрались до клиники, куда, предположительно, привезли Ивана. Но и там легче не стало. Незнакомка в регистратуре оказалась молоденькой брюнеткой, явно неопытной и дотошной до ужаса.

– Такая информация предоставляется только родственникам, – была непреклонна она, когда я попыталась узнать, в какой палате Давыдов.

– А я родственница, – тут же заверила ее.

– Да?

– Да, жена, – врать с непроницаемым лицом нужно уметь, но я выдала это с такой уверенностью в голосе, что едва сама не поверила.

– Жена, значит? – выгнула брови девушка. – Документы, подтверждающие ваши слова, есть?

– Может, нам еще кровью расписаться, чтобы узнать нужную информацию? – подключилась боевая Света.

– Надо будет – распишетесь, – откровенно грубо ответила ей девушка.

– Какая хорошая частная клиника, – улыбчиво протянула пока еще Боброва, – была бы, не держи они хамок среди персонала. Думаю, мне стоит пообщаться с главврачом.

Незнакомка стремительно побледнела, чем там их диалог завершился, я уже не слушала.

– Паша! – кинулась к Вавилову, который как раз выходил из лифта. Все же не ошиблись с больницей!

– Маша? – Он сделал вид, что удивился. – Ты как здесь?

– Я тебе звонила… Как Ваня?

– Да? Телефон, наверное, разрядился, – еще более фальшиво выдал мужчина, заставив меня напрячься. – А что Ваня? Все хорошо. Здоровый как бык.

– Здоровые сознание не теряют. Что с ним?

– Ничего особенного, банальное переутомление, – пожал плечами Вавилов.

– И зачем ты мне врешь?

– Я?! Вру? Ха! – Недоумение Павлу не удалось, как и оскорбленная невинность. – С чего бы мне это делать?

– Вот и я недоумеваю: с чего бы… – Я задумчиво постучала мизинцем по подбородку. – С Давыдовым что-то серьезное, да?

Другой причины водить меня за нос и пускать пыль в глаза я пока не находила.

Вавилов  закатил глаза.

– Все женщины обладают талантом видеть в мухе слона?

– Обычно мужчины более умело врут, вы исключение из правил или еще не натренировались? – Светлана появилась бесшумно и тут же пошла в наступление, отчего Павел заметно растерялся.

– Воу-воу, – выставил ладони вперед мужчина. – Маша, кто эта боевая амазонка?

– Та, что жутко не любит, чтобы о ней говорили в третьем лице, – нахмурилась Светлана, сложив руки на груди. – Или вас мама в детстве не научила вежливости?

– Похоже, что бы я сейчас ни сказал, вы уже заранее готовы меня распять раз пять, – усмехнулся Вавилов. – Это я так вам с первого взгляда не понравился или же вы всех мужчин столь нежно любите?