Если верить в чудеса - Сандра Мартон

Что?!

– Так что я решила заставить тебя ждать. Позволить тебе умерить свой пыл, понервничать, гадая, появлюсь ли я вообще.

Еще одна улыбка, на этот раз такая манящая и сексуальная, что у Трэвиса чуть было не подогнулись колени.

– И ты понервничал, разве нет? Не мог понять, в каком настроении я приду? И приду ли вообще?

Трэвис попытался ответить. Но ничего не получилось. Он прочистил горло и попытался еще раз:

– Да. Конечно. Именно так. Гадал о том, как ты себя поведешь…

– И реакция твоя была идеальна! В ход пошла вся твоя мужская генетика. Брутальность. Доминирование. Агрессия. Даже попытка пометить территорию.

Пометить территорию? Разве так говорят не о собаках, писающих на столбы?

– Я очень довольна – ты подтвердил основные положения моей работы.

– Твоей работы?

– Да, именно! Твоя реакция на мое появление, твоя реакция на более чем холодное приветствие…

За его спиной сгущался гул голосов. Люди шептались. Ухмылялись. Смеялись.

Самое время уходить.

Трэвис кивнул:

– Это замечательно! Просто потрясающе. Но я правда думаю, нам лучше обсудить все остальное снаружи…

– Почему это, дорогуша? – промурлыкала Блондинка. – Только не говори, будто ты не рад был принять участие в моем эксперименте!

Посетители ответили на это уже не просто смехом, а взрывом хохота.

«Да, самое время», – подумал Трэвис, натянув на себя улыбку, и взял блондинку под локоток, чтобы поскорее уйти.

Незнакомец, укравший ее поцелуй, увлек Дженни к двери.

Может, все уже зашло слишком далеко? Дженни ничего не могла прочитать на его лице.

Его взгляд был спокойным, даже немного ленивым. И слегка пугающим. Его губы искривились в фальшивой улыбке, и он отчаянно ее поторапливал.

Хоть Дженни и спасла его от избиения этими… этими дикарями из каменного века, она не могла позволить ему отделаться так просто. Он напугал ее чуть ли не до обморока, лапал ее, целовал, прижимал к своему телу.

И, да, она пришла сегодня именно за этим: за впечатлениями от мужчин, поцелуев, их мускулистых тел, но она хотела держать все под контролем и самой выбирать себе объект, подходящий для завершения исследований.

Мужчину в костюме. В должности. Кого-то, в ком можно заподозрить нежного любовника. А не помятого ковбоя в сапогах, футболке и старых джинсах.

«Хватит жаловаться! Ты хотела красавца, а он именно такой!»

Да. Но все же…

– Заходите еще! – крикнули вдогонку.

Хохот еще раз прокатился по бару.

Она почувствовала, как ковбой напрягся. Он взял ее за локоть так крепко, что ей стало больно.

– Эй, – начала она возмущенно, – эй…

Он открыл дверь, шагнул наружу, но ее руку не отпустил. Вместо этого потащил Дженни через парковку к исполинскому черному пикапу, стоящему возле ее «хонды».

– Мистер. Я не…

– Ты в порядке?

Дженни моргнула. В его голосе слышалась забота, чего она совсем не ожидала.

– Нет. Да. Вроде того…

– Еле ушли. Ты хорошо справилась, если не считать самого конца. – Он ухмыльнулся. – Захотелось подшутить надо мной? Не то чтобы я был против…

– Ты? Был против?! – Дженни вспыхнула от возмущения. – Послушайте, мистер…

– В общем, выбрались мы как раз вовремя.

Возмущение мгновенно уступило место замешательству.

– Вовремя? Да что там творилось?

– Это не так-то просто объяснить… – Ковбой улыбнулся. На этот раз вполне искренне. – Спасибо, что помогла выбраться из этой дыры.

– Ладно, ладно, не за что. Я просто не понимаю, что же…

– Да не стоит и говорить об этом! Недоразумение, не более.

И он снова улыбнулся. Сердце Дженни забилось сильнее. Он хоть представлял, насколько сексуальна его улыбка?

Ей срочно нужно было что-нибудь сказать.

Дженни судорожно сглотнула:

– Ты… Ты правда не имел права… права подойти ко мне и… и…

– И поцеловать тебя?

Она почувствовала, как краснеет.

– Да. Именно. Даже в наиболее сексуально раскрепощенных примитивных обществах существуют некие обряды, призванные выразить желание…

Его улыбка искривилась.

– Желание, говоришь…

Он посмотрел на нее так, что Дженни отступила на шаг. Или отступила бы, если бы не этот черный пикап за ее спиной.

– Забудь, – быстро добавила она. – Уже поздно, и я…

– Трэвис. Трэвис Уайлд.

Она уставилась на него:

– Прости?..

Он улыбнулся. Снова. И снова ее сердце застучало сильнее.

– Мое имя, – ответил он низким, хрипловатым голосом. – Я представился. Теперь я действую по протоколу, разве не так?

– Да, но…

– А тебя зовут?.. Я могу звать тебя Блондинкой. – Он вытянул руку, поймав прядь ее волос, чтобы насладиться их шелковистостью. – Или девочкой из бутика.

– Что?! – Дженни осмотрела себя. – Неужели ценник где-то остался?..

– Ты просто так выглядишь, – мягко добавил он. – Будто бы вышла со страниц торговых каталогов. С рождественских каталогов. В них самые красивые девушки.

Его голос будто гладил ее, а глаза словно прожигали насквозь.

Он был… Он был именно тем, кого она искала, кого надеялась повстречать…

– Но я бы предпочел звать тебя настоящим именем, если ты мне его сообщишь.

– Меня зовут Джен… Женевьева, – прошептала она. – Меня зовут Женевьева.

– Ну что же, Женевьева, ты сегодня совершила огромную глупость.

Боже, она снова почувствовала, как краснеет.

– Слушайте внимательно, мистер Уиллс…

– Уайлд. Трэвис Уайлд.

– Слушайте внимательно, мистер Уайлд! Я позволила поцеловать себя, когда поняла: вас бы убили, если бы я отказалась.

Он усмехнулся:

– Нет, я говорю о другом. Тебе не следовало посещать этот бар. Ты хоть представляешь, что за люди собираются в таких заведениях?

– Я… я… – Дженни судорожно вздохнула. – Нет.

– Так я и думал. Но мне повезло, что ты зашла.

– Совершенно точно. – Она задрала подбородок. – Или ты стал бы очередным грязным пятном на и без того грязном полу.

Он оскалился:

– Зато счастливым пятном!

– Как это типично! Мужчины с их вечным стремлением доминировать…