Дипломат и недотрога - Сара Орвиг

Она покачала головой.

— Тебе нужно возвращаться в Испанию. Это нелепо. Мы разные, Аарон. Та ночь была необыкновенной, но это всего лишь одна ночь. Сейчас мне нужно…

Он приблизился.

— Памела, дай мне возможность доказать тебе, что наши миры не такие уж разные. Есть несколько основных вещей, которые совпадают у всех. Я думаю, мы должны немного узнать друг друга и посмотреть, насколько мы близки. Возможно, ты права, и все это не так важно, как кажется сейчас, но дать нам шанс ты должна.

— Я не думаю, что это необходимо. — Все, что она смогла ответить.

— Что этому может помешать? — настаивал Аарон, гладя ее по щеке, пробегая большим пальцем по тыльной стороне ладони, проникая в ее мысли.

Если бы он только знал, то не вел бы себя так безумно. Она задумчиво посмотрела на него, понимая, что она должна заставить его вернуться туда, откуда он приехал.

— Ты близко сидишь.

— Я рад, что ты заметила. Так что этому помешает?

Я влюблюсь в тебя еще больше, подумала она, и ты узнаешь, что я ношу твоего ребенка. И тогда ты решишь жениться на мне, а это испортит тебе жизнь. Она никогда, ни при каких обстоятельствах не позволит ему узнать о своей беременности. Отправляй его обратно в Испанию, приказала себе Памела.

— Один маленький ужин сегодня, — мягко произнес Аарон, наклоняясь вперед и легко прикасаясь губами к ее шее. — Всего лишь один вечер со мной, хорошо? Ну, соглашайся. Мы хорошо проведем время, поболтаем, познакомимся, — упрашивал он. Он был очень близко. Памела ощущала его тепло, лесной запах его одеколона.

— Мы не должны…

— Ты предпочитаешь ужинать одна? — прошептал он.

— Нет, но…

— Хорошо. Решено. — Его губы подарили ее шее поцелуй, и Памелу окатила горячая, обжигающая волна. От первого же легкого прикосновения его губ она растаяла. Аарон отодвинулся. — Я зайду за тобой около семи. Закажу столик у «Клэр».

Ее глаза открылись. Что она делает? Как он смог так легко справиться с ней?

— Аарон, ты не мог приехать из Испании, чтобы пригласить меня на ужин.

— Я здесь именно поэтому.

Если он врал, то делал это очень убедительно, но Памела знала, что он дипломат и должен уметь вести искусную беседу, чтобы получить, что хочет.

— Но как же твоя работа? Ты не можешь просто так, по прихоти, уехать.

— У меня накопилось несколько выходных дней. Я попросил об отпуске, и его мне предоставили.

Потрясенная Памела уставилась на него.

— Отпуск! Ты в Ройале дольше, чем на один вечер?

— Почему ты так разволновалась? — медленно произнес Аарон, в его глазах застыл вопрос. — Я тебя как будто пугаю.

— Нет! Нет! Я просто немного удивлена твоим отпуском. Надо привыкнуть к мысли, что ты в Ройале, а не в Испании.

Он взял в руки ее голову, пристальные глаза рассматривали ее лицо.

— Почему надо привыкнуть к тому, что я здесь? Это не очень понятно.

— Извини, — ответила она, у нее запылали щеки. — Я просто удивлена.

— Ну, привыкайте к этому, леди, потому что я приехал домой ради того, чтобы мы могли узнать друг друга чуточку лучше, — заявил он неожиданно хриплым голосом.

Она вырвалась и встала. Аарон немедленно вскочил, его рука легла на ее талию и задержала ее.

— Памела, я не знаю, что происходит в твоей милой головке, но я постоянно думаю о тебе с той ночи.

— О, боже! Я не верю!

Он нахмурился.

— Пожалуй, тебе лучше поверить в это, а я постараюсь убедить тебя.

— О, Аарон. — Его слова терзали Памелу.

— По крайней мере давай просто немного побудем вместе. Может быть, мы не подходим друг другу, но давай попробует выяснить это.

У нее не было выбора. Она должна хранить свою тайну, поэтому необходимо отправить его в Испанию.

— Не думаю, что это необходимо.

— Ты обещала поужинать со мной сегодня вечером. Я настаиваю на этом.

Памела пристально посмотрела на него. Ощущение его рук на талии, его близость, его зеленые глаза, полные решимости, и взгляд, который вызывал сердцебиение, — против этого она оказалась бессильна.

Он слегка коснулся губами её губ и удалился.

— Увидимся в семь, милая. — Он вышел из крошечной квартирки и открыл дверь черного хода. — Сомневаюсь, что теперь можно есть тот гамбургер. Вечером я покормлю тебя.

Он ушел, а Памела уставилась на закрытую дверь, застыв в оцепенении. Послышался рев машины. Пикап, ковбойские ботинки, джинсы. Богатый дом, дипломатическая служба. Европа. Она потерла виски и беспокойно заходила по комнате.

Зачем она согласилась? Что ей надеть? Он делает это ради того, чтобы снова с ней переспать? Этот вопрос немного отрезвил ее, и вспышка стыда и злости обожгла душу.

Она подумала о парнях, которые называли ее фригидной. Куда делась ее былая холодность?

Она посмотрела на свой плоский живот и скрестила пальцы. Ребенок. Ребенок Аарона. Он никогда, никогда не должен узнать. Несмотря на глупость — беременность после первой ночи, — несмотря на то, что это перевернуло ее жизнь вверх тормашками, она не могла не радоваться. Ее собственный прелестный малыш. Ребенок Аарона.

Она знала о проблемах матерей-одиночек, о том, что ей придется прыгать с одного рабочего места на другое, она была полна решимости это делать. Ее собственный малыш. Ребенок Аарона. У ее ребенка прекрасный отец.

Аарон имеет право знать о своем ребенке!

Это внезапная мысль обескуражила ее. Он имеет право, но если он узнает, то настоит на том, чтобы они поженились. Семья Аарона возненавидит ее и будет думать, что она заманила его в ловушку. Нет, он не должен знать. Он женится на прекрасной женщине, и когда-нибудь. У него будет собственная семья. Памела была в этом уверена. Аарон никогда не будет счастлив, женившись на женщине, подобной ей. Никогда. И она не хотела обязательств, жалости или милосердия.

— Иди на ужин и отправляй его обратно в Испанию. Ты знаешь, как отделаться от мужнин, — вслух сказала она, и тут же спросила себя, когда это она начала разговаривать сама с собой. И поняла, что все началось с того самого момента, как она встретила Аарона.

Острая боль тоски заставила ее задрожать. Почему все так получилось? Из-за ее безответственности.

Когда Памела снова прикоснулась к животу, то поняла, что на самом деле она не сожалеет. Она любит этого малыша, обожает его! Аарон должен уехать. А она… Она счастлива!

Памела вздохнула и отправилась искать, что надеть сегодня вечером.

В семь часов Аарон стоял перед ее дверью и звонил в колокольчик. Памела распахнула дверь и улыбнулась ему. Он замер, увидев ее. Короткие черные волосы Памелы были уложены в простую прическу и блестели, как вороново крыло. Узкое платье цвета индиго плотно облегало стройную фигурку. Она не надела украшения и сделала только легкий макияж. Перед ним стояла женщина, восхитительно прекрасная и невероятно обаятельная. У него захватило дух, и на какой-то момент он представил ее без платья, такой, какой помнил с той первой ночи, — стройной, соблазнительной, гибкой, теплой, такой чертовски податливой и открытой.