Дипломат и недотрога - Сара Орвиг

Он улыбнулась и расстегнула его золотую запонку, потом наклонилась и поцеловала его пальцы.

— Может быть, мы скинем одежду в кустах, и я получу то, что хочу, прямо здесь? — предложил он хриплым, угрожающим голосом. Памела засмеялась.

— Аарон! Положи обе руки на руль, и поехали.

…Они летели на семейном самолете Блэков, он усадил её на колени и целовал, крепко прижимая к себе.

— Я собираюсь снять это свадебное платье.

— Позволь помочь.

— Нет. Я скоро вернусь. — Памела соскользнула с его колен.

Она поспешно переоделась в простое черное платье, которое застегивалось на спине. Аарон снова усадил ее на колени и поцеловал, его руки скользили по ней, пока она не поймала их.

— Подожди, пока мы не останемся одни.

— Монти ведет самолет. Он не обращает на нас никакого внимания.

— Неважно. Веди себя прилично, Аарон. — Памела посмотрела в его глаза, которые горели желанием, и отвела взгляд.

— Мне нужно поговорить с тобой, — сказал Аарон, пока его пальцы играли с ее волосами.

— Слушаю.

— Я наконец-то поймал своего босса в округе Колумбия.

— И? — спросила Памела, не в силах понять по выражению лица Аарона, собирается он сообщить хорошие новости или плохие.

— Я сказал ему, что хочу, чтобы наш ребенок родился в Техасе.

— Да? — воскликнула она с удивлением, потому что ожидала поездки в Испанию.

— Я хочу, чтобы наш ребенок родился в Техасе. Так что мы поживем здесь, пока не появится ребенок. А потом они предложили мне должность посла в крохотной европейской стране Сан-Раймундо.

— Аарон, неважно, насколько мала страна, это блестящее продвижение по службе для тебя, не так ли?

— Да, — мрачно подтвердил он. — Ну, так что? Ты хочешь, чтобы я принял это предложение?

— О, Аарон, конечно. — Слезы текли рекой, и Памела поцеловала его. Он не выпускал ее из своих объятий.

— Мои поздравления с успехом. Это фантастика.

— Спасибо. Я надеялся, что ты согласишься, а потому сказал им, что принимаю ранг посла, но уйду в отставку через шесть-семь лет, потому что нашему ребенку необходимо пойти в школу здесь.

— Ты учился в Англии. У них чудесные школы.

— Ты не хочешь возвращаться в Техас?

— Конечно, хочу! — сказала Памела, подозревая, что через шесть-семь лет затоскует по Техасу.

— Мы вернемся домой и останемся на ранчо, если все будет в порядке.

— Ты так хочешь? — спросила она, понимая, что он планирует их будущее.

— Да. Как насчет ранчо? Ты городская девушка. Хочешь пожить на природе?

— Конечно.

— Хорошо. — Он уставился в иллюминатор на глубокое голубое небо. — Потом я смогу заняться политикой, и мы отправимся в Вашингтон, но это позже, когда придет время.

— Во все свои планы ты бы лучше вписал маленького братика или сестренку для этого малыша, Аарон.

Он повернулся к жене и погладил ее по щеке.

— Я никогда не спрашивал тебя — сколько детей ты хочешь?

— Мне бы хотелось пять. Это увеличит перенаселенность, но они будут умными, как их отец, и настоящими сокровищами для мира. А ты можешь позволить себе пять детей, Аарон?

— Это я могу. Пять звучит великолепно. — Выражение его лица стало очень важным. — Нам с друзьями нужно еще найти тот исчезнувший бриллиант. Я думаю, что в Ройале сейчас опасно. А теперь, моя любезная супруга, мы давно не целовались.

Прошел час, прежде чем Аарон закрыл дверь номера в отеле и повернулся к ней. Памела шагнула в его объятия. Он уже скинул свой смокинг, и рубашка исчезла тоже. Пряди каштановых волос упали на лоб, и в его зеленых глазах мерцали огни, которые она обожала.

— Повернись и позволь мне снять с тебя это платье, — сказал он.

Повернувшись, она почувствовала, как его руки зажали вырез ее платья, он проводил языком по ее шее.

— Аарон, осторожней! — запротестовала Памела, высвобождаясь из его объятий. — Ты оторвал пуговицы. Я хочу сохранить платье как память об этом дне.

— Я могу пришить их.

— Нет! Обещай мне…

— Мы теряем время. Повернись. Я расстегну. Что? Триста пуговиц! Проклятье!

Она засмеялась и повернулась к нему спиной.

— Не будь смешным. Чуть больше двадцати, но ты уже начал, так что скоро закончишь.

— Конечно, дорогая, — согласился он, целуя ее шею и спину, по мере того как расстегивал платье. Наконец Аарон отбросил его в сторону, взял жену на руки, сел на кровать и посадил ее к себе на колени.

— Моя любовь, — прошептал он, целуя ее. — Миссис Аарон Блэк.

— Быть замужем — чудесно. Мне нравится быть миссис Блэк. Я люблю тебя, Аарон, всем сердцем.

Аарон подвинулся, чтобы посмотреть на нее, его зеленые глаза излучали нежность.

— Я собираюсь всю нашу жизнь демонстрировать тебе, как сильно я тебя люблю, дорогая.

— Я верю, что так будет, — сказала Памела и притянула его к себе для поцелуя.