Просто женаты - Патриция Коулин

К несчастью, по вине герцога у нее не было выбора. Ли твердо вознамерилась обеспечить будущее Кристианы, и если для этого от нее требовалось войти в львиное логово — значит, так тому и быть.

Призвав на помощь всю свою отвагу, она обратилась к Бриджет.

— Одной решимости войти в логово хищника слишком мало, — заявила она. — Я должна быть уверена в тебе. Если я не смогу на тебя положиться, как же тогда сумею скрыть истину от Кристианы?

— А не проще ли было бы просто рассказать ей правду?

— Нет. — Ли покачала головой. — Об этом не может быть и речи. Ты же знаешь ее вспыльчивый характер. Неизвестно, как она воспримет мой поступок. Боюсь, не пройдет и нескольких часов, как об этой унизительной истории, приукрашенной пикантными подробностями, узнает весь Лондон. В таком случае все мои планы и сбережения, припасенные для выезда Кристианы в свет, пропадут. Может быть, когда-нибудь я и отважусь сказать ей правду, но не теперь.

— Ну, если вы так решили…

— Да, решила.

— Тогда мой рот на замке. — И для пущей убедительности Бриджет приложила палец к губам.

— Прошу тебя, отопри его ненадолго — чтобы пожелать мне удачи.

У Бриджет округлились глаза.

— Так вы зайдете в дом сейчас?

Ли кивнула. Бриджет растерянно заморгала.

— Не лучше ли дождаться утра…

— Нет. Я предпочитаю, чтобы наше маленькое воссоединение состоялось на глазах у свидетелей.

Набросив на плечи плащ, Ли с помощью кучера выбралась из экипажа, глубоко вздохнула и напомнила себе: если ей удастся выглядеть уверенной, рано или поздно она и вправду обретет уверенность в себе.

Оглянувшись в последний раз. Ли увидела, как Бриджет перекрестила ее.

Адриан по-прежнему упивался щедрыми похвалами гостей, но тут рядом с ним вдруг возник старый дворецкий.

— В чем дело, Торн? — спросил Адриан. Торн зашептал, склонившись к уху хозяина:

— Неприятность, сэр. Вы должны…

— Разберись сам! — велел Адриан, не желая прерывать развлечение.

— Слушаюсь, сэр. Но без вас…

— Оставь меня в покое, Торн.

Слуга недовольно поджал губы. Адриан ответил ему гневным взглядом. Официальные приемы были редким явлением в Рейвен-Хаусе, поэтому сегодняшнее событие переполошило весь дом. Однако Снейк, бывший пехотинец, выполнявший обязанности повара, сумел приготовить вполне съедобный ужин, а двое нерасторопных лакеев ухитрились подать его на стол, не выронив по дороге. Старый ворчун-дворецкий мог бы по крайней мере притвориться вышколенным слугой!

Однако Торн не уходил.

— Ваша светлость, дело в том, что…

— Рейвен, дорогой! — послышался из коридора женский голос.

Дорогой?

Едва Адриан заметил злорадство, промелькнувшее в прищуренных глазах Торна, как тот же загадочный женский голос зазвучал вновь — на этот раз с порога столовой.

— Вот ты где! — Раскрыв объятия, женщина улыбнулась Адриану так, словно в комнате больше никого не было. — Сюрприз, дорогой! Я приехала!

Адриан воззрился на нее, словно примерзнув к стулу и не замечая, что остальные джентльмены поспешили вскочить. Это была она. Ли! Его супруга.

Боже милостивый!

Как она очутилась здесь, в его собственной столовой? Откуда она вообще взялась? Ей же полагалось… словом, почить!

Тяжело опираясь на стол, Адриан с трудом поднялся на свинцовых ногах, краем уха прислушиваясь к выжидательному шепотку гостей.

Стоящая в дверях женщина ничем не походила на труп.

Она была жива и абсолютно здорова. Ее каштаново-рыжеватые волосы блестели, оттенок изумрудных глаз был ярким, как трава на летнем лугу. Господи, его жена и вправду оказалась красавицей!

Его жена…

Черт возьми, как же ему теперь быть?

Потрясение лишило Адриана привычной сообразительности. Внутренний голос подсказывал ему всего два решения. Во-первых, если Ли Стреттон назвала его «дорогим», выдавая себя за его жену, значит, ему самому следует вести себя как подобает любящему мужу. А во-вторых, когда он доберется до Уилла Грантли, в Англии станет одним безмозглым священником-предателем меньше.

— Ли, милая! — воскликнул он, расплываясь в притворной улыбке. — Ты застала меня врасплох…

— Вот и хорошо, — отозвалась она, глядя на него в упор. — Так и было задумано.

Ее взгляд не оставлял сомнений в том, что она с умыслом появилась в доме Адриана и теперь от души наслаждалась его замешательством.

Но почему?

«И вправду, почему?..» — задумался Адриан, понемногу приходя в себя. Ему повезло, что Ли явилась сюда одна и без оружия. Только теперь он удосужился задуматься о том, есть ли у нее братья, притом взрослые братья? Адриан с запозданием на две недели вспомнил об этом.

Но первым делом следовало прогнать нарастающие недоверие и подозрение с лиц зрителей.

Словно на крыльях подлетев к Ли, он схватил ее за плечи.

— Господи, как я соскучился по тебе! Когда ты появилась на пороге, я решил, что у меня начинаются галлюцинации, что от одиночества я лишился рассудка! А теперь… — Он прижал ее руки к своей груди, а потом крепко обнял. Она растерянно заморгала: ее самообладание дало трещину.

«Отлично! — мысленно заключил Адриан. — Не будешь пугать меня».

— Теперь я убежден, что передо мной — настоящая, живая Ли из плоти и крови! — продолжал он с чувством. — Я просто обязан исполнить мечту, которую лелеял с тех пор, как оставил тебя в Девоне целую вечность назад!

Не сводя глаз с Ли, он склонил голову. Он заметил вспышку гнева в ее глазах, почувствовал, как она напряглась, однако Ли не дрогнула и не попыталась вырваться. Если бы она выказала испуг, удовлетворенный Адриан наверняка не стал бы настаивать. Но поскольку Ли оказалась неробкого десятка, он стиснул ее в объятиях и приоткрыл губы, завладевая ее ртом, как полагалось пылкому мужу, вынужденному сдерживаться в присутствии посторонних.

Впрочем, Адриану редко приходилось сдерживаться; и он не собирался изменять своим привычкам и впредь, а тем более в присутствии этой самонадеянной и дерзкой особы. Он целовал ее долго и страстно, почти забыв, что на них смотрят и что сам поцелуй — всего лишь притворство. Его кровь забурлила, одна ладонь скользнула на соблазнительную округлость бедра Ли — так, словно он имел полное право прикасаться к ней.

Наконец Адриан опомнился и медленно поднял голову, наблюдая, как трепещут длинные темные ресницы Ли.

— В Уэстерхэме, — произнесла она уверенным и внятным голосом, который услышали все присутствующие. Адриан нахмурился:

— О чем ты?

— Я говорю, ты оставил меня не в Девоне, а в Уэстерхэме. Или ты уже забыл?